увидеть его пистолет, естественно у них бы не возникло множество лишних вопросов. Ещё этот пистолет не должна видеть будущая жертва, а из-под мышки его достать куда проще, чем из кармана куртки, например.
Лишь очередной раз, приложившись твёрдым пистолетом по рёбрам, во время кувыркания по подтаявшему снегу, частично превратившемуся в лёд, Виталий осознал, что так мешает сбоку. Выхватив пистолет, практически на ощупь снял с предохранителя, патрон уже был в патроннике, направил дуло пистолета правой рукой через левую подмышку за спину и нажал на спусковой крючок, совершенно не думая, что может попасть в себя или выстрелить в пустоту неба у себя за спиной. Боль была настолько дикой, что думать совершенно не получалось.
Неизвестно, попал он в сумасшедшего тракториста с первого раза или нет, но даже когда зубы отцепились от его шеи, и Виталий сбросил с себя неподвижное тело, он продолжил стрелять в мёртвого мужчину на земле, пока пистолет не встал на затворную задержку, сигнализирующую, что в магазине кончились патроны. Нахлынувшая злость заставила пару раз пнуть остывающий труп на снегу. После чего Виталий сел в машину и приступил рассматривать полученные повреждения.
Куртка со спины была сильно порвана, вся одежда под ней пропиталась кровью. Трапециевидную мышцу было плохо видно, нужно было снимать всю одежду, что на холоде не хотелось делать, но при прикосновении боль была жуткой. Этот алкаш с белой горячкой прокусил мышцу в нескольких местах, ещё и пожевать успел, так что рана должна быть ужасной. Кое-как остановив кровь, изведя всю автомобильную аптечку, чувствуя, что правая рука начинает неметь и скоро вообще перестанет нормально функционировать, Виталий вышел из машины и внимательно оглядел окрестности в поисках признаков, что всю эту сцену мог наблюдать кто-то посторонний. Таковых не обнаружилось, куда ни глянь - поля, покрытые снегом.
Аккуратно собрал гильзы, что получилось найти среди подтаявшего снега, одну, к сожалению, так и не удалось разыскать. Тщательно завернув труп в плёнку, которую Виталий всегда возил с собой, зафиксировал этот кокон липкой лентой (скотчем). Кое-как, постанывая от боли - правую руку невозможно было напрячь без болезненных ощущений - загрузил упакованный труп в багажник «Нивы». Далее прошёлся вокруг, чтобы убедиться, что ничего не выпало из карманов.
Следов пребывания его машины было полно, как и следов зимней обуви, что он оставил, плюс кровь на снегу, среди которой наверняка найдутся капли и его крови - «Штирлиц никогда не был так близок к провалу». Это нападение свихнувшегося тракториста и вынужденное убийство этого сумасшедшего, ставило под угрозу, дальнейшее существование Виталия: слишком много явных следов на месте убийства он оставил. Но делать было нечего. Кое-как засыпав кровь ближайшим снегом с помощью лопаты, что он возил с собой, убедившись, что её со стороны не видно, ну если, конечно, ногой в неё не вляпаться, для этого придётся пройтись по полю немного левее трактора. Поэтому была надежда, что туда никто не попрётся. Виталий сел в свой автомобиль и отправился обратно домой. В магазине в таком виде появляться было нельзя, тем более этого сумасшедшего алкаша, наверное, будут искать, а Виталий точно запомнится в таком внешнем виде местным жителям и продавцу. Необходимо было подумать о своём алиби, и замести следы по возможности тщательнее.
Прибыв домой, Виталий, шипя от боли, занёс труп в дом. Хорошо, что мужчина был лёгкий, и это не составило труда. Далее занялся сначала собой: скинул всю одежду, в том числе и обувь, в полиэтиленовый мешок, который завязал и убрал в сторону, чтобы в дальнейшем уничтожить - на этой одежде была кровь убитого им человека. С помощью двух зеркал посмотрел на свою рану на шее, переходящую на плечо со стороны спины. Укуса было два, оба рваные. Зубы прокусили кожу и проникли в мышцы. Обработав раны перекисью водорода, буквально промыв отверстия от зубов (кто знает, какая зараза была у этого алкаша на зубах), Виталий наложил чистые тампоны, которые приклеил с помощью простого скотча.
Выдвинув на середину кухни стол, который обычно стоял у окна, застелил пол и стол плёнкой. Закрыл дверь на засов, окно плотной шторкой, включил мощный фонарь, повесив его над столом, приступил к разделке трупа. Мясо у Виталия было полно, поэтому у этого дистрофика он решил отрезать только самое вкусное, остальное уничтожить обычным способом, который он использует всегда.
Вспоминая, как этот тщедушный мужичок толкнул его, да так, что Виталий перелетел через машину, рёбра до сих пор болели, он сделал первый надрез. Виталий слышал, что люди, тронувшиеся умом намного сильнее нормальных людей, но не думал, что настолько, больше считая это мифом, но вот сегодня убедился лично, и чуть не лишился жизни из-за этого дрыща. Ведь вцепись этот ненормальный в район шеи, где находятся вены и артерии, то лежать ему сейчас в поле остывающим.
- А ведь он меня, сука, ел, – поморщившись от боли в плече, озвучил свою мысль Виталий и тут же, спохватившись, подумал: «Я тоже ем людей. Но я-то не живьём их ем, а этот дебил вцепился в меня словно я сочный стейк. Да и как меня можно сравнивать с этим животным. Мой рацион — это жизненная необходимость, а у этого хоббита крыша поехала, это точно. Это можно было понять, только взглянув на лицо тракториста. Ужас, жуть просто, вот кто действительно маньяк и животное, это же сколько пить надо было, чтобы превратиться в подобное».
Достав последнюю бутылку водки, Виталий выпил стакан.
«Неее, я вот так не пью, я не алкаш, как этот, бутылка в день для моего организма - это норма. Тем более пью только хорошую водку, а не какой-то там суррогат, закусываю хорошо,» - продолжал думать Виталий, чувствуя, как от алкоголя, попавшего в кровь, закружилась голова.
