Читаем без скачивания Вендетта по-русски - Сергей Гайдуков

— Что ты там забыл, в этой Москве? — удивился Гарик.

— А что я здесь забыл? — На этот аргумент Гарик не нашел, что возразить. Он как-то еще больше помрачнел, насупился. Мне захотелось поднять ему настроение. Если, конечно, эта задача окажется мне по силам.

— Так ты приехал меня порадовать? — спросил я. — Доложить об успехах в борьбе с ночной птицей Филином?

— Какой это успех, — махнул рукой Гарик, — пока это все еще дележ шкуры неубитого медведя. Но я собираюсь его убить. Я думал, что ты примешь участие в этом мероприятии…

— Во-первых, я в прошлый раз принял участие — ничего хорошего из этого не вышло. Может, я приношу несчастье? А во-вторых, мне действительно надо уехать в Москву.

— Насчет того маленького расследования, о котором ты говорил?

— Точно, — кивнул я, не упомянув, что это расследование давно перестало быть маленьким, напротив, оно все время увеличивалось в размерах, и мне было страшно представить, какого объема оно достигнет в конце концов. — Кстати, я просил тебя связаться со знакомым в ФСБ насчет…

— Помню, — сказал Гарик. — Помню, о чем ты меня просил. Только…

— Что? — насторожился я.

— Такая странная история вышла, — Гарик почесал в затылке, виновато поглядывая на меня. — Понимаешь, я позвонил сегодня этому парню в ФСБ.

Сказал, что так, мол, и так, нужна информация по этим фамилиям. Он нормально так отреагировал. Сказал, что постарается узнать и потом перезвонит. Я его спрашиваю: «Ну, что? Выяснил?» А он так странно начинает со мной говорить…

На вопрос не отвечает, а все норовит сам спросить. Его интересовало, почему меня эти фамилии интересуют. Ну, я сказал: один знакомый попросил. А парень не успокаивается: «Что за знакомый? Кто такой? Зачем ему такая информация?»

— Так, — сказал я, обуреваемый не слишком хорошими предчувствиями. — И что ты ему сказал?

— Я сказал, что у меня есть знакомый частный детектив, что это ему понадобилось для какого-то дела…

— Так-так, — сказал я. — А мою фамилию ты случайно не назвал?

— Назвал, — признался Гарик и тут же спохватился:

— А что, не надо было? Так ты же не предупредил. Я думал, что сейчас объясню тому парню, что к чему, а он мне выдаст информацию для тебя…

— А он ничего тебе не сказал, — закончил я за Гарика. Мне захотелось плюнуть на пол, но рядом проходила уборщица, толкая впереди себя поломоечную машину, и я сдержался. — Он узнал у тебя мою фамилию, а сам ничего тебе не сказал.

— Ну да, так получилось, — хмуро согласился Гарик. — Я не ожидал, что он так по-свински себя поведет. Вроде нормальный парень, я с ним раньше дела имел…

— А теперь он тебя поимел, — не сдержался я.

— Вот этого не надо! — вскинул голову Гарик. — Нужно было нормально все объяснять! Что это за секретные фамилии? Чем ты вообще занимаешься? С какой стати тебя занесло на территорию ФСБ?

— Это не их территория, — возразил я. — Это наша территория. А они тут хозяйничают, как у себя в холодильнике… Черт с ним. Не надо было тебе говорить мою фамилию, ну да ладно…

— Чем ты занимаешься? — настойчиво продолжал Гарик. — За каким чертом тебя понесло в Москву?

— Ну, есть у меня маленькое дело, — сказал я. — Надо же мне на жизнь зарабатывать. Кушать иногда хочется…

— Я спрашиваю потому, что хочу знать: где тебя потом придется искать?

Куда тебя занесет это дело?

— Да я не собираюсь пока теряться, — ответил я. Кажется, Гарика мой ответ не утешил.

— Секреты до добра не доведут, — нравоучительно произнес он. — И игры с ФСБ — тоже. У меня, кстати, целая кипа записок от Ленки накопилась.

— Она тебе пишет?

— Тебе, болван. Пишет и передает нашим ребятам, которые у тебя на квартире сидят. Они изругались уже, что не в засаде сидят, а в почтовом ящике. Записки у меня на работе, заходи, отдам.

— Будет время… — неопределенно ответил я, подозревая, что времени в ближайшие дни у меня не будет.

— Когда ты уезжаешь в Москву? — спросил напоследок Гарик, подозрительно поглядывая на мой «Шевроле». Если у меня появится какая-то информация по Филину, я тебе в гостиницу позвоню. И ты тоже звони, не пропадай. Ладно?

— Ладно, — сказал я. Пропадать я не собирался.

Это место было просто пропитано покоем. Высокие окна охотно позволяли лучам бледного осеннего солнца падать на светлый мрамор, отчего создавалось впечатление, будто на улице не середина осени, а один из не слишком жарких летних дней. Библиотека была по всему периметру обсажена липами, которые еще сохраняли часть съежившейся желтой листвы, и казалось, что и за пределами этого в высшей степени спокойного заведения — тоже тишина, покой, отсутствие банальной суеты, величественная неторопливость и мудрость, словно в старых книгах.

Но я-то знал, что это не так. И, к сожалению, я приехал не для того, чтобы почтительно перелистывать страницы древних изданий, приобщаясь к словам и фразам, исполненным вечного смысла. Сейчас меня интересовало другое — то, что содержало много суеты и очень мало смысла.

Я поднялся на третий этаж библиотеки и попросил девушку за компьютером распечатать перечень газетных публикаций, касающихся Валерия Анатольевича Абрамова. Я хотел начать с девяносто шестого года, но потом спохватился — причина должна лежать где-то раньше. И я поставил в качестве даты девяносто четвертый год.

Список, выползший из принтера, оказался внушительным. В основном это были местные издания, наверняка полные слюнявых восторгов по поводу своего влиятельного земляка. Будем надеяться, что там найдутся и какие-то факты.

Я попросил сделать копии всех статей из списка. Девушка за столиком удивленно подняла на меня глаза за круглыми очками.

— Вы представляете, сколько это будет стоить?

— Совершенно не представляю. Сосчитайте и скажите.

Девушка долго нажимала на клавиши калькулятора, а потом показала мне высветившуюся на экранчике цифру. Примерно столько же стоят пять бутылок шампанского. Я пожал плечами и сказал:

— Мне нужны эти копии к завтрашнему дню.

— У нас обычный срок три дня… — начала было девушка, но спохватилась.

— Хотя можно сделать срочный заказ. Но это стоит в два раза больше.

— Нет проблем, — сказал я и расплатился. Ничто не тратится так легко и быстро, как чужие деньги. Я сбежал по красной ковровой дорожке вниз, забрал в гардеробе плащ и вышел из здания библиотеки, с сожалением бросив взгляд на обитель покоя. Покоя, который мне даже уже и не снился.

В шесть часов вечера я подъехал к дому, где, по сведениям Марины, проживал Кожухов, Вася, как она его называла. Человек себе на уме. Я остановил машину, выключил зажигание и задумался. Если это не было оптическим обманом, Кожухов проживал в двухэтажном коттедже красного кирпича, где окна были закрыты декоративными чугунными решетками, а вокруг самого коттеджа возвышался забор с пущенной поверху колючей проволокой. На крыше торчала спутниковая антенна. В этом, конечно, не было ничего особенного — так и должен жить человек, достигший зрелого возраста и отработавший с десяток лет в самой могущественной спецслужбе страны. Но Паша Леонов так не жил. Судя по рассказам Марины, ее брат тоже так не жил.

Значит, Кожухов был не просто человеком «себе на уме». Он использовал этот ум с приличной для себя выгодой. Что ж, его право. Я ему не завидовал.

Богатство приносит новые возможности, но оно приносит и новые проблемы, неведомые нищим частным детективам вроде меня. Впрочем, у меня хватает других проблем. Например — как найти Кожухова.

Я несколько раз нажал на кнопку звонка, однако в доме никто на это не отреагировал. Начало седьмого — можно было бы уже прийти домой, надеть тапочки и ждать прихода нежданного гостя, то есть меня. Кожухов так не поступил. Я снова нажал на кнопку, со злостью вдавливая пластмассовый кружочек и уже представляя мысленно картину многочасового напрасного ожидания. Сидеть здесь до ночи? Нет, спасибо, у меня и других дел хватает. Я еще раз нажал на кнопку звонка, плюнул с досады и вернулся к «Шевроле».

Прислонился к капоту и стал ждать. Прошло минут двадцать, и я дождался. Меня тронули за плечо. Я повернулся и сразу же инстинктивно отшатнулся: запах.

Бомж в длинном коричневом пальто, с набитым всякой полезной дрянью пакетом под мышкой, шмыгнул носом и спросил:

— К хозяину, что ли, приехал? — грязные пальцы указали на кожуховский коттедж.

— К нему.

— Так он в баре, поди, сидит, — доверительно сообщил бомж. — Он вечерами всегда там ошивается вместе с друганами. Вон там, за углом. Большая вывеска, увидишь: «Золотая антилопа».

— Ага, — сказал я и открыл дверцу «Шевроле», чтобы сесть в машину.

— А оплатить? — обиженно произнес бомж. — Информация — самый дорогой товар.

— Да что ты? — не поверил я и дал бомжу десятку.

— Самый дорогой! — настойчиво повторил бомж.