и Невилл. Упавшая на пол свеча вспыхнула ярким пламенем, огонь поднялся до потолка кабинета, превратился в пылающее кольцо и ринулся как лассо на детей. Потом старик ткнул палочкой в сторону Снейпа, и в того полетела яркая синяя молния. Мастер зелий сумел ее отбить и закричал:
— Уходим! Его не одолеть!
С белым от ярости лицом, пылавшими праведным гневом голубыми глазами и растрепанной седой бородой Дамблдор был похож на разгневанного языческого бога. Справившиеся с огнем студенты попытались снова атаковать его. Но Альбус вскинул палочку вверх. Раздался грохот и гром. Кабинет зашатался. Снейп, Лонгботтом и Лавгуд едва успели выставить щиты. Директор взмахнул палочкой в сторону камина, и тот разнесло вдребезги оглушительным взрывом. Одновременно стоящие на полках серебряные приборы сорвались со своих мест и градом посыпались на нападавших, заставив их защищаться. На лестнице раздался громкий топот, и через секунду сорвав дверь с петель, в кабинет ворвалась каменная горгулья, быстро бросившаяся на врагов. Однако две Бомбарды от гриффиндорца и когтевранки превратили ее в груду щебня. Тем временем декан Слизерина зачем то вышиб взрывным заклятием окно и снова крикнул:
— Да бегите же!
— Альбус! — Следом за статуей в кабинет директора вбежал Элфиас Додж. — Что здесь происходит?
Быстрым взмахом палочки Снейп обезоружил его, обездвижил, заставил пролететь через весь кабинет и зависнуть прямо перед ним, закрывая от новых заклинаний директора. Крик давнего товарища на секунду отвлек внимание Дамблдора, заставив потерять контроль над ситуацией, чем не замедлили воспользоваться ученики: Невилл превратил стол в щепки, а Луна выпустила в старика новое Смертельное Проклятие. Увы, с прежним результатом. Раздраженный своим просчетом величайший волшебник современности резко взмахнул палочкой. Мощная волна магии сбила с ног юношу и девушку, отбросив их прямо к выбитому окну. Не желая больше искушать судьбу, Лавгуд и Лонгботтом быстро выпрыгнули в него. Директор проводил их недоуменным взглядом и развернулся к последнему противнику. Видя, что Нюниуса нельзя поразить, не задев тем самым старого друга, Дамблдор слегка опустил палочку и спросил:
— Почему ты предал меня?
— Я всегда был верен своему господину!
— Но ведь Волдеморт убил любовь всей твоей жизни!
— На свете много других женщин, куда более достойных, чем Лили! А с той силой и властью что дает Темный Лорд любая станет моей! Только такой наивный доверчивый глупец как вы мог поверить в сказочку про вечную любовь!
На пороге разгромленного помещения появились ещё несколько оживших доспехов и статуй, но замерли на месте, повинуясь безмолвному приказу директора. Дамблдор устало пожал плечами и тихо сказал:
— Сдавайся, Северус. Отпусти мистера Доджа, и я гарантирую справедливый суд. Тебе не уйти.
— Ну, это вы так считаете, старый дурак! — Издевательски расхохотался Снейп и быстро сунул левую руку в карман мантии. В следующий миг он уже исчез из кабинета в вихре портала.
* * *
Я оторвал голову от Омута Памяти, устало потер лоб, и, потянувшись в кресле, оглядел гостиную особняка Блэков на площади Гриммо, 12. Вчера в Хогвартсе начались пасхальные каникулы, которые я впервые в жизни проводил вместе с отцом. В камине полыхал жаркий огонь, отбрасывая мою тень на холодную стену. На ковре перед ним вытянулся в анимагической форме Бродяга, положив массивную голову на передние лапы и задумчиво смотрел на пламя. Интересно, какие картины прошлого проносятся сейчас перед его мысленным взором? Проведенное под родительским кровом счастливое детство, беззаботные школьные годы, исковерканная войной молодость? Скорее всего, крестный сейчас заново переживал заключение в Азкабане. Он еще в августе подробно изучил мое воспоминание но, к сожалению, помочь ничем не смог. За годы службы в аврорате Сириус никогда не слышал ни о чем подобном. Я тоже десятки раз просмотрел данный эпизод в Омуте Памяти, но ясности происходящего это не добавило. Покушение на директора было спланировано великолепно. Беллатриса Лейстрендж и Торфинн Роули идеально сыграли роли Луны и Невилла. И не их вина, что все закончилось провалом. Обмануть фальшивыми воспоминаниями лигеллимента такого уровня как Волдеморт не смог бы даже сам Снейп. Тем более что здесь кроме него было еще два незаинтересованных свидетеля, и их воспоминания совпадали даже в мельчайших деталях. Поэтому следовало принять за данность, что Дамблдор сумел каким то образом выжить после попадания Авады Кедавры.
Я мысленно перебрал все возможные способы защиты от Смертельного Проклятия. Строго говоря, контрзаклятия против Авады нет, поскольку никакой щит не может поглотить магию такой силы. Об этом еще в прошлой жизни совершенно правильно говорил Барти Крауч-младший. От Авады может заслонить собой феникс, как это было во время поединка Дамблдора и Волдеморта в Министерстве Магии. Также от Авады способно уберечь Заклинание Жертвы. Хотя назвать это полноценной защитой все же нельзя. Просто зеленый луч получали не те, кому он изначально предназначался. Но в данном случае эти варианты исключаются. В принципе защитой от Авады можно считать и крестраж. Хотя и в этом случае действует правило: «жизнь за жизнь». Ведь для его создания требуется убийство другого человека. Но будь у Дамблдора крестраж, он бы просто рассыпался пеплом и превратился в бесплотный дух, как Волдеморт много лет назад, а не остался цел и невредим.
Я тяжело вздохнул и попробовал зайти с другой стороны. Основные научные работы Альбуса Дамблдора были посвящены алхимии. Поэтому логично предположить, что разгадку следует искать именно в этой области магической науки. Не сведущий в зельях человек предположил бы, что защитить от Авады способен Феликс Фелицис. Но Жидкая Удача всего лишь увеличивает до максимума вероятность теоретически возможного события, а вовсе не позволяет совершить в принципе невозможное. Пережить с его помощью Смертельное Проклятие или воскресить мертвого нельзя. Такие сильнейшие магические субстанции как слезы феникса или кровь единорога способны исцелить ядовитые укусы, смертельные раны или болезни, вернуть к жизни, даже если человек находится на волосок от гибели, но не спасти при попадании Авады. Можно конечно предположить, что профессор Дамблдор изобрел некое новое зелье с неизвестными свойствами, которое помогло ему в тот день остаться в живых. Но такое предположение нельзя будет ни доказать ни опровергнуть. Не стоит изобретать сверх необходимого. Основные научные труды Дамблдор написал в соавторстве с Николасом Фламелем, создателем Философского Камня, одним из побочных продуктов которого является Эликсир Жизни.
Я погладил кончиками пальцев лежащую на столе рядом с Омутом Памяти старую изданную еще в начале века книгу в переплете из окрашенной в пурпурный цвет шагреневой кожи. На обложке золотыми буквами было выведено название: «Великий Магистерий», а на корешке указаны авторы — Н. Фламель
