от сабли. От её прикосновения мужчина закрыл глаза и глубоко вздохнул. — Здесь болит? — спросила девушка?
— Что? Нет, тут, — он указал рукой чуть выше. Адалин прикоснулась уже более настойчиво и стала прощупывать торс мужчины.
— Так больно?
— Нет.
— А так?
— Чёрт! — он отстранился.
— Простите.
— Нормально всё, продолжай.
Адалин ещё с минуту аккуратно пальпировала болезненный участок, тогда как Виктор, стиснув зубы, терпел её манипуляции. В эту минуту кто-то постучал, и за закрытой дверью раздался приятный женский голос со странным акцентом.
— Адалин, всё хорошо?
Девушка перевела взгляд на дверь.
— Да, Аямэ, всё в порядке, не волнуйся. Вы ломали рёбра? — спросила она, отходя на шаг и не придавая значения произошедшему.
— Доктор что-то такое говорил, вставать не давал, — припомнил Виктор, но сам тоже невольно посматривал на дверь.
— Дело в том, что у вас там кости неправильно срослись и поэтому вы испытываете боль при надавливании на это место.
— Серьезно? И чего мне с этим делать?
— К сожалению, ничего уже не сделать, надо было изначально убрать смещение. Вы присаживайтесь. Можете одеваться, — спокойно поговорила Адалин. Она уже не стеснялась, отдаваясь привычным размышлениям о том, как помочь пациенту. — В некоторых особо тяжёлых случаях, — продолжила она, берясь за карандаш, — приходится ломать кость и сращивать её заново, — она хмуро уставилась на Виктора, который уже натянул рубашку и сидел перед ней, пытаясь усмирить взъерошенные волосы.
— Не надо, — протянул он. — Как-нибудь переживу. Ты лучше скажи мне, как вы тут вообще живете? Спокойно всё? — он неожиданно сменил тему, отчего девушка пришла в смятение.
— Бывает всякое, но мы справляемся, — она мельком бросила взгляд на мужчину, в лице которого читалось недоверие к её словам. — Мистер Хадсон и Джордж сегодня задерживаются на вызовах, а так они обычно всегда с нами.
— Ада, — он склонился над столом, — а если бы я сейчас начал приставать к тебе, что бы вы все стали делать?
— Ну вы же не начнёте, — она нервно усмехнулась.
— Я нет, а за других не отвечаю.
Адалин поднялась, чтобы поставить медкарту пациента на полку и вернувшись к своему месту за столом, проговорила:
— Наша Аямэ сегодня одним ударом уложила мужика, который был на голову её выше, — девушка попыталась улыбнуться, но вышло неубедительно.
— Это та, которая… — Виктор провёл ладонью по воздуху в попытке изобразить невысокий рост старшей медсестры. Адалин кивнула. — Ясно, — он скрестил руки на груди. — Как хорошо, что она оказалась рядом, правда? — в голосе мужчины звучали недовольство, упрёк и нескрываемое волнение.
— В вашем случае, генерал, — решила она сменить тему, — можно попробовать вот эту мазь, — она пододвинула к нему листок с названием лекарства. — Мазь, конечно, не исправит положение костей, зато снимет боль и воспаление. Берегите себя и будьте здоровы, — проговорила она привычную фразу, глядя генералу прямо в глаза.
— Спасибо, — протянул он. — Поберегу, насколько это вообще возможно в моей работе. — Виктор стянул со стола бумажку и запихнул в карман брюк, — ещё увидимся, Ада. — Он встал, подхватил со спинки стула сюртук, в три шага пересёк кабинет и скрылся за дверью.
После его ухода девушка загрустила. Ей совсем не хотелось его расстраивать, но и жить в постоянном страхе она тоже устала. При их первой встрече в кабаре месяц назад она действительно обрадовалась. Ей так хотелось в этом до сих пор чуждом ей мире увидеть рядом знакомое лицо, что было абсолютно наплевать на его возмутительное поведение. Конечно, она осознавала, что он всё поймёт, что теперь знает об опасности, которая подстерегала её сегодня утром. Она корила себя за несдержанность, но она так устала бояться каждого стука в дверь и тех дней, когда Хью с Джорджем отсутствовали. Адалин не знала, как, но чувствовала, что этот сильный мужчина, которому небезразлична её судьба, теперь защитит её. Ей этого хотелось. Она закрыла глаза, вспоминая, как его руки бесцеремонно блуждали по её телу, прижимая к себе, как она ощутила тогда бедром пульсацию в паху мужчины в момент, когда его пальцы скользнули к её промежности. Она тут же вспомнила Брукса и то, насколько разными были её ощущения от этих похожих друг на друга встреч. Виктор был нежен, но настойчив, Питер — груб до боли. Адалин схватилась за голову в попытке унять накатившее волнение, затем поднялась со своего места и поспешила открыть окно, чтобы проветрить кабинет. За окном она увидела, как экипаж главного врача подъезжает к крыльцу. Она вздохнула с облегчением и прислонилась спиной к холодной стенке.
На следующий день Адалин снова явилась на дежурство. К её удивлению, при входе в больницу она обнаружила двух незнакомых мужчин в военной форме.
— Добрый день, вы записаны? — поинтересовалась она.
— Никак нет, мисс! — отчеканил один. — Распоряжение главнокомандующего армии, мисс, — он протянул девушке бумагу с гербовой печатью.
Адалин пробежала листок глазами, затем вернула его солдату, многозначительно кивнув. Что ж, постоянная охрана — это очень кстати.
Глава 28
Чёрный экипаж катил по центральной улице города. Мужчина на пассажирском сидении с длинными рыжими волосами, собранными у затылка чёрной лентой, в какой-то момент решил воспользоваться тем, что никто его не видит, и улёгся на сидении, подложив руку под голову. Хотелось наконец сбросить с себя маску дельца и отдохнуть. Заседание как обычно затянулось, за что больше некого было благодарить, кроме него самого.
Год назад Джона Коула большинством голосов избрали главой торговой гильдии. Трудно сказать, радовался он этому или нет. Внешне он никак не выказывал своего отношения к произошедшему. Конечно, Джон поблагодарил участников голосования и даже устроил в честь своего назначения званый обед, как полагалось по правилам этикета, но сам не напивался от счастья и не шёл делить радость в какое-нибудь увеселительное заведение в компании легкомысленных спутниц, готовых на всё за деньги. Его отношение к жизни и быт в целом не изменились. Разве что теперь он стал дольше засиживаться на работе. Тягот от новой должности он не испытывал и, можно сказать, был счастлив подольше бывать вне дома.
Жизнь в фамильном особняке Коулов несколько месяцев
