меня и очень сильно расстроился. Я это отчетливо прочла в его взгляде. Ничего не сказав, папа просто развернулся и ушёл к себе в комнату. А я сильно пожалела о своем поступке, увидев боль в его глазах,– грустно вздохнула я, понимая, как же за ним соскучилась. Пытаясь прогнать непрошенные слёзы, я быстро затараторила:– А утром он меня отвел в спортивный зал, чтобы записать на борьбу. Только я отказалась и попросилась на балет!
– На балет?!– не веря, переспросил Давид.
– Ага, хотела как-то загладить свою вину и порадовать папу, — закрывая чемодан, произнесла я с улыбкой, сморгнув выступившие слёзы.
– И долго ты проходила в балетную школу?– мой муж не сводил с меня заинтересованного взгляда.
– Нет, так что концерта не будет! Там, скажем, своя конкуренция. Увидев меня с очень оригинальной причёской, девочки то и дело тихо подсмеивались, глядя в мою сторону. Отец понял, что так дело не пойдёт, и забрал меня к себе в автомастерскую. Так я постепенно начала учиться всему, что умею сейчас,– и тут я вовремя прикусила язык. Рассказывая о приятных воспоминаниях, я чуть не сказала «гоняться»! Ведь за руль автомобиля я села примерно в девять лет. И когда во мне проснулась страсть к автомобилям, то меня невозможно было выгнать из гаража.
– Бандитка!– сделал вывод Давид.
– Бандитка,– подтвердила я, оглядываясь вокруг, чтобы понять, не забыла ли чего.– Ну что, я готова. Поехали?
– Поехали. Тебе понравится,– улыбнулся он и, прихватив мой чемодан, двинулся на выход. Минут через двадцать я начала узнавать дорогу, и догадка не заставила себя долго ждать.
– Мы что, едем в тот загородный пансион?– не смогла сдержать я своего восторга.
– Да, крошка, именно туда. Я думал, тебе понравится идея вернуться туда, где все началось,– ловко крутя рулём автомобиля, Давид довольно улыбался из-за моей реакции. Я замолчала, так как на меня накрыла лавина воспоминаний. Как мы устроили грязевой баттл, как Давид ловко пытался выкурить меня из моего домика. Наш первый секс, а потом ещё и ещё. Расценив по-своему моё молчание, Давид произнёс:
– Эмили, детка, как только мы решим все наши проблемы, особенно первой важности, которой является твой отец, то сразу же сделаем всё, как полагается: и свадьбу, и свадебное путешествие!
– Нет! Нет, ты не понял! Я очень рада, что ты выбрал именно это место!– радостно воскликнула я.– Тем более нам просто необходимо быть к концу недели на автодроме!– напомнила я ему про гонки.
– Знаешь, Эмили, в связи с последними событиями и пока ещё непонятным для меня делами, что там творится, мы можем выплатить неустойку, покинуть в этом году гонки и сосредоточиться на деле твоего отца,– сказал он немного напряжённым голосом. Из его слов я сделала вывод, что всё-таки ветер перемен его настроения дует именно оттуда. Ну, что же, предупреждён, значит вооружён! Я до конца буду отстаивать наши интересы! И сейчас не лучшее время покидать трассу, мне просто необходимо быть в курсе событий. Информация– это сила, а правильная информация– оружие!
– Нет, не стоит отказываться. Вместе мы сила, помнишь?!– развернулась я к нему и уверенно продолжила:– Держи друга при себе, а врага ещё ближе!
– Хорошо, пусть будет так, как хочешь этого ты. Только, прошу, что бы ни случилось, не пытайся действовать в одиночку. Помни, нас двое! Обещаешь?!– посмотрел мне в глаза Давид, пытаясь понять, что он упускает.
– Обещаю!– пылко выдохнула я и по-детски скрестила пальцы за своей спиной.
Глава 19
ЭМИЛИ
Я сидела за рулём спортивного гоночного автомобиля и вспоминала неделю, проведённую в пансионате с моим гонщиком-красавцем. Это были лучшие дни моей жизни. Днём мы гуляли по лесу и купались в красивейшем озере, а ночью... Ночь у нас была одна на двоих! Страстные вздохи и крики, казалось, заполняли весь окружающий периметр так, что нас переселили после первой ночи в самый отдалённый домик, сказав, что он для молодожёнов. Помню лицо управляющей, как она пыталась деликатно попросить нас переехать. Мы ещё долго с Давидом вспоминали и весело смеялись, а после вновь падали на кровать и занимались безумным сексом. Сердце сжалось от воспоминаний. Сегодня я опять переодета и сижу в этой злосчастной машине с очередным приказом вывести противника из игры. И приказ этот отдавал не Паучара, а отец Давида, лично прибыв в наш бокс. Увидев его, у меня выпал шлем из рук, и, кажется, я совсем потеряла дар речи. Чего он добивается? Хотя, что за глупые вопросы? Понятно ведь чего! Отец Давида хочет вывести меня из игры! Тогда почему он просто не пришёл и не рассказал всё моему мужу?! Неужели его гордость настолько велика, что он хочет сделать как можно больнее своему же сыну. Выслушав его приказ, я решила отказаться и пойти во всем признаться Давиду.
– Постой, Эмили. Не спеши отказываться,– попытался остановить меня он.– У меня есть для тебя очень интересное предложение. Ты ничего не теряешь, выслушав меня. Мужчина подошел ко мне ближе, и тут я поняла, что это не Паучара. Такой, как он, проглатывает свою жертву целиком и полностью, не разжёвывая. Сглотнув, я сделала шаг назад и произнесла:
– Говорите, только быстро. Скоро начнутся гонки, и я хочу признаться до, а не после!
– Можешь не беспокоиться, я много времени у тебя не отниму,– сказал отец Давида, достал какой-то документ и протянул его мне. Сомневаясь всего долю секунды, я взяла документ и, не выпуская его из своего зрения, принялась читать, изредка поглядывая в его сторону. После того, как до меня, наконец, дошёл смысл прочитанного, я ахнула, и неуверенно посмотрела на мужчину.
– Да, ты правильно поняла! Всё это,– он обвёл рукой пространство.– Твой автодром. И всё, что к нему прилагается, возвращается в твое владение. К тому же у меня достаточно компромата на Максима Андреевича, чтобы его посадить. Ну и, естественно, оправдать твоего отца. Я там немного пошуршал, и дела у вас плохи. Если ты не примешь моё предложение, то твой отец сядет, а все это перейдет его партнёру.
– Что вы хотите взамен?– не узнавая свой голос, прошептала я. Ведь все проще, чем дважды два. Он хочет, чтобы я рассталась с его сыном.
– Я должна развестись с Давидом и оставить его?– кажется, я не выдержала, и мой голос сорвался.
– Нет! Ни в коем случае. Ты сделаешь всё так,
