— Хочешь, чтобы я позаботился об этой твоей жадной киске, Скар? А? Хочешь, чтобы я заставил тебя излиться на мою руку, как маленькую грязную шлюшку? — он зарычал мне в ухо, его ритм набирал скорость.
— Да. Черт, заставь меня кончить, Калеб. Меньшее, что ты, блять, можешь сделать, — прошипела я.
— Черт, — прошептал он, когда я извивалась под его рукой, которую он все еще прижимал к моему клитору через штаны. — Моя хорошая маленькая шлюшка. Чувствуешь, как моя сперма втирается в твою киску? Я хочу, чтобы ты окуталась моим ароматом, — сказал он, касаясь зубами чувствительной кожи моих плеч.
— Моя. Гребаная. Жена.
Прерывистое дыхание наполнило комнату, пока он продолжал шептать мне на ухо непристойности. Я была слишком увлечена, чтобы даже уловить, о чем он говорит. Мой оргазм нарастал и нарастал, удовольствие, наконец, вырвалось, когда он ущипнул мой сосок через майку, посылая оргазм. Я выкрикнула его имя так громко, что мои соседи обязательно услышали бы.
Жар прокатился по коже, принося с собой оцепенелое блаженство.
Черт возьми. Я просто сжимала его руку, пока не кончила.
Мои колени угрожали подогнуться, тело сжалось вокруг пустоты.
— Черт, ты прекрасна, когда кончаешь. Пусть все это гребаное здание узнает, кому ты принадлежишь, — он развернул меня, прижимая к стене и просовывая свой язык между моими губами, его член напрягся в штанах.
Городские огни проникали через окно над моей ванной, заливая Калеба светом, чтобы я могла разглядеть его черты. Он был потрясающе красив, инкуб[1] в человеческой плоти.
Он обхватил рукой мой хвост, его язык скользнул по моему. Несмотря на то, что он только что заставил меня кончить, желание все еще пульсировало во мне. Моя киска все еще была влажной и жаждала его.
Но когда он отстранился, я поняла.
Этот момент ничего не изменил. Я недостаточно хороша для того, чтобы он мог меня трахнуть.
Что бесило больше, так это укол печали и стыда.
— Ты все еще не можешь трахнуть меня, да? — я не смогла сдержать уязвимости в своем тоне.
На мгновение он растерялся. Как будто он не думал, что я задам этот вопрос. Его рот несколько раз открылся и закрылся, на лице было написано замешательство.
— Скар… — что бы он ни собирался сказать, меня прервал звонок его телефона, и я воспользовалась этим, чтобы проскользнуть у него под мышкой и метнуться к своему шкафу. Мне нужно побыть наедине.
— Сам разберись со своими синими яйцами, — пробормотала я.
Звонок был для меня идеальной возможностью схватить сумку с упакованным потайным отделением и бросить туда еще кое-что, прежде чем он придет играть в тюремщика.
— Быстро хватай свое барахло. Я подброшу тебя до квартиры. У меня куча дел, — крикнул он, прежде чем уйти. События, произошедшие сегодня — стерты. Стена между нами восстановлена, но, по общему признанию, она была не такой прочной, как раньше.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
По крайней мере, не с моей стороны.
И это беспокоило больше всего.
демон в мужском обличье, который, согласно мифологическим и легендарным традициям, ложится на спящих женщин, чтобы вступить с ними в половую связь.
Глава 23
НИКО
ТРОЙНИЧОК… ТАКОЕ ВОТ НАЗВАНИЕ
Сердитые шаги пронеслись по гостиной. Скар практически пробежала через кухню, направляясь прямиком в свою комнату, перекинув через плечо спортивную сумку и бормоча что-то о тупых мужчинах, которые не дают ей член.
Одно только слово «член», сорвавшееся с ее губ, заставило меня вздрогнуть при воспоминании о том, что мы делали на кухонном столе. Я держался на расстоянии, но чем дольше я был рядом с ней и заботился, тем туже становились нити, связывающие меня с ней.
— Очевидно, все прошло хорошо, — прокомментировал Кенджи, сидевший на одном из барных стульев, отвлекая меня от мыслей.
— Похоже на то. И где, черт возьми, Калеб? — задавая вопрос, я достал свой телефон, проверяя, отправил ли он нам сообщение. И действительно, написал, что он отослал Скар наверх, пока готовился к встрече, которую мы должны были провести через несколько часов.
Нерешительность пронзила мое тело, пальцы подергивались от желания пойти к ней.
— Пошли, — сказал Кенджи, вставая. — Ты выглядишь так, словно тебе нужна разрядка, так что давай проверим нашу девочку, — он повернулся и направился к ее комнате, не потрудившись посмотреть, последую ли я за ним.
Наша девочка.
Слова звучали так правильно, когда он их произносил.
Ее дверь была слегка приоткрыта, и из ванной доносился слабый звук льющейся воды, смешанный с музыкой.
— О, смотри, мы как раз вовремя, — сказал Кенджи, снимая рубашку и расстегивая черные джинсы.
Большинство считало меня самым тихим и уважительным из нас троих, и, возможно, в этой оценке была доля правды, но не тогда, когда дело касалось Скар. Если она голая в душе с приоткрытой дверью, я не упущу эту гребаную возможность.
— У тебя пиздец какая белая задница, Кенджи, — прокомментировал я, снимая с себя одежду.
— Как, черт возьми, ты увидел? Там татушка, — сказал он, пытаясь рассмотреть.
Это действие заставило меня усмехнуться.
— У тебя все еще проступает кожа сквозь чернила, тупица.
Я протиснулся мимо него в наполненную паром ванную. Вид обнаженного тела Скар через запотевшее стекло заставил мой член затвердеть. Не имело значения, что я едва мог разглядеть ее изгибы. Я двинулся к отверстию душевой кабины без дверей.
