сдадутся, вы получите одно из предприятий, принадлежащих пока что нашему недругу. Считаю, это будет справедливой наградой.
— Большое спасибо, — поблагодарил я.
— Однако я должен напомнить вам, Константин Дмириевич, что на данный момент одна из ваших основным обязанностей — это учёба. Не может же быть предводитель рода человеком необразованным, — архонт вежливо улыбнулся и отхлебнул кофе. — До тех пор, пока вам не исполнился двадцать один год, вы должны заниматься собственным образованием, а управлять родом вам помогут матушка и другие родственники. Так вы сможете постепенно привыкнуть к своей новой роли, хотя я вижу, вы и так уже неплохо разбираетесь в нужных вопросах.
— Приложу все усилия, — ответил я дежурной фразой.
— Ах, да, ещё вот что, раз уж вы здесь… В ближайшее времени мы возобновим охоту. Её пришлось прекратить по ряду причин, но скоро, надеюсь, все преграды для исчезнут. Пока шли баталии, бесплотных расплодилось столько, что уже у границ города появляются. Вашему роду, как, впрочем, и другим охотникам, придётся вернуться к исполнению своих обязанностей.
— Разумеется, мы продолжим заниматься охотой, — согласился я.
Затем архонт спросил, есть ли у меня какие-то вопросы, я ответил, что нет, и на этом наше общение закончилось.
Следующий день ознаменовался собранием руководящего состава рода. Тут присутствовали и мои дядья: Андрей, Евсевий, Макар, и мачеха, и Фёдор Васильевич, и ещё три человека, среди которых была даже одна пожилая дама, заведовавшая сдачей жилья — у меня в собственности оказалось пара многоквартирных домов.
Пришлось выслушать несколько скучных докладов о делах на предприятиях, хотя когда речь заходила о планируемой прибыли, отчёты становились уже на такими скучными. Теперь все эти фирмы принадлежали, я стал одним из богатейших людей клана. Не самым, конечно, богатым — были роды крупнее и богаче, но всё равно прирост благосостояния выглядел ощутимо. Даже не верилось. Не привык я осознавать себя олигархом.
Впрочем, расходы тоже оказалось немало. Особняки и прочее жильё требовали огромных сумм на их содержание, предприятия — тоже. К стандартными пунктам добавлялись траты на защиту и восстановление шахт в мире Эпсилон. Крылатые твари нанесли серьёзный ущерб, две шахты пришлось даже остановить. Просели и акции наших этерий — война и нашествие хироптеров сильно ударили по рынку ценных бумаг. Плюс к этому на металлургическом заводе случилась крупная поломка. И на всё требовались деньги, деньги и ещё раз деньги. Только на хлопковых плантациях в Персии ситуация выглядела стабильной.
В гранд этерии тоже было не всё гладко. У некоторых наших родственников, доли чьих компаний принадлежали роду, дела шли хорошо, но имелся ряд предприятий, которые уже не первый год балансировали на грани банкротства. А поскольку почти два месяца часть сотрудников (причём из руководящего состава) воевала в рядах дружины, ситуация только усугублялась. Проблемным этериями помогали, как могли. В конце концов, это была одна из основных моих обязанностей — поддерживать членов собственного рода.
Отдельной статьёй расходов шла дружина. Снаряжать воинов и платить им жалование — это была обязанность рода. В нашем роду дружина обеспечивалась из казны гранд этерии. Два месяца боевых действий стоили нам не только жертв среди личного состава, но и почти четверти сбережений рода.
Под конец дня у меня от цифр голова пухла, но я был обязан во всём разбираться сам, чтобы ни у кого из родни не возникло соблазна подворовывать у молодого несмышлёного предводителя.
В скором времени предстояла ещё и делёжка имущества. Но тут дела обстояли проще. Вся недвижимость доставалась мне, как главному наследнику. Остальные могли претендовать лишь на деньги и ценные бумаги, не образующие каких-либо важных пакетов. Зная, что это может породить споры и конфликты в семье, Лев Васильевич во время своего последнего пробуждения составил завещание, где каждому определил его долю.
Домой мы приехали только к ужину. Так получилось, что теперь мы с мачехой были в доме одни, если не считать слуг. Сын дяди Евсевия съехал, Инесса и Саша, как и полагается, отправились на военные сборы. В какой-то степени это даже радовало: за едой можно было спокойно поговорить о делах, а не выжимать из себя по требованию этикета светские беседы ни о чём.
Мы с Ириной сидели за обеденным столом друг напротив друга. Говорили о делах, в частности, обсуждали, свернуть или нет пару убыточных фирм, которые последний год держались на плаву только за счёт дотаций гранд этерии. И дело было не столько в чьём-то личном желании, сколько в том, что два месяца войны и различные проблемы на производстве высосали почти всю казну, не оставив даже подушки безопасности.
Чтобы нивелировать данные потери я даже принял решение внести в бюджет гранд этерии некоторую сумму из личных сбережений, точнее сбережений деда и отца, которые в скором времени должны были упасть на мой банковский счёт.
На ужин сегодня подали запечённого лосося с бурым рисом и салат из свежих овощей. Когда основные блюда были съедены, и мы перешли к десерту, Ирина подняла вопрос наших договорённостей.
— Помнится, у нас был уговор, — сказала она. — Моему сыну должно достаться три процента металлургической этерии.
— Верно, был такой уговор, — я поставил чашку с чаем на стол и с любопытством посмотрел на мачеху, гадая, почему она затронула данную тему.
— Считаю, что надо внести кое-какие коррективы. Мне ещё четыре года предстоит потакать всем твоим прихотям, что может, в том числе, вызвать серьёзное недовольство других членов рода. Не скажу, что я рада такому положению вещей, но, как видишь, не отказываюсь. Однако мне нужны гарантии, что твоё обещание — не пустой звук. Надеюсь, тебя наше сотрудничество в последние четыре месяца удовлетворило? Если так, то считаю в своём праве потребовать гарантий. А если нет, придётся подумать над тем, стоит ли его продолжать?
— Думаю, за эти четыре месяца мы нашли общий язык, — уклончиво ответил я. — Но какие я могу дать гарантии?
— Я желаю, чтобы Александру уже сейчас достался один процент акций металлургической этерии.
Я задумался. С одной стороны, мы так не договаривались, а с другой — Ирину тоже можно было понять. Четыре года трудиться без каких либо гарантий получить обещанное — зачем ей такое нужно? За последние четыре месяца мачеха показала себя с лучшей стороны. Несмотря на некоторые не самые приятные черты характера, она выглядела человеком, с которым можно вести дела. Главное, чтобы она видела в этом свою выгоду. Да и в
