— С чего это вы тут не причем? Кто ж еще виноват?
— А может, все из-за глобального потепления? — предложила я. — Вот ты сегодня проводил утилизацию?
За эти слова я заработала удар в живот, из-за чего оказалась на коленях на мокрой земле. Я немного покашляла, преувеличивая ущерб. Определенно, было больно, но не так сильно. Думаю, под конец он слегка смягчил удар. Возможно, врезать с кулака «клыкастой суке» было сложнее, чем отвесить ей хорошую пощечину. Мне только играло на руку, если он считал меня более хрупкой, чем на самом деле.
— Ты садист, — выплюнула я.
— Нет, — снисходительно ответил МакКетрик, — я реалист. Это ты провоцируешь меня на насилие. Провоцируешь вести войну, которую я вести не должен.
— Хватит переводить стрелки, а то прямо как в детском саду.
Ожидаемого удара не последовало. Вместо этого он опустился на корточки, озабоченно нахмурившись.
— Ты не понимаешь.
— Да, нет, понимаю. Ты эгоист, который считает себя умнее всех остальных в Чикаго. Однако на самом деле, ты невежественный трус, МакКетрик. Ты борешься, за то, чтобы нас лишили прав, а ведь именно мы пытаемся решить проблему. Ты слеп из-за своего эго и мне даже тебя жаль.
По всей видимости, его терпению пришел конец. Поднявшись, он вставил два пальца в рот и засвистел. К нам подбежали двое мужчин в черной военной форме. Один из них навел на меня такой же пистолет с широким дулом, а другой согнул меня, скрутив руки за спиной.
Громко матерясь, я наступила ему на ногу, но упершееся в подбородок дуло пистолета МакКетрика послужило сдерживающим фактором для дальнейшего применения силы.
— В машину её, — сказал МакКетрик. — Заберем её на базу.
Если бы я увидела эту «базу», то это, определенно, помогло бы мне прикрыть деятельность МакКетрика, только вот я вряд ли бы выжила. Оказаться в машине, значит подписать себе смертный приговор, поэтому я стала драться из-за всех сил. Я стала извиваться в руках головореза. А он когда он попытался удержать меня в вертикальном положении, перенесла тяжесть тела и выбила ногой пистолет из рук МакКетрика. Лишившись пистолета, тот сразу же кинулся за ним.
Из-за возникшей возни головорез ослабил хватку, и я уложила его быстрым ударом с ноги назад в гениталии и подсечкой.
— Один из моих любимых приемов, — казала я ему, вспомнив наш разговор с Этаном.
Жаль, на этот раз я была одна.
— Взять ее, — сказал МакКетрик, подобрав пистолет, отлетевший на несколько футов.
Он возвращался, наведя пистолет на меня.
Развернувшись, чтобы убежать, я врезалась во второго головореза. Посмотрев на него, я улыбнулась, и еще раз произвела удар ниже пояса. Этому хватило ума предугадать движение. Он поставил блок, только парень далеко не первый, кто блокировал мои удары. Поднырнув под его удар, я заехала кулаком ему в голень. Когда он запрыгал от боли, я вскочила и нанесла идеальный удар ногой полумесяцем, которым свалила его на землю.
Отлично выполненные удары — и двое головорезов валялись на земле. Но насладиться победой я не успела: меня свалил удар в почку.
Я оглянулась.
Вытянув руку с пистолетом, стоял МакКетрик. Его рука тряслась от ярости.
— Ты меня доведешь до ручки, — сказал он. Палец на курке подрагивал.
Я дала себе обещание, после того как однажды дождливой ночью Селина избила меня. Поэтому я встала, пристально посмотрела на него, заставляя себя успокоиться, и приняла стойку.
— Если собираешься всадить в меня кол, — сказала ему я, — то ты будешь смотреть мне в глаза.
Я приготовилась к удару: к тому, чтобы почувствовать острую жгучую боль из-за щепок, если он случайно промахнется мимо сердца, или распрощаться с жизнью, если он попадет в цель. Мне доставало храбрости признать, что оба шанса были равны.
Он вытянул руку с пистолетом, прицелившись мне в грудь, прямо над сердцем.
И тогда я пустила в ход последнюю уловку.
— Знаешь, я ценю это.
Я видела, как он боролся с собой, но, тем не менее, спросил:
— Ценишь, что?
— То, что ты делаешь, — сделала малюсенький шажочек, упершись грудью в дуло пистолета. — Делаешь из меня мученицу. Я, конечно, понимаю, тебе придется сочинить историю о том, как я пыталась тебе навредить, а ты спас Чикаго, — я слегка понизила голос. — Но сверхъестественные создания-то будут знать, МакКетрик. Вампиры. Оборотни. Они меня любят. И не поверят тебе.
Я встала на цыпочки и посмотрела ему в глаза.
— Они найдут тебя.
Забавная штука — гнев: он способен как помочь, так и навредить вам. Он способен погубить ваше самообладание или же заставить хлопать глазами.
В случае МакКетрика — последнее.
— Сука, — процедил он. — Я не позволю тебе разрушить этот город.
Пистолет дрогнул, немного качнувшись в его руке. Я воспользовалась этой возможностью: выбила пистолет из его руки ударом снизу. Он пролетел по воздуху и, приземлившись, проехался по бетону.
МакКетрик бросился за ним.
Стоит отдать ему должное: МакКетрик больше и мускулистее меня. Но я быстрее.
Я добралась туда раньше него, содрала пальцы об асфальт, но зато пистолет оказался у меня в руке. В итоге, когда он догнал меня, я навела оружие на него.
Его глаза расширились:
— Ты губишь этот город.
— Ты уже это говорил. Хотелось бы, однако, отметить, что вампиры не останавливают горожан на проезжей части и не угрожают им. И мы не тычем им в лица оружием.
Он зарычал, выругался и упал на колени.
— Теперь, когда я стою перед тобой на коленях, как какой-то подхалим, ты чувствуешь себя сильнее?
— Нет. А знаешь, почему? — я ударила его пистолетом в висок, отправив в отключку. — Потому, что я не ты.
Закрыв глаза на мгновение, всего лишь на мгновение, чтобы вдохнуть, я снова открыла их, когда раздался визг шин.
Я обернулась. Двое громил исчезли, а черный внедорожник уезжал.
— Вот вам и благонадежность, — пробормотала я, посмотрев на МакКетрика, а затем осмотрелась.
Автобусная остановка находилась в нескольких метрах, но на востоке небо уже начало светлеть. Времени оставалось не много, поэтому мне понадобилась подмога.
На небе все еще сверкали молнии. Втащив МакКетрика на автобусную остановку и прислонив его к скамейке, я достала телефон.
— Что тебе нужно, Мерит? — спросил Катчер.
Всю неделю от жители этого дома исходило раздражение. У меня начало иссякать терпение с семейством Бэл/Кармайкл. Но мне еще предстояла работа.
Я продиктовала ему адрес своего местоположения.
— Если доберешься сюда быстро, то на автобусной остановке найдешь бессознательного МакКетрика.
