Читаем без скачивания Любовник от бога - Дарья Калинина

Глава 18

Ответов на эти вопросы у них не было. Они решительно ничего не понимали. А их гость, похоже, откровенно наслаждался растерянностью подруг.

– Вечно вам больше всех остальных надо, – выговаривал он им, злорадно ухмыляясь. – Вечно вы не в свое дело лезете. Что, удивлены, откуда я про вас все это знаю? А я знаю! Мне Алекс про вас такое рассказывал!

Подруги переглянулись. Они все равно не понимали, что происходит.

– Небось думали, что я так и буду сидеть сложа руки? – продолжал допытываться у них их странный гость. – Ждать, пока вы засадите меня за решетку за убийство брата и его цыпочки? А я не таков! Если уж я что решил, меня не остановить! Мать напрасно думала, что я смирюсь с ее решением! Привыкла, старая сука, что всегда по ее прихоти получалось! Но отца больше нет. А я не намерен плясать под ее дудку! Сначала братец, а потом и она сама. Хватит! Зажилась уже на свете! Пора и другим дать пожить!

Подруги в ужасе переглянулись. Как они могли просмотреть этого человека? Ведь злоба так и перла из него! Как же они не заметили? Как же они не почувствовали?

– Что уставились? – злобно произнес их гость. – Страшно наконец стало?

Подруги кивнули. Что скрывать очевидное? Да, им страшно. Очень! Этот человек их пугает.

– Вот и правильно, что вы боитесь. Но ничего, я не сделаю вам больно. В конце концов, ведь я врач. И давал клятву Гиппократа. Так что… Все продлится одно мгновение, не больше.

Только сейчас девушки увидели на руках своего гостя тонкие белые хирургические перчатки. И тут их словно вспышкой озарило. Следы от хирургических перчаток в доме Алекса! Этот человек орудовал и там. И у Лены Костровой в гостях был он! Но зачем он убил Алекса? И при чем тут какой-то его брат?

– Ты кто такой? – вырвалось у Леси.

– А мы не знакомы? – явно глумясь над ними, произнес мужчина. – Что же, позвольте представиться вторично. Владимир Владимирович – родной или, как говорят юристы и законники, единоутробный брат вашего соседа Алекса.

Единоутробный? Это значит, Алекс и этот отвратительный тип родились от одной женщины? Мать Алекса – она же мать Владимира Владимировича? Миллионерша Ван-Хейден – мать Владимира, генерального директора клиники «Аид» и лучшего приятеля Алекса? Но почему же Алекс никогда не говорил о том, что у него есть брат?

– А он обо мне ничего не знал! – словно прочитав их мысли, заявил Владимир. – Я ведь родился двумя годами позже Алекса. Наша мамочка была та еще оторва! Бросив своего первого мужа – этого недотепу Никодима, – она недолго горевала. И быстро присмотрела себе новую жертву. Мой папуля души в ней не чаял. Пылинки сдувал со своей Ганночки. Еще бы! Ведь старый дурак был старше мамули на добрых сорок лет!

Владимир рос в странной семье. Казалось, родителям не было до него никакого дела. Мать всегда была целиком и полностью занята только самой собой. Поддержанием себя в хорошей физической форме. Красивая одежда. Модная обувь. Драгоценности. Обязательно два раза в году – отдых на каком-нибудь модном курорте. А отец… Отец не отводил влюбленного взора от молодой супруги. И мечтал быть с ней рядом всегда и везде.

Впрочем, повсюду следовать за женой ему запрещалось. Но, казалось, муж ничуть этим не огорчался.

– Иметь молодую жену – это не только удовольствие, но и тяжкий труд, – посмеивался он сам над собой. – Не уверен, что смогу протянуть достаточно долго, чтобы увидеть Ганночку старой.

Так и случилось. Папа Владимира умер, когда мальчику едва исполнилось пятнадцать. Но сын недолго прожил с мамой. Очень скоро Ганна сообщила подростку, что нашла себе нового мужа. И уезжает к нему в Америку.

– Тебя, сам понимаешь, я взять с собой не могу. Моему новому мужу не нужен чужой мальчишка. Но я оставляю тебе квартиру. И буду регулярно высылать деньги. М-м-м… Скажем, долларов двести. Полагаю, тебе должно этого хватить.

Парадоксально, но, оставшись один, подросток не попал в дурную компанию, не стал наркоманом и не пошел воровать. Напротив, он много и усердно учился. Деньги тратил исключительно разумно. И двухсот долларов ему действительно хватало на жизнь с избытком. Когда пришло время и школа была закончена всего лишь с двумя четверками, Владимир сам, без всякой протекции, поступил в медицинский институт. И послал об этом уведомление своей матери.

В ответ он получил дополнительные двести долларов. Бонус за хорошее поведение. Ни одного ласкового слова, похвалы мальчик от матери так и не дождался. Постепенно Владимир научился жить один. Его это даже отчасти устраивало. Куда хуже было бы, если бы мамуля взялась устраивать свою личную жизнь в их квартире. Тут появился бы чужой мужик. Всюду стали бы валяться его грязные и чистые вещи. А Владимир был брезглив. Он с содроганием представлял себе, сколько чужих микробов может остаться на его личном полотенце, если бы тот гипотетический муж мамы вдруг поселился у них и случайно взял бы это полотенце. А посуда! А унитаз! Страшно себе представить – сесть на круг после чужого человека!

Так что Владимир очень старался, чтобы у его мамы не появилось повода приехать к нему. Он закончил институт. И тут мамуля преподнесла ему очередной сюрприз.

– Мой американский муж оказался жадной сволочью, и я его бросила.

– Ты возвращаешься? – испугался Владимир.

– Не переживай. Твоя мама не растерялась. У нее давно был один старичок на примете. Так что теперь я снова замужем.

– И кто он?

– Некий Ван-Хейден, – безразлично ответила мать. – Говорит, что на пенсии. Выглядит прилично. Имеет свой дом в Голландии. Поживу с ним пока, а там видно будет. В любом случае с меня не убудет. Прежний муж не оставил мне при разводе практически ничего!

Но последний брак матери оказался самым – в практическом смысле – выгодным. Старичок оказался миллионером. А скромный образ жизни он вел исключительно по укоренившейся у него с детства привычке. Когда Ганна увидела счет в банке, у нее глаза полезли на лоб. От количества нулей в числе у нее зарябило в ее прекрасных глазах. А нотариусы преподносили ошеломленной вдове один сюрприз за другим. Алмазообрабатывающий завод в Африке. Собственные алмазные копи. Нефть. Чего только не было у милого тихого Ван-Хейдена, который на завтрак безропотно кушал овсянку или рисовую кашку! На обед он довольствовался водянистым супчиком и одной котлеткой. А свои рубашки носил до тех пор, пока на них не появлялись дырочки.

От радости Ганна была сама не своя. Она позвонила сыну и сообщила о сказочном богатстве, которое ей наконец привалило.

– Но не переживай. Тебе я тоже отщипну кусочек. Ты ведь доктор? Напомни, какую ты выбрал себе специализацию? Хирург? Решено! Куплю тебе клинику пластической хирургии. Осилишь?

Так Владимир стал обладателем собственной клиники. На первый взгляд это было прекрасно. Но быстро появились проблемы. Клиника на первых порах приносила не столько доход, сколько требовала вложений. Но Ганна отказывалась выдать сыну дополнительное финансирование.

– Я и так сделала для тебя достаточно. Какая мать дарит сыну к окончанию института собственную клинику? Да никто! Подарок я тебе сделала, а дальше ты сам!

И Владимир старался изо всех сил. Но он видел, что взятые им кредиты выплачивать нечем. Об отсрочке банкиры и слышать не хотели. Они лишь брезгливо кривились, когда Владимир намекал им на свою мать-миллионершу.

– Еще не факт, что ее наследником станете именно вы. Ваша мать – молодая женщина. У нее могут появиться и другие наследники.

Банкиры словно в воду глядели. Накаркали, проклятые! Однажды вечером мать позвонила Владимиру и сказала:

– Я в Питере! Хочу увидеться с тобой.

Владимир примчался к матери в купленные ею недавно апартаменты и был приятно поражен ее подарком – шикарным сверкающим черным «Мазератти».

– Как тебе вороной? – усмехнулась Ганна, приведя сына на стоянку, где рядышком стояли две одинаковые машины – красная и черная. – Я рассудила, что тебе черный цвет будет больше к лицу. Все же ты врач. Тебе к черному не привыкать.

И она захохотала, будучи в восторге от собственной шутки. Но Владимир лишь похихикал вместе с ней. Какая разница, что у его матери скверное чувство юмора, если она подарила ему дорогущую тачку? В голове у Владимира защелкали цифры. Быть может, продать машину и хотя бы частично расплатиться с банкирами? А матери он потом скажет, что тачку угнали! Она поверит, ведь до сих пор Владимир вел себя безупречно.

– Мама, ты так богата?

– Я же тебе говорила, – небрежно бросила Ганна. – Каждый день мое состояние увеличивается на пару сотен тысяч евро. Я просто не успеваю тратить эти деньги. Никогда бы не подумала, что денег может быть столько, что я не буду знать, как их потратить!

«А мне она не хочет дать даже полмиллиона! Ее доход за два дня!» Но Владимир проглотил обиду молча. За годы одиночества он научился терпению и выдержке. И теперь лишь вежливо спросил: