Всё же тот сукин сын, что работает со стороны противника по этому проекту здесь, на Украине — или парочка сукиных сынов? — в Кременчуге изрядно лажанулся. Хотя, в общем-то, Одиссей его (или их) понимал. Есть алкаш, владелец юридического адреса, готовый стать основателем подставной фирмы — причём за очень небольшие деньги; зачем же тратиться ещё на одного? Гораздо проще обе нужные фирмы на одного человека и зарегистрировать! Авось пронесёт…. Тем более — концы в Краковце обрублены; ещё разок рубануть в Кременчуге — и ищи ветра в поле! Логично.
Ну, положим, машинку, что везла это НЕЧТО через Краковец, мы бы нашли. В конце концов, можно было бы купить руководство таможенного пункта, сесть за документы, оформленные в тот трагический день Сарматом, сличить их со временем звонка в Киев, и, путём логического отбора, назначить на должность подозреваемых две-три машины. Затем, узнав, что одна из подозреваемых фур опрокинулась в безлюдном месте — безошибочно указать на неё, как на основного обвиняемого в контрабанде. Логично. А дальше? Хм…. Вот то-то и оно…. Впрочем, и здесь выход можно было бы найти; можно было бы прошерстить все близлежащие города — а именно, тамошние пункты таможенного оформления — и найти двадцать-двадцать пять грузовиков, которые именно в эти дни были затаможены на Россию. Из этих двадцати пяти машин вычленить десяток тех, чей груз вполне мог бы служить прикрытием этого НЕЧТО — и отследить путь этих автопоездов ровненько до места их назначения.
В общем, ничего экстраординарного он не сделал и никаких сверхъестественных оперативно-розыскных способностей не проявил, тут особо нос задирать нечего. Единственное, за что его следовало бы похвалить — это за экономию времени и средств. Сколько людей нужно было бы для всей этой музыки, которую надо было бы провернуть — если бы не его розыскной гений? Человек четырнадцать-пятнадцать, пять оперативных групп, никак не меньше. А сколько времени? Дней десять — двенадцать, а если принять во внимание объём работ — то и все две недели. О деньгах вообще говорить страшно; он один уже потратил примерно пять тысяч долларов (тут Одиссей про себя улыбнулся; примерно полторы тысячи из них было израсходовано на дам, но этот интимный факт он начальству докладывать не станет), сколько же пришлось бы ухайдакать всей этой орде следаков, которые, понятное дело, действовали бы на Украине исключительно приватно и посему за любую информацию вынуждены были бы платить? Тысяч сто в североамериканских денежных знаках — это по самому минимуму! Не считая того прискорбного факта, что к тому времени, когда подозреваемая машина была бы найдена — а она однозначно была бы найдена! — след страшного груза из его кузова давно бы уже простыл. То есть можно было бы, конечно, взять в оборот водилу, потом выкрутить руки кладовщикам и грузчикам того склада, где он разгружался, потом допросить с пристрастием менеджеров той фирмы, что получала груз — и добиться правды; но время было бы безнадежно упущено.
Всё же те, что играют за чёрных — что-то под конец своей операции расслабились; или это на них успех перехода границы так подействовал? Конечно, и на Украине, и в России всё продаётся и покупается, и коррупция такая, что аж пыль столбом. Но импортные господа отчего-то не учитывают тот простой факт, что коррупция — это вообще-то оружие обоюдоострое. И при помощи тех же самых серо-зеленых бумажек мы легко и непринуждённо сможем найти то, что они при их помощи так старательно прячут — весь вопрос лишь в сумме прописью; стало быть, на месте тех, что играют за чёрных, он бы так нахально себя бы не вёл, и уж во всяком случае — ни за что бы не расслаблялся. Потому что опасность быть разоблачёнными отнюдь не исчезла в пламени, охватившем дом номер семь по Жовтнёвой улице села Песчаное! И его противникам сейчас стоило бы крепко подумать над тем, что предпринять дальше — а не катить беззаботно прямо в руки оперативников Управления Н.
Вот что бы он делал сейчас на их месте?
НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ НЕ ЕХАЛ БЫ В КОВРОВ!
МАЗ с грузом станков (среди которых — и это жутковатое и непонятное НЕЧТО) будет там не раньше, чем в среду — всё-таки проехать надо почти тысячу километров, либо по сверхнагруженной федеральной трассе, либо по убитой дороге Тамбов-Владимир, через Шацк, Сасово и Муром. Сегодня понедельник. Стало быть, для мероприятий по розыску у нас есть как минимум сутки. Эти ребята в курсе, что их груз зазвенел на границе; стало быть, они должны допускать, что мы этот груз ищем. Кто "мы"? Неважно. Военная контрразведка, например…. Не имеет значения. Имеет значение лишь тот факт, что Сармат, пусть и ценой своей гибели, но предупредил нас о факте этой жутковатой контрабанды. А эти клоуны беззаботно гонят свою машину и в окошко поплёвывают…. Ну-ну.
Всё же что эти ребятишки так рьяно волокут на российскую территорию? А главное — зачем? Ставки в этом деле растут в геометрической прогрессии; интересно, что в прикупе? Два унылых вольта с убогой трефовой девяткой? Или червонный туз с дамой и королём?
Ладно, завтра утром мы это узнаем — если, конечно, ему удастся настичь чёртов МАЗ с дьявольской начинкой; хоть бы на границе его шибко не мытарили…
***
Российско-украинскую границу он пересёк уже ближе к ночи, немало подивившись нравам и обычаям, что царили на погранпереходе. Вот интересно, это везде так, на всём протяжении границы, или это просто ему так не повезло? Наглые пузатые таможенники, ленивые пограничники, ещё какие-то дядьки в непонятно форме с непонятно какими функциями — все дружно старались извлечь из пересекающих рубеж машин максимально возможную прибыль, как будто состязаясь друг с другом, кто кого переплюнет в мастерстве вымогательства взяток. О вульгарном техосмотре там, или, например, о каких-то нормах груза на одно лицо речи просто не шло; ребята считали нужным снимать деньги за сам факт проезда!
Сначала к его машине — ещё метров за пятьсот до украинского шлагбаума — бросилось несколько человек, размахивающих разными бумагами. Подбежавший к нему первым молодой мужчина с испитым лицом тут же предложил купить у него страховку на машину (всего за шестьдесят гривен!), а, дабы как-то стимулировать Одиссея, решил его напугать — хотя, надо сказать, несколько косноязычно:
— Як нэ возмэшь страховку — то штраф на границе будэ сто гривэнь! На украинской! А на российской — ще сто! — Очевидно, в его понимании сумма в двести гривен представляла из себя абсолютно космическую величину.
Одиссей вздохнул. Ну почему, почему все эти приграничные прихлебатели считают своих сограждан полными и окончательными лохами? Просто обидно! Вон, возле будки "Украинской почтово-страховой компании", прямо под фонарём, висит табличка — в которой чёрным по белому, большими, в ладонь размером, буквами, сказано, что стоимость страховки на легковые автомобили (причём указано, что страховка сугубо добровольная) составляет тридцать три гривны; то бишь, деятель со следами бурной алкоголической юности пытался, во-первых, нагреть его на двадцать семь гривен, а, во-вторых, внушить ему идею о том, что страховка обязательна — хотя таковой она вовсе не являлась. Ну-ну…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
