Согласитесь, злая ирония судьбы, смельчак-парень буквально вырывает свою девушку из лап бандитов, а, в знак благодарности, она мало того, что бросает его уже на следующий же день, еще и, запутав следствие своими нелепыми фантазиями, навлекает на бедного парня обвинения в организации убийства.
— Не отвлекайтесь, Казимир, момент с несостоятельным обвинением бывшей гражданской жены мы уже разобрали, — поморщилась судья.
— Да, разумеется, — кивнул адвокат.
— Однако, вынуждена признать, ловко стервец кулаками машет, — покачала головой наблюдающая избиение актеров женщина. — Этот Бинэ, часом, не спортсмен?
— Вовсе нет, я специально наводил справки, ни в каких спортивных секциях он никогда не состоял, — заверил адвокат.
— Мне тоже ничего такого нарыть не удалось, — развел руками под начальственным взглядом соседа пухляш.
— Просто парню придает сил ярость справедливого возмездия, которое своими кулаками он совершает, — предположил адвокат. — Кстати, с этой же четверкой у Сача Бинэ случился серьезный конфликт еще за день до данного побоища, — чтоб спокойно договорить Казимир поставил на паузу почти закончившийся фрагмент с массовой дракой на крыльце. — И там уже эти четверо в коридоре студии оскорбляли и пытались прилюдно надругаться над его женщиной. Готовясь к нашей беседе, я провел небольшое частное расследование, в рамках которого под запись опросил с полсотни актеров студии «Шанс» — вот, кстати, распечатки этих разговоров и копии оригинала записей. — Адвокат добыл из портфеля две толстые пачки документации и пару дешевых одноразовых флешек, и разделил между судьей и прокурором. — Так вот. Многочисленные свидетели там подтверждают факт разгоревшегося накануне нешуточного конфликта между четверкой местных задир и Сача Бинэ. И опять же, из показаний опрошенных, становится очевидно, что эта четверка избитых моим подзащитным актеров — вовсе не пушистые мальчики-зайчики, а отморозки, каких еще поискать.
— Однако, это не является поводом, накидываться на них вдруг из-за угла, и избивать до полусмерти, — возразил прокурор.
— Поддерживаю, — кивнула судья.
— По закону, согласен, так нельзя, но с морально-нравственной точки зрения… — заспорил было адвокат.
— Не нужно нас агитировать, Казимир, — строго одернула его тут же судья. — Мы все здесь исключительно про закон и за закон. Давайте, запускайте свое видео дальше.
Адвокат сбросил паузу, и оживший на экране беспощадный боец в массивных мотоциклетных перчатках парой жестких хуков в открытый висок наглухо вырубил последнего верзилу из схлестнувшейся с ним четверки. Дальше последовала короткая перепалка с подбежавшей девушкой, и он забежал внутрь здания…
— Это партнер Сача по сериалу, с которым у моего подзащитного тоже имелся давний конфликт, — продолжил комментировать происходящие на экране адвокат, когда ловко избежавший захвата Сача хладнокровно срубил в коридоре акцентированным ударом в печень почти навалившегося на него сзади актера в средневековом наряде. — Об их конфликте так же имеются свидетельские показания в отданных вам распечатках. Да и вы сами видели, как этот ряженный пытался со спины атаковать Бинэ. И мой подзащитный, фактически, лишь защищался.
— Ничего себе защищался! — возмутился прокурор. — С одного удара беднягу в больницу отправил!
— Бинэ действовал в состоянии аффекта. Не рассчитал силу, — заспорил адвокат.
— Ой, да бросьте. Видно ж было, что он выцеливал четко в печень!
— Не мог он некуда выцеливать! Мы же уже выяснили ранее, что мой подзащитный вовсе не спортсмен, и уж тем более не профессиональный боец.
— Прекратите этот балаган! — шикнула на ругающихся мужчин единственная дама. — Хоть с натяжкой, но на самооборону тут списать происшествие можно. Признаю… А вот это сейчас что такое? Он же откровенно хамит своему директору.
— С месье Пэже у Сача тоже…
— Да прекрати, Казимир, — перебила адвоката судья. — При всем уважении, только не надо мне сейчас рассказывать сказку про то, как подчиненные ненавидят своего руководителя. Это, и без твоих объяснений, ежу понятно. Здесь же совершенно иной случай. Сача Бинэ сам откровенно нарывается на прямой конфликт с начальством… Ну, вот, вы поглядите только на это! Уже просто ни в какие ворота! Сперва вырвал у директора смартфон и разбил его об стену! А потом и вовсе зажал беднягу в углу и стал избивать кулаками, как боксерскую грушу.
— Прошу заметить, мой подзащитный, при этом, тоже пострадал, — попытался возражать Казимир. — У него все костяшки в кровь сбились.
— Да ты, что ли, издеваешься надо мной, блин! — возмутилась в ответ судья. — И вот этого злодея, что хладнокровно избивает беспомощного беднягу, годящегося ему в отцы, ты требуешь немедленно выпустить на свободу⁈
— Ни в коем случае такого звереныша нельзя к людям нормальным отпускать, — охотно подхватил за судьей прокурор.
— Сача вовсе не злодей, — возразил адвокат. — Согласен, с директором студии он, пожалуй, обошелся слегка жестковато.
— Слегка жестковато⁈ — вскинулся кипящий от возмущения Анри. — Да это жесть откровенная была! Просто неконтролируемая беспричинная агрессия!
— Вынуждена поддержать коллегу, — кивнула судья. — Остановите запись, Казимир, мне все понятно.
— О нет, прошу вас, еще вовсе ничего не понятно. И чтобы полностью разобраться, необходимо обязательно досмотреть до конца, — возразил адвокат.
— Да тут ерунда уже дальше пошла. Вон, он документы какие-то просматривает, — фыркнула недовольная возражением защиты женщина.
— Это не какие-то документы, а контракт Сача Бинэ со студией, — снова стал комментировать происходящее на экране Сача. — Обратите внимание, он провел ладонью по последней странице, и за ладонью остался багровый след…
— Да ничего это обозначает, — отмахнулась Афина Болиж. — У него, вон, все руки в крови. Капля крови попала на бумагу, и он ее нечаянно размазал по странице — всего и делов-то.
— Мне удалось заполучить клочок бумаги с этого листа, с несколькими буквами текста, — поставив снова видео на паузу, стал спокойно объяснять Казимир. — Я отдал его на экспертизу. И вот копии выданного мне по итогам исследования заключения… — Он достал из портфеля пару листов и раздал по экземпляру судье и прокурору.
— Как видите, там реально тест написан кровью, — продолжил Казимир, победоносно зыркнув на сосредоточенно вычитывающегося в текст прокурора. — Выходит, парень не просто так предъявлял претензии работодателю. Оказывается, приложение к его контракту реально, как в дремучем средневековье, написано кровью. Вообразите, какой резонанс в обществе это вызовет, когда история с кровавым актерским контрактом станет достоянием гласности. А она непременно станет,
