После обеда я стоял на трибунах укутанный шарфом, в тёплом свитере сборной СССР и смотрел на колонны проходящих спортсменов. Шарф не столько грел, сколько скрывал лицо от нежелательных фото. Такой мерзкой погоды на открытии летних олимпийских игр я ни разу не видел, хотя посетил больше десятка. Додумались, летнюю Олимпиаду в Хельсинки провести. Несмотря на моросящий дождь атмосфера праздника чувствовалось во всём.
Я не припомню такого радушия и единения даже в Москве 80-го. Во многом это связано с тем, что разговоры о политике отошли на второй план. Все обсуждают олимпиаду и концертную программу подготовленную советскими музыкантами. Разногласия могут быть у политиков, обычным людям делить нечего. Вон вчера состоялась дружеская игра в баскетбол между сборными СССР и США, по новым "Русским правилам". Мы проиграли 60–80, но команда была рада, задача “получать удовольствие и не думать о счёте” выполнена.
Американцы были удивлены и озадачены уровнем нашей игры и справедливо догадываются что мы поддавались. Наши ребята не показали и половины возможностей, многие схемы приберегли для турнира.
Дождь добрался до спины и стало совсем тоскливо. Мы знали прогноз погоды ещё год назад, но сегодня утром мне запретили брать зонт. Охрана мотивировала это вероятным привлечением внимания. Думали я тут окажусь единственным, у кого есть защита от дождя, а по факту вышло, что половина стадиона пришла с зонтами.
Сам дурак, нужно было пойти на трибуну для официальных лиц, там есть навес и возможности для интересного общения. Испугался ещё большего внимания камер, особенно когда появится шизофреничка и начнёт, кричать. На эту клоунаду обернутся все фотографы и потом назовут её “белым ангелом соревнований”. Нет, абсолютно точно, нужно держаться подальше от психов и старых маразматиков.
Наконец на стадион начали выходить колонны спортсменов. Время тянулось медленно, майка под шерстяным свитером промокла насквозь. Хорошо что дождь немного ослаб, а то точно сбежал бы переодеваться. Вот показались советские спортсмены. Я невольно улыбнулся увиденной картине. Запрета на фирменные эмблемы ещё нет и наша “жар-птица” гордо парит на левой стороне груди. Несмотря на 9 различных моделей костюма, сегодня все оделись единообразно.
Белые соломенные шляпки, предназначенные для защиты от солнца, сейчас спасают от моросящего дождя. Помогает слабо, потому что многие презрев форму одежды закрывают головными уборами плюшевые игрушки. От этого страдает внешний вид строя и сам шаг.
Военных из нашей официальной делегации придётся откачивать. Даже мне понятно, что наша колонна далека от парадных построений и идут как бы не хуже всех остальных. Никаких чётких линий, не говоря уже о движении в ногу и различии в форме одежды, вернее в головных уборах. Сделав круг по стадиону они заняли своё место на поле, некоторые разбрелись по соседям, поговорить и вручить подарки.
Подарок это плюшевая игрушка, идея которой вынашивалась с зимней олимпиады. Я вспомнил как иностранцы охотились за чебурашками, привезёнными нашей сборной в Афины 2004 и решил продвинуть, символику на 52 года раньше. Посовещавшись, поняли что время для ушастого героя не пришло, к тому же могут найти сходство с микки-маусом, а плагиат и СССР в одном предложении стоять не должны. Пришлось вспоминать своё, исконное, русское, родное. Вариантов было немного, потому что реальных животных отмели сразу и никто из “безопасников” не хотел поддерживать мой вариант. Не привыкли, что злодеи могут быть добрыми, а уж змей-горыныч и подавно.
То что несли спортсмены не напоминало страшное существо с которым борются богатыри, за основу решили взять героя из мультика будущего. Толстячок с маленькими крылышками и тремя головами имеющими различные эмоции. Получилось забавное существо с футбольным мячиком в лапках. Яркий цвет притягивал взгляд, а глуповато обиженный вид вызывал улыбку.
– Самуил Моисеевич, скажите откуда в у вас такой поток открытий? Я ознакомился со списками новых лекарств, это более двухсот наименований, и все с клиническим тестом. Признайтесь, вы нашли ящик Пандоры, только наоборот? – услышал я разговор справа.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– О любезный Исаак Давыдович, это очень интересная история-с. Представляете, все формулы нам передали из будущего. Да-с. Это случилось ещё в прошлом году и с тех пор мы много работаем. Да-с, работаем…
Похоже рановато “дело врачей” закрыли. Я дёрнул “Ржавого” за рукав и показал в сторону выхода. Оставаться тут становилось опасно, для здоровья. Меня испугали не речи соседей, за океаном знают уже гораздо больше. Кота в мешке не спрячешь, тем более у нас тысячи посвящённых и в стране ходят кучи сплетен, которые уже не возможно взять под контроль. Проще контролировать фантазию, подсовывая нелепые истории, чем запрещать и прятать.
Я поспешил на выход потому что меня начинал бить озноб, а это верный признак температуры.
Перед тем как уехать в баню я зашёл в гремёрку и переоделся в свежую майку и олимпийку. Стало теплее, но организм напоминал о полученном переохлаждении, поэтому поспешил на выход. Когда мы стояли под трибунной и пережидали исилившийся дождь, мимо прошёл человек с пепельными волосами. Я его сразу узнал, хоть и не видел с собрания КлубаВ в Осло.
– Это он. Он был там, когда меня… – зашипел я на начальника охраны.
– Тише, я знаю. – шепотом ответил Ржавый, а потом улыбнулся и добавил. – Хорошо, что остальные дома. Васька бы, ему многое припомнил.
– Почему Лена называла его дядей? – спросил я успокаиваясь. – У них старый клан, как у Анны Кузьминичны?
– Сам бы спросил свою подругу. Они вроде вчера прилетели.
Действительно, ребята прилетели вчера вечером, но встретиться не получилось. Майкла олимпиада не интересует, почти сразу уехал вглубь материка, смотреть планы которые подобрали художники по декорациям. Он готовится к съемкам какой то фантастики в стиле "Ведьмака". После Финляндии у него запланирована поездка в Польшу и Венгрию, будет смотреть на зАмки.
Проходищие игры он считает её отдыхом, а себя не сильно уставшим. Хотя обещал вырваться на баскетбольный финал, но только в том случае если мы будем играть против США.
Шпионский боевик над которым он работал 4 месяца не заброшен, идёт процесс озвучки, смонтированного варианта. Приятель нервничает и решил не лезть к "профессионалам". Успокоится, вернётся и покажет как нужно делать. Ну или удивится, что всё сделано хорошо.
Лена с большой командой студентов и помощников уехала инспектировать фермы. Как то незаметно в Финляндии образовалось 7 тысяч гектар, принадлежащих Советскому Союзу. По местному законодательству, землю можно использовать только для сель хоз нужд. Возможно вырубка, но не сплошная, возможно строительство, но только не высотных зданий. Много запретов, которые от испуга принял местный парламент и ещё больше “но”, за которое пришлось заплатить нам. Подруга как куратор министерства сельского хозяйства по растениеводству, приехала посмотреть что нам досталось и подумать что с этим делать.
Времени у ребят нет даже на совместный завтрак. За последние 4 месяца мы пересекались всего пару раз. Майкл приезжал чтобы снять погоню и перестрелку на строительном объекте в Адлере. Сказал, что это будет реклама нашего причерноморского проекта. За 2 недели мы виделись только в аэропорту при встрече и прощании. В это время, из Грузии, приехала Лена, полазила по местным горам. Наметила площади под посадку своих деревьев и укатила. С ней увиделся накануне её отъезда, согласовывали возможность привлечения дополнительных людей и попрощались. Договорились, что она пришлёт своих агрономов и саженцы, а я попробую привлечь военных. Думаю и в этот раз увидимся только в аэропорту, ну а что время тратить, сразу поздороваемся и попрощаемся, до следующих встреч.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
В машине почувствовал, что температура всё таки поднялась, а значит баня противопоказана. Вместо тёплой парной, отправился в нашу медсанчасть. Выбраться из автомобиля без помощи не смог, резкая ломота в конечностях, головная боль и тошнота. Помню меня подхватили, когда я начал заваливаться у входа в больницу, а дальше всё в тумане.
