Нормальная армия – это сознательно построенная по иерархическому принципу система. Но поскольку ее наполнение – молодежь, постольку в ней неизбежно возникают «неуставные» иерархии. В здоровой армии их удается удерживать на сравнительно мягком уровне. Но в разложившейся армии они становятся очень жестокими, причем бессмысленно жестокими. Иерархов опьяняет неограниченная власть и возможность употреблять ее в самой безобразной форме, цель которой – топтать и унижать тех, кто оказался внизу пирамиды.
Иерархии банд, разбойников, пиратов, мафии и т. п. испокон веков образовывались как иерархическая структура, стиль поведения которой – от жестокой до благородной – зависел от личных качеств лидера.
В сущности, модель мужской иерархии и сегодня воспроизводится не только в стихийно образующихся группах подростков и шайках бандитов, но и в рационально построенных структурах армии, церковной иерархии, монашеских орденах и т. п. В учреждениях субординация задана неким законным образом. Но этим структура группы не исчерпывается. Параллельно там есть еще и неофициальные структуры.
Люди придумали много сложных и витиеватых теорий, объясняющих некоторые особенности человеческого поведения, а ларчик просто открывается: поведение мотивирует врожденная программа, очень простая и рациональная, проверенная естественным отбором на многих видах. А употребим ли мы ее во зло другим и себе или на пользу – зависит от нашей морали и нашего разума.
Являются ли такие феномены, как альтруизм и эгоизм, чисто человеческими? Р. Докинз предлагает интерпретационную модель живой особи как своеобразной машины, запрограммированной на выживание своих генов. Соответственно там, где существует возможность сохранения и передачи индивидуальных генов, преобладают эгоистические формы поведения, в тех же обстоятельствах, где попытка каждой особи сохранить индивидуальные гены ставит под угрозу физическое существование всей группы, срабатывают альтруистические поведенческие реакции. Примером может служить описанный в специальной литературе случай самопожертвования взрослых самцов шимпанзе, напавших на тигра для того, чтобы дать возможность скрыться остальным членам группы (никаких аналогий с поведением человека в особых ситуациях не напрашивается?).
Итак, человек рождается с большим количеством врожденных программ поведения. Достаточное совпадение внешних условий и сигнальных признаков порождает ту или иную эмоцию, побуждающую человека к реализации соответствующей инстинктивной программы. Истинная мотивировка действий при этом не осознается – для рассудочного объяснения инстинктивно мотивированного поведения привлекаются самые случайные доводы, носящие характер подгонки под ответ.
Рассудок индивида не может как-то изменить его же инстинктивные программы; более того, он даже не знает об их существовании! Он может лишь им не подчиниться в каких-то случаях, но в следующий раз инстинкт захочет сделать то же самое. Низший уровень подсознания – инстинкт, доступные ему программы исполняет прямо и без вариантов. Программы среднего уровня подсознания (традиции, привычки) уже могут с течением времени как-то модифицироваться. Рассудок тоже широко использует отлаженные поведенческие программы, но для рассудка они – «информация к размышлению»; рассудок не столько исполняет свои программы, сколько импровизирует на их тему.
Нервные структуры, реализующие инстинкты, возникли в глубочайшей древности; рассуждать, что-то анализировать и даже просто экстраполировать – для них непосильная задача. Они срабатывают при совпадении заложенного в инстинкт схематичного и статичного шаблона с некими внешними сигнальными признаками, которые могут случайно походить на реально требуемые. Однако, имея свободный и прямой доступ к мотивационным центрам мозга, инстинкты способны вызвать ощущение своей правоты в чем угодно.
5.2. Поведение человека как субъекта и личности
Поведение человека по своему содержанию отличается от поведения животного тем, что оно программируется мотивами и потребностями, выходящими за пределы биологических и носящими характер так называемых духовных потребностей. Оно, в отличие от поведения животного, может подчиняться не непосредственному впечатлению, а анализу закономерностей, которые могут скрываться за непосредственной ситуацией. Поэтому поведение человека, который поступает не реактивно, соответственно впечатлению или потребности, а соответственно познанной необходимости, может оцениваться как поведение свободное.
Таким образом, поведение человека как субъекта и личности по структуре – сложное иерархическое, по функции – произвольное или свободное, основанное на перешифровке непосредственных впечатлений.
Поведение человека определяется той информацией, которую он получает от других людей. Усваивая общечеловеческий опыт, человек получает возможность использовать знания и средства уже в готовом виде. Этот факт имеет огромное значение.
Под сознательным поведением мы имеем в виду такое поведение, которое подчиняется известному анализу ситуации и ориентируется на предвидение будущего, соотнося каждый факт поведения с другими возможными актами, приводя настоящее в связь с будущим.
Отечественный нейрофизиолог Н. А. Бернштейн доказал, что движения и действия человека целенаправленны, активны и меняются в зависимости от исходного замысла. Мозг на основе информации о текущей ситуации и прежнем опыте строит модель требуемого будущего. Различие между моделью будущего и реальной ситуацией и образует движущую силу, определяющую дальнейшее поведение, которое постоянно корректируется по принципу обратной связи. По мнению Бернштейна, главное содержание процесса жизни организма – это не просто непрерывное приспособление к среде, а реализация внутренних программ. В ходе такой реализации организм неизбежно преодолевает и преобразует среду.
Близкие идеи содержит теория функциональных систем П. К. Анохина. Согласно этой теории движущей силой поведения могут быть не только непосредственно воспринимаемые воздействия, но и представления о будущем, о цели действия, ожидаемый эффект поведенческого акта. При этом поведение вовсе не заканчивается ответной реакцией организма, результат сравнивается с ожиданиями. Если они совпали, то действие прекращается. Если же поведение оказалось неудачным, то происходит «рассогласование» модели будущего и результата действия. Действие продолжается, в него вносятся соответствующие коррективы. Рефлекторная дуга была заменена Анохиным более сложной схемой рефлекторного кольца, объясняющей саморегулирующийся характер поведения. В естественных условиях жизни организмов, в особенности у человека, деятельность обычно начинается с создания плана и программы данной конкретной поведенческой реакции.
Таким образом, чтобы поведение началось и успешно закончилось, необходимо наличие многих внешних и внутренних факторов. Все они отчетливо заявляют о себе именно на этапе формирования побуждения к действию.
Если у субъекта есть потребность и мотив деятельности, «заинтересованность» в ее осуществлении, мотивация разворачивается в описанной выше последовательности: от актуально переживаемого мотива – к цели, к выбору средств и способов действия, к построению плана действия и, наконец, к реализации деятельности по решению жизненно важных задач. Такое поведение получило название произвольного . Также его называют субъектным, т. е. специально организованным и управляемым.
Если у субъекта отсутствует заинтересованность, он должен подчиниться внешним требованиям, исходящим от самой деятельности или условий ее выполнения, если субъект действует по необходимости («надо»), а не по непосредственному желанию, то говорят о волевой регуляции поведения.
Основным механизмом волевого поведения, по предположению В. А. Иванникова, является изменение или создание дополнительного смысла действия, когда действие выполняется уже не только ради мотива, по которому оно было принято к осуществлению, но и ради личностных ценностей человека или других мотивов, привлеченных к заданному действию. Чем более нравственно воспитан человек, тем легче осуществляется им волевое действие.
Один из существенных признаков волевого акта заключается в том, что он всегда связан с приложением усилий, принятием решений и их реализацией. Воля предполагает борьбу мотивов. Волевое решение обычно принимается в условиях конкурирующих, разнонаправленных влечений, ни одно из которых не в состоянии окончательно победить без принятия волевого решения.
Воля предполагает самоограничение, сдерживание влечений, сознательное подчинение их другим, более значимым и важным целям, умение подавлять непосредственно возникающие в данной ситуации желания и импульсы. На высших уровнях своего проявления воля предполагает опору на духовные цели и нравственные ценности, на убеждения и идеалы.
