Я это понимаю. Но пока не нашёл вариант, как доказать свою правоту. Тут на слово верить надо.
А Юлине доверие я потерял.
— Кто бы мог подумать, — горько усмехается девушка. — Что биточки столько всего вскроют.
— Ты уже говорила. Если это про то, что я должен был поужинать в ресторане… Там действительно банкет был. Дай мне минуту, я на сайт зайду. Должны фото выставить, наверное.
— И воротник случайно натёр?
— Это был не засос. Действительно натёр. Весь день на встрече и с начальством, расстегнуть не получалось.
— А Никита как относится к тому, что ты его «Никусей» называешь?
— Никак. Ты чего, Юль? Я так не называл.
— Но я слышала! Дважды слышала!
Я хмурюсь. Пытаюсь понять, когда это могло произойти. Кого из своего окружения я так бы назвал.
Пусто. Нет таких.
Но просто так Юле это не доказать. Она ни одному слову не поверит.
— Когда дважды? — уточняю напряжённо. — Вспомнишь?
— Естественно! Когда с засосом пришёл! Когда ужинал не пойми с кем. Точнее, не ужинал. А потом утром и поехал…
— К Никите. Давай сразу обозначим. Что я не настолько двинулся, желая в столичную жизнь влезть, чтобы так прям чудить. Хотя, вообще не должен был влезать куда-то. Низко поступил.
— Нет, я…
Юля кусает губу, усиленно размышляет над чем-то. Кусает костяшки пальцев, взгляд бегает.
Я не мешаюсь, наблюдаю. Уверен, что этого быть не могло. Но девушка сама к этому дойти должна была.
— Ладно, один раз, — поджимает губы недовольно. — Утром, может, Ник было. А я среагировала остро. Но вечером тогда, накануне…
— Тебе послышалось. Я сейчас газлайтингом не занимаюсь, Юльчик. Не перекручиваю. Но этого действительно не было.
— Ладно. И что ты тогда Нику говорил? Что на «Никусь» похоже?
— Без понятия. Уже и не вспомнит. Юль, я бы сейчас многое отдал, чтобы открутить всё назад. Сохранить доказательства для защиты. Отменить всё, что натворил. Но к тому моменту я всё закончил.
— А после я узнала? Хочешь сказать, что я неправильно сложила все факты, а при этом угадала?
— Это можно внести в список самых тупых вариантов, как муж спалился с изменой.
Шутка — на грани фола.
Не смешно. Спалился.
Полез куда не следовало. Заигрался, чувствуя вседозволенность, и бумерангом в голову хорошо стрельнуло.
Юля усмехается, поднимая руки. Не хочет продолжать эту тему. Понимаю. Лихорадочно ищу новый повод для разговора.
Удержать её тут.
Не отпускать.
Самым тупым вариантом ещё ненадолго задержать.
— Ты красивая, — вылетает неожиданно.
— Что?
— Ты красивая. Я говорил это недостаточно часто. Своими поступками заставил сомневаться в тебе. Я искренне сожалею. Это не должно было задеть тебя. Ты красивая, Юль. Очень красивая. И мне половине посетителей хочется в морду дать, что они на тебя смотрят.
Юля держится секунду. А после начинает оглядываться. Улыбаюсь, наблюдая за ней.
Не соврал же.
Красивая.
В тёмном платье, с распущенными волосами. Короткие пряди чёлки падают на лицо. Руки свербит от желания поправить.
— Тут одни подростки, — выдыхает недовольно.
— Но у них тоже глаза есть. И в ресторанах, куда мы ходили, тоже хотелось. Это нездоровая штука, согласен. Свою вину на тебя проецировал.
— И что? Вдруг окажется, что ты поэтому Никите всю ту чушь говорил? Что бы что? Он ко мне не подкатил случайно? Серьёзно?! Алимбаев! Это уже чушь.
Я молчу. Оправдания тут не сработают. Да и впустую будут. Только сильнее себя закопаю.
Перевожу взгляд на Киру. Сидит за детским столиком. Высунув кончик языка, что-то сосредоточенно рисует.
Щеку прожигает взгляд Юли. Палит, кожа начинает гореть.
Ну что ты смотришь, милая?
Вот такой у тебя муж. Был.
Дашь шанс показать, что я другим могу стать?
— У меня к тебе просьба, Ром, — вздыхает, отвернувшись к окну. — Я очень надеюсь на то, что ты её выполнишь.
— Конечно. Всё, что нужно.
Обещаю, именно это и вкладывая в свой ответ.
Всё, что понадобится, я сделаю.
— Не приглашай меня на мороженое больше, — убивает своей просьбой. — Или на кофе. Или ещё куда-то. Не надо. Мне нужно время без тебя.
— Тебе не понравился вечер?
— Это… Сложно. С тобой так сложно, Алимбаев, — подпирает лицо ладонями. — Вот скажи, что с вами, мужиками, не так? Почему ты не мог быть таким раньше? С Кирой сидишь, в декрет готов был уйти. Внимательный, подарки присылаешь. Почему раньше так не делал? И где гарантия, что через пару недель всё не вернётся в прежнее русло?
Её нет.
Мои обещания для Юли сейчас пустой звук. Мне нужно заново её доверие заслужить, поступками.
Но я не врал и не юлил, когда предлагал декрет. Готов был на это.
Явно бы двинулся и облажался не раз, но готов был учиться. С Кирой экспресс-курс проходит не совсем провально.
Денег бы хватило. Сбережений достаточно, мы с Юлей никогда попусту не тратили деньги, откладывал постоянно. Достаточно, чтобы декрет просидеть и ещё хватило.
Разочарованием ударило под дых, когда все тесты показали одну полоску. Понимал, что так правильно. Не беременностью брак спасать.
А справиться не мог.
Не с тем, что Юлю удержать не получится. Не хочу этим. Только не так.
Но… Осознание укололо, что у нас мог быть ещё один ребёнок. Через пару лет. Ещё одна светловолосая малышка. Или пацан, в меня чтобы пошёл.
А я этот шанс потерял.
Глава 35. Рома
— Роман Романович, Измиров встречу перенёс на пять. Я подтверждаю?
Киваю неохотно. С этим клиентом у нас не получается состыковаться. То я отменяю, то они. А заполучить нужно.
Современный мир. Когда банк бегает за клиентом и просит взять кредит. Но сумма внушительная, упускать нельзя.
Измиров сложный бизнесмен, но суммы в кредит берёт внушительные. Если дожму, то повышение у меня в кармане.
Рука автоматом тянется к телефону. Хочется набрать Юле, просто так, без повода.
Похоже на ломку. Дома не хватает. Запах духов выветрился со съёмной квартиры. Никаких мелочей не осталось. Словно исчезла насовсем.
Постукиваю по телефону, после отодвигаю — от греха подальше.
Юля просила не тревожить.
Я — стараюсь.
Включаю ноутбук, выскакивает браузер с открытыми вкладками. Доставка цветов, мороженое, сладости, любимый магазин косметики.
Сдерживаюсь, не заказываю.
Опять же — потревожу. А мне до зуда под кожей хочется наплевать на всё. Врубить старый режим. Нахрапом взять, измором. Завоевать и покорить.
Сжимаю челюсть. Держу себя под контролем. Вспоминаю советы Михалыча.
Не давить, не возвращаться к перманентному эгоизму. Я должен поставить желания Юли выше своих.
Склеить то, что я сам разбил.
Раньше я не видел проблемы.
Раньше я не понимаю, насколько рискую.
Последние лет семь этим живу, на хлеб зарабатываю.
А риск в семейной жизни просчитать не смог.
— Алимбаев, я к тебе, — Никита заваливается в кабинет. — Чо как?
— Занят, — отрубаю, пытаясь погрузиться в документы.
Никиту я видеть не особо хочу. Тошно. Не потому, что он вдруг стал каким-то другим.
Он — отражение моих косяков.
Напоминание.
А я прежним быть не хочу.
— Делов на три минуты, — ухмыляется бывший друг, заваливаясь в кресло. — На выходные планы есть? Выберемся куда-то. Ты вечно сливался.
Я вечно либо на тренинги и конференции мотался.
Либо в отеле ночевал, когда чувствовал, что хочется тишины.
Как если бы мне больше всего этот отдых нужен был.
Прав Михалыч. Эгоистичный мудак.
— Сейчас тоже сливаюсь, — отвечаю ровно. — Больше я не заинтересован.
— Да ладно тебе. Ещё пару ребят подтянутся, ну ты их знаешь. Бери свою новую и…
— Аверин, новых нет. И не будет. Ко мне с подобным больше не подходишь. Ни алиби, ни приглашение. Неинтересно.
— Ты чего такой резкий? Твоя под каблук взяла?
