— Это он от счастья, — пояснил Пабло пилоту.
— Святая дева Мария! Я сейчас заплачу, — всхлипнул Хорхе.
— Это все потому, братья, что мы усердно молились! — сообщил Николас, бережно обнимая полевую Библию.
Это действительно было похоже на чудо: они возвращались живыми из самого настоящего ада.
Да, мечты о счастливой Шамбале так и остались мечтами.
— Внимание! — раздался суровый голос, и обзорный экран замигал предупредительным красным. — Сухогруз «Каролина», приготовиться к принятию досмотровой команды!
Друзья молча переглянулись. Они заметно нервничали.
…Пограничники были явно разочарованы. Видимо, этот корабль пользовался не самой хорошей репутацией, и лучшей находкой для пограничников была бы, пожалуй, какая-нибудь ракета типа «москит».
Но пустынный грузовой отсек говорил сам за себя. Досмотровая команда неторопливо прогулялась по нему, офицер протянул пилоту разрешительный лист.
— Благодарю за сотрудничество! — сухо сказал офицер, направляясь к шлюзовому отсеку.
Лишь когда пограничный корабль, накренившись, ушел в сторону, Мигель снова направился в грузовой отсек.
Он возвращается на Землю. Рад ли он этому? Трудно сказать.
Он летел за работой и богатством — а нашел совершенно иное. Как его давние предки, вместо обжитой и богатой Индии обретшие новый континент, а вместе с ним — опасности, приключения, власть.
Странно — но Мигель уже начал тосковать по своему новому миру. Наверное, оттого, что, несмотря на все лишения, там он был Защитником и Спасителем.
А потому — он обязательно вернется.
Воздух грузового отсека подернулся маревом — и проявились десятки таких же, как он, Мигелей.
Все, как на подбор — уже опытные, первоклассные строители, готовые работать круглосуточно за одну лишь пищу и похвалу Спасителя. Им не требуется регистрация, они не подлежат налогообложению.
Потому что их, как бы, и нет вовсе.
Идеальные нелегалы.
Близнецы смотрели на землянина как на живого бога.
— Ну, что, друзья! — весело сказал Мигель. — Все прошло идеально! Мы начинаем наш новый бизнес: поставку рабочей силы в космических масштабах! На этот раз обратно — на Землю!
— А там, на этой Земле — не очень страшно? — осторожно спросил Чи-Кри.
Мигель похлопал вождя по плечу и рассмеялся самым счастливым смехом:
— Эх, ребята! Да у нас, на Земле — настоящий рай! Поверьте — теперь уж я это точно знаю.
Алла Гореликова
День в дождливом декабре
Перед рассветом пошел дождь. Тяжелые капли стучались в единственное оконце старой метеостанции; сквозь рассохшуюся раму натекла на подоконник лужа, и сидящая в слишком тесном горшке морочница торопливо доращивала воздушные корни. Морочница хотела добраться до воды — настоящей дождевой воды, а не поганого дистиллята — и наконец-то расцвести. Хозяин станции, натянув защитные перчатки, собирал воду старой губкой. Как всегда по утрам, был он хмур, неуклюж и молчалив, и в почти бесцветных старческих глазах плескалась недозапитая с вечера тоска.
Дождевой фронт накрыл и Зурбаган. Хлынуло внезапно, однако привычные горожане успели разбежаться по укрытиям; те же, кому посчастливилось оказаться дома, задраивали ставни, переключали местное вещание на аварийный канал и готовились к долгой скуке — зимние дожди меньше недели не идут. Плиточные тротуары отражали низкое небо, на поверхности темных луж плавали воздушные пузырьки, предвещая затяжную непогоду. Ливневка быстро наполнилась доверху; мутный поток несся вдоль улиц, вихрясь водоворотами в стоках, разбиваясь пенными бурунами о деревья и фонарные столбы, колотясь прибоем о высокие ступени домов.
— Мерзкая планетка, — поморщился, отходя от окна, зурбаганский губернатор. — Мерзкая, мокрая, паршивая планетка.
Тяжелые ставни щелкнули, оставив непогоду снаружи; засияла мягким светом старомодная хрустальная люстра, бокалы с вином раскидали по белоснежной скатерти кровавые блики.
— Синоптики здесь бесполезны. Никто не предупредит вас о… о таком, — гладко выбритый подбородок губернатора дернулся в сторону задраенного окна. — На ближайшую неделю жизнь колонии парализована. В лучшем случае на неделю. Но скорей всего, лить будет весь декабрь. Самый противный месяц.
Губернатор опустился в кресло, взял бокал. Взглянул на гостя: мельком, вскользь, с тем же тоскливым чувством, с каким смотрел на переполненную ливневку и пенные буруны у столбов.
— Вам повезло. Вовремя добрались. Еще немного, и хватанули бы дозу. Пейте, здесь это нужно. Профилактика.
Сидящий против хозяина кабинета молодой человек — типичный «корпоративный планктон», прилизанные волосы, костюмчик-галстучек-очечки, — равнодушно повел плечами. Спросил, отхлебнув вина и одобрительно кивнув:
— Почему вы не установите над городом поля?
— Я полагал, — ядовито заметил губернатор, — что в такой солидной компании, как ваша, принято знакомить экспертов с местной спецификой до командировки.
— И все же? — В голосе гостя появился нажим: легкий, чуть заметный, но…
Слишком хладнокровен, подумал губернатор. Документы его наверняка фиктивные. Молодой специалист, первая командировка — да, конечно! Больше послать некого было. На Зурбаган — юнца лопоухого. От «Герона»! Юнцу этому наверняка лет восемьдесят, администратор высшей категории, аудитор первого разбора, сам себе телохранитель, десяток смежных специальностей на всякий случай и картбланш два нуля в заначке. Моргнуть не успеешь, как приберет колонию к рукам.
Разрешить легкому вздоху сорваться с губ: пусть себе гостюшка считает, что ему уступили.
— Затратно. Генераторы пришлось бы держать постоянно включенными: местная биосфера слишком активна, остаточным фоном ее не отпугнуть. Герметичные убежища и дешевле, и проще. К тому же по-настоящему опасен здесь только дождь. И только зимой, когда цветет морочница.
— Колония в герметичных убежищах, — гость презрительно хмыкнул. — Через полтора века после заселения.
— Нам приходится считать деньги. За полтора века здесь натворили достаточно глупостей; мы не хотим повторять чужие ошибки.
— Полтора века назад еще не было надежных технологий корректировки биосферы, но сейчас…
— О чем вы говорите?! — вскинулся губернатор. — Какая корректировка?! Малейшее вмешательство — и мы рискуем потерять то, ради чего здесь сидим.
— Ну, это еще надо доказать, — пробормотал эксперт «Герона». Все-таки юнец, решил губернатор. Более опытный, чем прикидывается, но — юнец. Новые технологии, «мы не можем ждать милостей от чужой природы», энтузиазма немерено, а вот мозгов… Все-то им вынь да положь, на блюдечке с зеленой каемочкой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
