в горах.
— Конечно, нечего. Мы переселенцы, низший сорт. Нам закрыты дороги на приличные должности. Нам даже уехать никуда нельзя. И про замужество можно забыть.
— Вот оно что, — сообразила наконец Анна. — Вы из тех, кого сослали после восстания. Шанаторов казнили, а остальных — переселили в горы. Ну а я — Мэррил. Моего предка выгнали в Пустой мир.
— О! — в голосе девушки не было особого восторга, но и обида пропала. — Все понятно. Сова?
— Бескрылая, — зачем-то соврала Анна. — Мы ж не чистокровные. Все, кто пришёл обратно, не имеют второй ипостаси.
— А я три года работала в замке Трех Ветров горничной, — неожиданно поделилась девушка. — Там ужас до чего скучно, не выдержала, сбежала. Зато заработала хорошо и вот уже год, как держу здесь свой собственный магазин. Все лучше, чем по замку с метлой шарахаться. Все, платье готово. Вам удобно?
— Очень, — честно сказала Анна. — Я его беру. Что вы скажете про тааннета Анхорма?
— Он ненавидит всех людей, а женщин в особенности, — усмехнулась продавщица. — Вот, еще брюки. Будете мерить? Вот этот розовый свитер вам точно подойдет, не хотите? Моя подруга, она, чтоб вы знали, бескрылая, положила на этого Анхорма глаз…
И ненавидящая сплетни Анна получила страусиную дозу этого приторного блюда.
За два часа она примерила и ушила несколько платьев, двое теплых брюк, свитер с совой и лыжный костюм, а еще узнала о том, что Анхорм импотент и моральный урод. И вообще, в той самой аварии на канатке виноваты, разумеется, Шанаторы, а кто же еще, и сам Анхорм, конечно, тоже замешан по уши, и вообще, это все правительство придумало, чтобы отвлечь внимание от повышения налога “на крылья”.
Из магазина Анна вышла с каталогом, больной головой и твердой решимостью больше ни с кем не общаться. Вообще ни с кем. Ее нормы социализации были выполнены на неделю вперед.
Глава 27. О женском упрямстве
Постель в номере была бессовестно занята Югором. Анна переоделась в теплую пижаму с медвежонком на груди и залезла к нему. Без стеснения, без разрешения опустила голову ему на плечо — она раньше так обнималась в трудную минуту с братом или мамой Элен. Югор не сопротивлялся, напротив, привлек ее к себе и погладил по растрепавшимся волосам.
— Устала? — ласково спросил он.
— Слишком много людей.
— Согласен. Мне пришлось сегодня пообщаться с управляющим отеля и немного покопаться в отчетах по аренде. Если бы ты знала, как я ненавижу финансовую документацию. Цифры вызывают у меня мигрень. Теперь я способен только лежать и смотреть в потолок.
— А я люблю цифры, — сказала Анна жмурясь. — Меня они успокаивают. Дома я вела все семейные финансовые дела.
— Сколько стоят твои услуги? — оживился Филин. — Я тебя нанимаю.
— Я с удовольствием тебе помогу бесплатно, если ответишь на мои вопросы.
— Спрашивай.
— Кто такая Шанатор и что она делала у тебя в замке прошлой зимой?
— Агата? — Югор на миг задумался. — Хорошая девочка. Я неплохо знал ее отца, был с ним дружен. И в те дни, когда его казнили, забрал детишек к себе. Их осталось только трое, Агата и еще двое парнишек. У Крылатых не так уж и часто рождаются дети, да и род Шанаторов — из захудалых. Взрослых убрали всех, детей пощадили.
— Так она твоя воспитанница?
— Можно и так сказать. Я их всех троих учил летать. Мальчишки те еще лентяи, но Агата была очень упорна, совсем как ты. Знаешь, неудивительно даже, что именно она смогла спасти столько школьников при крушении канатки.
Ей даже не пришлось задавать вопросы, Югор вышел на интересующую Анну тему сам.
— Что там было с канаткой?
— Болтают? — догадался Югор.
— А как же. Каждый местный имеет собственное мнение на этот счет.
— Неудивительно, это было страшно. Особенно страшно, что дети. Четверо школьников погибло, ты знаешь? Никогда себе этого не прощу.
— При чем здесь ты?
— Я не люблю заниматься всей этой рутиной, я же говорил. Я военный на пенсии, я Крылатый Страж, я отвечаю за приграничные посты и патрули, а в административные дела лезть не хочу. И я все передал в аренду когда-то. Так удобнее всего: у меня не болит голова, а деньги исправно поступают на счет в банке. Оказалось, что арендаторы не слишком старательно следили за технической частью.
— А спорим, что ты врешь? — тихо сказала Анна. — Это ведь была диверсия?
Югор вздрогнул и замолчал, а потом тоскливо пробормотал:
— Ох уж эти Мэррилы! И как мы триста лет без их ценного мнения обходились?
— Я права, да? — Анна подскочила на постели и взмахнула руками. — Я права! Ваша Агата Шанатор специально прибыла в гости, ты — в качестве ее алиби, а она…
Хищным рывком Югор схватил Анну за плечи и прижал к постели, нависнув над ней, как филин над добычей.
— Агата вообще ни при чем! — рявкнул он. — Ее не должно было быть в Трех Ветрах! У нее был проект, она ученая, косметолог. В последний момент ее поставили на замену и отправили в командировку в Снежные Горы, в заповедник Эдион. Она не могла не прилететь ко мне в гости.
— Это исключительно твое субъективное мнение, — проворчала Анна, смущенная его внезапной яростью.
— Это официальное мнение специальной комиссии, которая расследовала происшествие.
Югор отодвинулся в сторону и сердито замолчал, так и не сделав попытки поцеловать Анну, чего она втайне жаждала.
— Ты ее любишь, — безнадежно пробормотала Анна, прикусывая губу.
— Люблю, — подтвердил Югор усмехаясь. — Почти как своего единственного сына. С мальчишками Альбатросами у меня отношения не сложились, а Агата — умница. Мы с ней даже переписываемся. Переписывались до тех пор, пока все это не случилось.
— Она все еще болеет, — осторожно напомнила Анна.
— Я в курсе. Я оплатил все ее лечение. Надеюсь, оправится.
Анна помолчала и снова заговорила:
— Так это была диверсия?
— Я склонен считать это преступной халатностью. Шанаторы точно ни при чем. А больше некому.
— Лебеди? — внезапно пришло в голову Анне.
— Высокие небеса, эти-то при чем?
— Ну, они
