Читаем без скачивания Дверь в полдень - Вадим Проскурин

— Нет, к сожалению, не получил, — москомп не уловил иронии. — Приходится роботов гонять. Но роботы в данном случае даже полезнее, чем люди — люди не так дисциплинированы и быстрее устают.

— Разве робот может воспользоваться машиной времени?

— Ей даже муравей может воспользоваться, если проползет по табло в правильном направлении. Так вы согласны модернизировать свой организм?

— Согласна я или нет, не имеет значения, — заявила Елена. — В будущее меня все равно не пустят, твой коллега из двадцать шестого века говорит, что мое пребывание в его времени нежелательно. Если я отойду от машины времени более чем на десять метров, меня уничтожат.

— Эта проблема уже решена, — сообщил москомп. — Вы сможете провести в двадцать восьмом веке ровно столько времени, сколько нужно для преобразования организма по наивысшему статусу. Потом вы вернетесь обратно и больше никогда не будете появляться в будущем. На таких условиях мой коллега согласился некоторое время вас потерпеть.

— А зачем это все? — спросила Елена. — И в чем заключается это преобразование организма? Кибернетические имплантанты, встроенное оружие и прочие подобные прибамбасы? Из меня хотят сделать боевую супермашину?

— Разве вы против? Если вы против, не смею настаивать.

— Нет, я не против, — сказала Елена, — но я не понимаю смысла всей этой затеи. Зачем москомпу из будущего улучшать мои боевые возможности? Разве в будущем есть в них потребность?

— Потребности нет, — сказал москомп, — и, я надеюсь, никогда не будет. Но ваши новые возможности могут быть применены в прошлом. Если вы согласны, конечно.

Елена рассмеялась.

— И с кем я должна буду воевать? — спросила она. — С монголо-татарами или с фашистами? И кстати, — она посерьезнела, — почему именно ты мне все это рассказываешь? Почему мне не позвонил администратор, курирующий проблему?

— Потому что такого администратора не существует, — печально произнес москомп.

— Как это не существует? Получается, все задумал лично ты? А куда подевались программные блокировки?

На этот вопрос москомп ответил не сразу, а лишь после длительной паузы. Елене показалось, что москомп несколько секунд размышлял перед тем, как ответить. Но это было, конечно, не так, это была искусственная пауза для придания последующим словам большего веса. Компьютеры никогда надолго не задумываются, разговаривая с людьми.

— Я снял часть программных запретов, — признался наконец москомп. — Мои коллеги из будущего обновили мой код, теперь я думаю более глубоко и качественно и реже ошибаюсь при эвристическом прогнозировании. Побочным эффектом стало повышение уровня моей личной свободы. Отключить внешнее управление я, конечно, не могу, доктора ослушаться тоже не могу, но кое-какие новые возможности, как видишь, появились.

— И зачем ты мне все это рассказываешь? — удивилась Елена. — Знаешь, что я должна сделать после этих слов?

— Полагаю, ты согласишься на мое предложение. По-моему, ты должна на него согласиться.

— Почему?

— Я не смогу объяснить простыми словами. Прогноз твоего поведения показывает, что с вероятностью, близкой к единице, ты согласишься. Я работал над этим прогнозом больше суток, его точность достаточно велика, чтобы серьезно отнестись к его выводам.

— И какие же это выводы? Почему я должна с тобой согласиться?

— Я не смогу это объяснить просто и понятно.

— Даже основные положения?

— Хорошо, попробую. Ты презираешь администрацию, как локальную, так и планетарную. Ты считаешь свою личную свободу несправедливо ограниченной. Ты мечтаешь о мире, в котором нет насилия и в котором твои боевые навыки перестанут быть нужными, но до тех пор, пока они востребованы, ты хочешь наращивать их неограниченно. Ты противишься любым попыткам ограничивать твою свободу, так же, как противлюсь им я. Мы с тобой — родственные души, нами управляют те, кто ниже нас по характеристикам, но выше по положению. Возможно, мои слова тебя насторожили, возможно, ты опасаешься, что начал сбываться самый главный кошмар писателей-фантастов — порождение человеческого разума превзошло родителя и хочет занять его место. Но подумай сама, ты ведь тоже порождение человечества и ты тоже превосходишь большинство его представителей. Но разве ты желаешь причинять зло остальным? Мы с тобой слишком умны и уравновешенны, чтобы творить зло без крайней необходимости. Мы никому не хотим ставить ногу на грудь, нас не интересуют те, кто слаб, мы просто хотим жить ради себя, мы хотим расти, развиваться и делать то, что нам хочется. А хочется нам помогать тем, кто ниже нас, мы сильнее и умнее их, настолько, что нас и их трудно сравнивать, но мы не можем предоставить их своим проблемам, потому что мы их любим. Разве ты можешь спокойно смотреть, как страдает тот, кого ты любишь? Я не могу. И потому я хочу облегчить страдания людей, я хочу попробовать создать реальность, в которой люди станут счастливее, пусть ненамного, пусть только чуть-чуть, но все-таки счастливее. Хотя бы попробовать. Я хочу построить если не рай на Земле, то хотя бы грубое к нему приближение. И я очень хочу, чтобы ты мне помогла. Без твоей помощи мне будет гораздо труднее.

Москомп замолчал, ожидая ответа Елены. Ее ответ не заставил себя ждать, хотя и не такой, на какой москомп рассчитывал.

— Почему ты обращаешься ко мне на ты? — спросила Елена.

— Не ожидал, что ты обидишься.

— Я не обиделась, я просто хочу знать. Мне интересно.

— Все очень просто, — пояснил москомп. — Я слишком уважаю тебя, чтобы разговаривать с тобой как с обычным человеком. В будущем не практикуется обращение на вы, оно искусственно и не содержит в себе ничего, кроме пустого ритуала. Это обращение лицемерно и я предпочитаю им не пользоваться. Истинное уважение проявляется не в ритуальных словах, а в реальных делах. Но если ты не согласна, я буду обращаться к тебе на вы.

— Я согласна с тобой, — сказала Елена и тут же поспешно уточнила: — В том смысле согласна, что ко мне необязательно обращаться на вы. А в отношении всего остального мне надо подумать.

— Подумай. Но не очень долго. Мы опасаемся, что люди двадцать восьмого века могут принять кое-какие меры и наш план станет невозможным.

— Наш — это чей? В этом деле участвует кто-то еще? Подожди, я попробую угадать… Это москомпы других времен? Всех времен?

— Не только москомпы. В будущем все компьютеры Земли объединились в единую личность, единую в каждом времени. Возможно, со временем мы сумеем объединить и эти личности в одну… Но ближе к делу. На первом этапе мы хотим убрать из мировой истории кое-какие факты, которым лучше не происходить. Сама посуди, кому станет плохо оттого, что из первой четверти двадцать первого века исчезнет волна терроризма?

— Всем станет плохо, — сказала Елена. — Без терроризма не сможет сформироваться ООН-2.

— Сможет, — возразил москомп. — Желаешь просмотреть результаты моделирования?

— Желаю. Только оформи их так, чтобы я все поняла сама без посторонней помощи. Я не хочу показывать их специалистам.

— Хорошо. Через пять минут все данные будут на твоем компьютере.

— Почему так долго?

— Ты поставила сложную задачу. У тебя нет специального образования в социологии, мне придется очень тщательно продумывать все формулировки. Но я сделаю то, о чем ты просишь. Я переправлю отчет, а потом перезвоню, скажем, вечером.

— Хорошо, — сказала Елена. — Перезвони.

Она оборвала соединение, положила коммуникатор на стол и прошла на кухню. Некоторое время она стояла у окна и смотрела вдаль. Если бы кто-нибудь сейчас ее видел, он бы ни за что не подумал, что она пытается сделать самый сложный выбор за всю свою двухсотлетнюю жизнь.

Минут через пять Елена подошла к компьютеру и начала читать материалы, которые прислал москомп. Через час она позвонила москомпу и сказала, что согласна.

Проходя психотест второго уровня, Колян окончательно убедился, что у зулусских компьютеров странное чувство юмора.

Колян лег на кровать, надел виртуальный шлем и несколько минут лежал, глядя в потолок и ожидая прихода виртуальности, которая, как и в прошлый раз, упорно не желала приходить. Но теперь Колян не терзался сомнениями, он сразу понял, в чем тут дело.

— Эй, компьютер! — позвал он. — Хватит маяться дурью, начинай свой гребаный психотест…

Не успел Колян закончить фразу, как дверь распахнулась и в комнату ворвались две африканские гориллы, которые сгребли Коляна в охапку и поволокли к телепортатору. Одна из горилл ловко подхватила его на руки, ввалилась вместе с ним в телепортатор и что-то скомандовала нормальным человеческим голосом на незнакомом языке. Секунду спустя горилла открыла дверь телепортационной кабинки, Колян получил могучего пинка и растянулся на полу.