потом ведут в спальню, где Хан достаёт из тумбочки уже включённый новенький и явно дорогой телефон и планшет. Мою технику забирают, чтобы отдать Андрею, который появляется по первому зову.
– Отнеси техникам. Они знают, что делать, – отдаёт он приказ, передавая мою прелесть. Надеюсь, они его не по винтикам разберут. – И да, скажи Рику, пусть ведёт гостей в малую гостиную, мы сейчас спустимся, – последний приказ прозвучал с каким-то предвкушением.
Андрей кивнул и быстро удалился, а я подумала, что это за малая гостиная? Дом изучить я ещё не успела, так что слабо представляла, что вообще здесь есть. Но думаю, вскоре займусь этим вопросом.
– Аня, посмотри на меня, – серьёзно проговорил Хан, поворачивая мою голову за подбородок, и смотря прямо в глаза. – Сейчас ты увидишь людей, и всё, что с ними сделали – это заслуженно! Чуть позже я покажу тебе бумаги о подлинности слов, но хочу, чтобы и ты услышала их признания. И то, что они скажут – это не придумано и не навязано мной. Понимаешь меня, пташка? – киваю, хотя ни черта не понимаю, какие люди? Что они здесь делают и как я связана с ними?
Райхан хмурится, но всё же берёт меня за руку и ведёт на выход.
Мы спускаемся на первый этаж, и поворачиваем не направо, как обычно, а налево. Идем по длинному коридору и заходим в небольшую темную гостиную. Комната мрачная, тёмная из-за тёмного дерева, которым тут всё обито, а также темных штор с чёрной мебелью. Правда, и её здесь почти нет. Три кресла и столик, который находился у стены.
Странная комната, и очень неприятная. Но больше всего меня пугала прозрачная плёнка, которая лежала в центре. Или это такой большой пакет? В такие в фильмах трупы заворачивали, и мне стало страшно.
Зачем я здесь? И кто из моих знакомых заслужил такой кары?
В комнате стояло четыре охранника, меня же посадили в одно из кресел, во второе, которое поставили рядом, сел сам Райхан. И если я села буквально на краешек, то вот хозяин расположился поудобнее.
Кресла стояли лицом к окну и спиной к двери, так что, кого заводят, я не видела, но вот знакомый голос резанул слух.
– Пустите, прошу, отпустите меня! – молила моя мачеха, пока ту волокли на центр комнаты и бросали прямо на клеёнку.
Катрин была растрёпана, косметика размазана по лицу, а вчерашнее платье местами порвано. Она с опаской поглядывала на усмехающуюся охрану, и мне кажется, или они уже успели заценить прелести девушки, а может, и попробовать.
Следом за ней привели знакомого мужчину, адвоката отца, Бориса Ивановича. На нём был потрёпанный и грязный костюм, одна рука, похоже, сломана, а лицо знатно избито. От этой картины хотелось отвернуться, но я понимаю, что это с ними сделали не просто так.
Увидев меня, адвокат опустил голову ещё ниже и отвёл глаза, и это был не страх, а стыд!
А теперь главный вопрос: почему эта парочка здесь?
– Начинай, Борис, – командует Хан. – Расскажи всё, что рассказывал мои людям.
Мужчина поднимает глаза и с грустью смотрит на меня и со страхом на Хана.
– Я подделал бумаги завещания, изменил лишь имя. Аня, прости меня, отец всё завещал тебе, и ни копейки ей, – и косится на девушку, которая теперь зло смотрит на него.
– Но за приличный гонорар всё сделал, как надо было, – язвит Катрин, а Борис морщится от таких слов.
– Дальше! – командует Хан, с презрением смотря на парочку.
– Больше я ничего не делал! К смерти Аниного отца я не причастен, – чуть не заплакал адвокат, но я смотрела сквозь него, стараясь осознать сказанное.
Так отец не забыл про меня, а наоборот все записал на меня, а не на эту шалаву? Папочка, прости, что думала о тебе так плохо. Как я могла поверить, что её ты полюбил сильнее меня!
– Он любил меня, – шепчу, поджимая губы, и смотрю на Бориса, который кивнул.
– Твой отец уже давно составил завещание, и всегда всё было твоим. Прости, Аня, я повёлся на деньги, и совсем не подумал о тебе, – каялся он, а вот Катрин лишь усмехалась.
– Продажный червяк, – прошипела она, и даже ударила его по больной коленке, от чего он взвыл, падая.
– Он хоть просто продажный, а вот ты – убийца! – прорычал Хан, и я, не веря, смотрю на ту, которую так любил отец. Как он не заметил, какая она гнилая?!
– Расскажешь сама, или я? – спрашивает её хозяин, но Катрин молчит и с ненавистью смотрит на меня.
– Тогда расскажу я. Катрин убила твоего отца, вернее, отравила. Потом подговорила адвоката и получила всё себе. Тебя просто выгнала, в надежде, что ты так и не доберёшься то тайного счёта отца. О нём твоя мачеха явно тебе не рассказала, иначе бы ты не жила у подруги, а смогла спокойно купить дом за городом или несколько квартир, – удивлённо смотрю на Райхана, который перечисляет все так просто, словно сам всё спланировал.
Он поворачивается ко мне и, пристально глядя мне в глаза, продолжает:
– Банковские счета в случае его смерти переходили к тебе, это есть в договоре с банком. А вот Катрин смогла распоряжаться только имуществом – квартирой, загородным домом, машинами и самим магазином, то есть бизнесом. Но и это всё принадлежит тебе, пташка, так что сейчас мы всё оформим правильно, правда? – и ледяным взглядом посмотрел на парочку. Адвокат сразу закивал готовой, а вот Катрин явно это не нравилось.
Так вот, почему она так быстро начала искать замену! Даже если она продаст загородный дом и несколько машин, этого будет мало для его весёлого существования. Квартиру не продаст, жить ведь где-то надо. А вот бизнес надо уметь вести, и вкладывать средства, если придётся. Она же слишком жадная и глупая для этого, значит, оставался момент с продажей.
– Почему ты не продала салон? – с интересом спрашиваю её, но отвечает Хан.
– Девушка с таким приданым интереснее, чем со счётом в банке. Она, можно сказать, пыталась на него рыбачить, вчерашнюю рыбку ты видела, – от его слов Катрин сморщилась и отвернулась. Значит, правда.
– Но сейчас твоя мачеха всё тебе вернёт. У нас и адвокат есть, правда, Борис? Задокументируете всё? Только на этот раз правильно! – твёрдо сказал Райхан, поворачиваясь к мужчине.
– Конечно! Я всё сделаю! – затараторил адвокат, но мне было это не интересно, я хотела знать ответ на ещё один вопрос.
– За что ты убила его? Неужели тебе плохо жилось? – спросила
