— А можно и мне виски…
— Не побрезгуешь, значит, выпить с начальством. Спасибо. Что с Павловым у тебя?
Виктория решила остаться, вероятно, ей тоже было интересно, каким именно образом облажался Макс. Вот это уже на хороший знак не тянуло. Олег недовольно басил:
— Полгорода на ушах, радиационная тревога, сам господин Павлов срочно вылетел в Москву, и я уже устал пытаться придумать ответ на его вопрос — почему Максим Полонский сбежал из Управления скоростного транспорта… Виски хорош?
— Да.
— Знаешь, на какую сумму они выставили нам счет?
— Это как-то связано с виски?
Ответила Виктория. Макс не заметил, когда у неё в тонких пальцах оказался бокал недешевого напитка.
— Макс, если мы заплатим им столько, сколько они хотят, то перейдем от напитков с выдержкой на проточную воду. Знаешь, такая, открываешь кран — оттуда бежит, хлоркой пахнет…
Неожиданно Максу полегчало. Деньги его не пугали никогда. Ни те, которые должны ему, ни те, которые должен он сам… Мало того, он как-то разом успокоился.
— Олег, Виктория, у меня есть ответ на все вопросы, но только в том случае, если вы уверены, что, даже если кто-то решит нам хорошенько врезать — мы отобьемся.
— Врезать?
Шеф потянулся за пачкой сигарет, покосился на дверь, обернулся к Виктории, что-то такое читалось в его взгляде, как будто уже был случай, когда им хотели врезать, и случай этот хорошо кончился не для тех, кто нападал. Иначе отчего так улыбается Виктория?
— Отобьемся. Мало не покажется. Ты рассказывай, Макс…
— Я покажу…
Металлический кубик, ребро — пять сантиметров. Если бы Макс был чуть глупее, он бы попробовал его продать. Если бы Макс был тем, кто он есть, и чуть больше любил деньги, он все равно попытался бы его продать. Полонскому повезло, он попал в ситуацию, когда быть не жадным — выгодно.
— Если это то, что я думаю…
— Да.
Олегу Николаевичу приходилось видеть такие контейнеры. Внутри за стенками из обедненного урана находилась крупинка баббла. Появление такого контейнера в центре Петербурга, в его кабинете было событием чуть менее вероятным, нежели визит Деда Мороза с просьбой о поставке комплекта роботов-оленей.
— Не фонит?
— Пока нет.
— Может, все-таки расскажешь?
— Легко.
— В кабинете у Павлова стоит ПДК — пульт дистанционного контроля. Универсальная модель, покупал не у нас, но само по себе это не преступление. Тут надо понимать, что Павлов — человек, который любит все делать сам. Поэтому, если пульт у него есть, он им пользуется точно. То, что роботы взбесились из-за него, стало понятно сразу, другой вопрос, как бы Павлов ни любил все делать сам, почему именно эти роботы, именно этот участок? И откуда радиация в центре Питера? И потом, очень трудно заставить одних роботов напасть на других, не приказав им.
Чтобы разобраться, надо было просто попасть на место, где все произошло. Павлов жаловался, что роботы начали драку… Я сам, пересматривая запись, никак не мог понять, в чем проблема, пока не оказался на месте конфликта. То, что казалось дракой, на самом деле было совершенно другим. Никто ни на кого не нападал.
Уже потом оказалось, что надо просто посмотреть внимательно на запись, но не в движении, а по кадрам, тогда видно, что модели H1 не нападают, а пытаются оттащить модели H2.
Так ведут себя роботы, получившие приказ о спасении персонала. Только приказа не было. И персонала не было. Что же произошло?
Все решилось бы проще, если бы Павлов отдал всю запись. Но он дал только фрагмент, и это тоже непонятно. Почему? Что такое могло происходить в зоне, чего Павлов не хотел показывать.
Ларчик открывался просто. Банда Резчика.
Те самые ребята, которые решили, что они могут ограбить северо-западные склады баббла. Банду уничтожили в заброшенном бункере, их просто взорвали. Не уцелел никто, да никто и не мог уцелеть при подрыве такого количества взрывчатки в замкнутом пространстве, членов банды просто по стенкам размазало. Баббл обнаружили бы уже тогда, но взрыв был уж очень силен, бункер засыпало породой, да еще так хорошо, что радиация не добралась до поверхности. Никому в голову не пришло, что банда Резчика совершила не попытку ограбления, а ограбление. Они все-таки добрались до баббла.
Я сказал, что никому в голову не пришло. Пришло, и этот кто-то предложил Павлову сделку. Почему бы не проложить ветку метро так, чтобы достать бункер. Вот откуда радиация. Вот почему собственно никаких работ по прокладке ветки там не проводилось. Павлов сделал то, о чем его просили, и скорее всего очень скоро стал бы либо очень богатым, либо очень мертвым человеком, если бы правильно обращался с роботами.
Контейнеры с бабблом из-за взрыва разгерметизировались, и пришлось покупать два десятка роботов высшей защиты, чтобы снова собрать и запаковать баббл.
H2 работали в эпицентре — собирали баббл, очищали, паковали и передавали в зону работы H1, которые уже занимались окончательной обработкой — укладкой в контейнеры и транспортировкой.
— Транспортировкой?
— А как я оттуда выбрался? Павлов умудрился соорудить небольшую ветку до Мурино, а там — железнодорожный узел, вези куда хочешь, что хочешь…
— Ну да, у него ведь Управление скоростного транспорта…
Интонация Виктории Максу не нравилась. Ей было весело. Такое особенное веселье, когда намечается драка, и ты точно знаешь, что бока намнут не тебе.
— Я боюсь, у него не только Управление. Я пытался поковыряться в досье Павлова, вся информация дозирована, да и за пределами Управления кто-то должен здорово ему помогать.
— Всегда кто-то должен помогать. Макс, просто это не проблема, это возможность, я доступен?
Кажется, впервые сказанное Олегом было действительно труднодоступно. Максу оставалось только надеяться, что начальство так спокойно неспроста. Виктория вышла из кабинета, чтобы вернуться с еще одной порцией печенья, вероятно, это была награда Максу, примерно так себя чувствуют лошади в цирке, только что выполнившие трюк, — сахарок получен, но почему улыбается дрессировщик — непонятно.
— А что с роботами, товарищ следователь? — Виктория подвинула блюдце поближе к Полонскому.
— Дело в том, что там не видно ничего.
— То есть?
— Ошибка идентификации. Роботы вообще похожи на людей. А в некоторых случаях они становятся похожи очень сильно. Например, когда не видно ничего. Я там был. Если бы я не знал, кто передо мной, я бы не отличил человека в защитном комбинезоне от робота. Но главное не это. Дело в том, что Павлов — не оператор, то есть, как управлять роботами, знает, но только в теории, в какой-то момент он начал вести себя с роботами так же, как и с подчиненными. Он начальник, причем хороший, поэтому он не просто приказывал, он начал делегировать полномочия. В результате H2 отдавали приказы роботам серии «H1». Для Павлова это нормально, раз более новые роботы дороже, значит, они главнее. А вот для роботов — это нештатная ситуация.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
