Читаем без скачивания Большая книга ужасов – 67 (сборник) - Евгений Некрасов

– Ого! Кого-то успела сожрать?

Раны мои не затянулись и болели теперь с новой силой. Я уселась на обочине и отмахнулась:

– Моя кровь. Все нормально прошло, ты злой и красивый.

– Я? Погоди, это я тебя так?

– Твоя Тварь сильнее – парень же. Так что фиг я тебя удержу, сам-сам…

– Прости…

– Забудь. Давай лучше решим: идти домой или до Тулы добираться? Мать небось там с ума сошла.

В кармане запищал мобильник: мать, кто же еще?!

– Домой, – успел шепнуть Фантомас. – Хватит с твоей матери.

Апрель, 1 мая

Весь март и весь апрель я только и делала, что читала, зубрила и пыталась научить Фантомаса хоть как-то контролировать себя. Учился он по-прежнему неважно: покусы Большой Твари на мне, конечно, впечатлили его, но всего-то недели на две, пока не зажили. Я пыталась взывать к его совести, но это бесполезно.

Сашка опять присоединился к нашим занятиям и опять все испортил еще больше. Сперва они вдвоем прогуляли один урок, потом другой, а потом, перед апрельским полнолунием, Фантомас прибежал один и потребовал научить его управлять Большой Тварью вотпрямщас. «А то мы с матерью на дачу едем».

Нормально? У них на даче дома-то нету, маленький хозблок, наполовину заваленный огородным барахлом. Вторую занимает столик и двухъярусная кровать, где они с матерью и спят. То есть с ночевкой к ним не напроситься – некуда. Я, конечно, высказала Фантомасу все, что о нем думаю, и, конечно, сделала с ним парочку упражнений из НЛП (больше он не выдержал), но знала, что все зря. Вся извелась в ту ночь, свою Тварь еле держала. Даже хотела быстренько сбегать к ним на дачу, оборотню десять километров – не крюк, но все обошлось.

Фантомас и тетя Марина вернулись в целости. Юрка похвастался, что убежал в лес задолго до полуночи, а когда очнулся – еще долго не мог выбраться, вот какой хитрый. Еще сказал, что себя не помнил и что лажа весь этот мой гипноз, а раз так – то и пробовать не стоит. Легкомысленное существо, хоть и везунчик. Я уже не могла на него злиться. Сказала себе, что раз уж я его сделала таким, мне за ним и следить.

Мать со мной не разговаривала. Даже тетке, кажется, не звонила, чтобы не нарваться на меня. То ли еще сердилась за наш побег из санатория, то ли так ультимативно давала понять: «Поступай в мореходку или я обижусь». Я уже не возражала. Училась как ошпаренная, чтобы в мае сдать экзамены за два года сразу. Кто сказал: «Невозможно пройти год за два месяца?» Звериное здоровье и привычка жить и учиться на сто первой границе человеческих возможностей не оставили меня и в этот раз. Уже к первому мая я была готова к экзаменам и за восьмой, и за девятый и не сомневалась, что все пройдет хорошо. Сашка и Фантомас ко мне почти не заходили, боялись, что за книги посажу, – детский сад! Я спокойно училась и только ближе к полнолунию вспомнила о Большой Твари.

Фантомас пришел ко мне сам. Сказал: «Все-таки я без тебя не могу, – и тут же добавил: – Не в этом смысле». Как будто я могла подумать о чем-то, кроме Тварей.

– Я все придумал: мы отпросимся в лес на шашлыки. Типа, с ребятами. Ночами уже тепло, зайдем подальше в лес, ты говорила, там есть горелая поляна, где им перебивает нюх…

Идея мне понравилась, да и лучшей у меня не было. Я только волновалась, как-то мне справиться с Большой Тварью.

– Загрызть ты меня хочешь, Фантомас. Забыл, что в прошлый раз было?

– Я ж извинился… В конце концов это ты меня таким сделала, я не виноват…

– Не виноват, не виноват. Ты хоть бы попытался как-то себя контролировать. Сожрешь меня, кто за тобой следить будет?

– Я пытаюсь, у меня не выходит ни черта!

– Знаю, как ты пытаешься!

Он еще что-то возражал, но я давно махнула на него рукой. Обидно просто, что человек ничего не хочет с собой поделать, все валит на тебя. Терпи, Ира, покусы, если сама виновата.

Как мы Фантомаса отпрашивали – целый спектакль. Тетя Марина, оказывается, хотела увезти его на дачу на все майские. Типа, одной там ей делать нечего, а для Юрки полно «мужской работы». Мы со своим ночным шашлыком в ее планы не входили. Она даже хотела сперва напроситься с нами для контроля. Пришлось врать, что соберется большая компания придурковатых подростков: мы, Сашка, Виталик, еще полдвора… Тогда она и потребовала притащить эти самые еще полдвора или хотя бы Сашку. Показать, что мы не одни в лес ночью собрались.

Фантомас сел на ступеньку между нашими этажами, сказал: «Замолчи, я думаю», – хоть я и молчала. Задачка и правда была та еще: сказать Сашке, чтобы помог отпрашиваться в лес, и его же в лес не взять. Что ему-то соврать такое-этакое, чтобы и отпросил нас, и не обиделся?

– Может, правду скажем?

– Не поверит.

– Я ж тебе поверил.

– Ты за мной год следил. Хватило же терпения! А позаниматься…

– Все-все, не начинай! Что делать-то?

Я предложила глупость, но лучше не придумала: сказать, что мы идем в лес без него. У нас есть секрет, который мы ему, конечно, откроем, но после того, как побываем ночью в лесу, только пусть нас отпросит. Интриги, секреты, Сашка проникнется. А к утру что-нибудь придумаем.

Как мы это все втирали Сашке, как уговаривали нас отпросить – тихий ужас. Он обижался, как девчонка, что мы хотим уйти без него, пришлось его чуточку погипнозить, чтобы согласился. Зверь. Знаю. Жалею, что не заставила его все забыть сразу после того, как он отпросил нас у тети Марины. Отпросил, как же. Против троих она уже не могла возразить.

Мне и отпрашиваться не пришлось, тетка только сто раз переспросила, правда ли я на всю ночь и не захочу ли вдруг вернуться? Я сумела ее убедить, и она, похоже, обрадовалась, что ей самой не надо никуда сбегать из дома.

Вечером мы трое демонстративно вышли во двор, с рюкзаками и мангалом, чтобы Фантомасова мать видела нас из окна. Вместе свернули за угол. Сашка независимо бросил: «Пока» (по-моему, надулся) – и пошел куда-то в сторону Андреевки. А мы с Фантомасом – в лес. Я даже взяла мясо для шашлыков: сто лет не выбиралась, да и Твари могут отвлечься. Сейчас потихоньку дойдем до горелой поляны, поставим мангальчик…

Фантомас радостно пинал камушки, и никакое полнолуние не портило ему настроения. А меня терзал какой-то странный червячок: то ли звериное чутье, то ли что-то вроде нашептывало: что-то пойдет не так. Хотя что может «так» пойти у двух оборотней? Ну покусает меня опять Фантомас, ну так уже не впервой. Но червячок не унимался.

Уже стемнело, когда мы наконец добрались до горелой поляны. Я достала фонарик. Фантомас фыркнул:

– У тебя что, нет ночного зрения?

– Пока нет. Подожди часик.

– А у меня есть! – И гордо шагнул в лужу.

Я отправила его за хворостом (конечно, фонарь не дала, надо ж повредничать), поставила мангал, насыпала угли. Не люблю этот странный химический запах готовых углей, а хворост замаскирует. Достала складные стульчики (шашлык так шашлык, ужинать надо с комфортом), даже хлеба нарезала. А червячок не унимался. Плеснула себе кофе из термоса, «сладкая бурда», Фантомас не будет. Я слышала, как трещат в лесу ветки, как Юрка ругается, спотыкаясь (тоже мне «ночное зрение»). А червячок точил, и даже кофе не успокаивал меня.