Девочка, растрёпанная вдрызг. Дождь тебя ославит в трубах водосточных. А ещё слеза фонарных брызг. На глазах твоих сверкнёт звездой полночной. Путь твой от жилья и до жилья Спрячет ночь от глаз в своих обмотках. Девочка, не взятая моя. Уличная красотка. Уличная красотка. Уличная…
– Эй, трубадур, – Марина резко развернулась, подошла, – сам творишь, или стырил песню у кого?
– Врать не буду, Сашки Новикова текст.
– Кто это?
– Да совсем мальчишка, в Средней Азии живёт, то ли в Ташкенте, то ли во Фрунзе. Отец военный, а сам сочинитель молодой, но жутко талантливый.
– Оно и видно. Заходи вечером, часам к семи, тут недалеко, через квартал, в ДК «Железнодорожников».
– А что там?
– Работаю я там.
И процокала каблучками, самую чуточку более чем прежде (но я-то заметил) покачивая бёдрами. Похоже, изменения в походке работницы культуры не стали секретом и для влюблённого гитариста Вилория. Паренёк подошёл и вместо того, чтоб забрать музыкальный инструмент, заехал мне с левой руки, целясь в подбородок. Вариантов приструнить Ромео – масса. Выбрал самый простой – «окаменел» лицом и кулак соперника впечатался со всего маху в воистину «каменную» конструкцию челюсти попаданца-терминатора. Да ещё незаметно вперёд подался…
Похоже перестарался, со всей дури вдаривший по заезжему музыканту Вилор взвыл от дикой боли, перелом, однако. Я же, чтоб совсем не выбиваться из образа, картинно завалился, имитируя лёгкий, но таки нокдаун. Зачем парнишку совсем уничижать? А так всё ровно – врезал гаду, тот с копыт, а рука заживёт, дело молодое.
Коллеги ревнивца, следует отдать им должное, повели себя правильно. Удержали мальчишку, пытавшегося второй рукой «добить» оппонента, помогли мне подняться, извинились за несдержанного товарища.
– Извиняй, Жека (в Коломне представился Евгением) молодой дурак, что взять с такого? А Маринка много кого дразнит, смотри, чтоб и тебе в их число не попасть.
– Понятно. Роковая женщина.
– Не знаю насчёт роковая. Но жопа что надо.
– Эт точно!
– Смотри, если надумаешь к нам устраиваться, просись в ремонтно-механический цех. И по деньгам нормально выходит и общежитие сразу дают. А Вилорка остынет, да ему скоро в армию, там перебесится.
– Подумаю, может и у вас тормознусь. Сам понимаешь, Викторыч, после развода хочется гульнуть немного, по стране покататься. А то пустишь корни, народишь спиногрызов и всё. Считай как раб на галерах…
– Молодой, а соображаешь, – бригадир одобрительно хмыкнул, – если решишь остаться, в клуб зайди, Маринка девка ого-го! Глядишь и выгорит дело, хороших певцов в наших краях уважают.
Но, видно не судьба спеть очаровательной завклубше шлягеры из будущего, пока гулял по городу, прикупил свежий номер «Правды» из коего узнал, что Председателем Комитета Государственной Безопасности СССР назначен Семён Кузьмич Цвигун, а экс-председатель, Владимир Семичастный, «направлен на другую работу».
Так-так-так, закрутилась история чутка, но таки в иную сторону, Леонид Ильич начал перетряску аппарата с «опережением графика». Того же Семичастного Юрий Андропов заменил только в 1967 году, после демарша Светланы Алилуевой, невозвращенки хреновой. А теперь, ишь как пошло-поехало. Цвигун человек Брежнева и если уж поставлен на КГБ, то однозначно усиление позиций бровастого генсека. Да и «железный Шурик» Шелепин при Цвигуне не расшалится. Надо песню какую из будущего стащить, о партизанской романтике, Семён Кузьмич любит это дело, биографию его изучал немного, знаю основные вехи…
Из Зарайска до Коломны ехал с водилой-калымщиком, просветившим как можно оперативно добраться до столицы, пользуясь услугами их автохозяйства. Схема интересная, едет машина на базу, водитель один, но вписывает в «запасной» бланк командировки «экспедитора», он же пассажир и спокойно довозит до станции метро, получив законное вознаграждение. А бланков тех (на всякий случай, вдруг да остановит автоинспекция) – до хрена и больше у каждого толкового шофёра.
В Москве ничего не переменилось, разве что число армейских патрулей поубавилось. Но зато милицейских выросло. Вот так оригинально Семён Кузьмич решил проблему «демилитаризации столицы», ибо дипломаты и корреспонденты враждебных буржуйских СМИ, аккредитованные в Москве, уже начали клеветать на Советский Союз, якобы скатившийся к опасной черте – взятию властью военными, симпатизирующими опальному маршалу Жукову А хитрый Цвигун всего лишь срочников из дивизии Дзержинского переодел ментами и враз всё успокоилось, за что новый глава КГБ удостоился похвалы Брежнева – за находчивость!
Выслушав свежие новости от Антонины, коротко спросил, весточки от дружков без вести пропавшего Жоры Михайловича не приходили?
Оказывается нет, не приходили цветоводы-мафиози, всё тихо, наверняка усиленный режим спугнул из Москвы, как уголовный элемент, так и дельцов теневого бизнеса. А вот участковый наведался повторно, принял объяснение о пропаже квартиранта, уточнил, что тот часто выезжал без предупреждения на неделю и более, на том и успокоился. Еле отбился от влюблённой женщины, так и норовящей прописать сожителя на своих ста с лишним квадратах, в доказательство чувств глубоких. Нет, Тоня-Антонина. Ты мне нужна, уж прости, исключительно как выход на семейство Брежнева, так что никаких вписок в ордера и прочей галиматьи, даже если и оформлю себе идеальные бумаги. Лишняя трата времени и сил, на кой?
Покамест знакомство с брежневскими, увы, не получалось, зато на даче у знакомцев Антонины в Архангельском, куда отправился в качестве бой-френда хозяйки, встретился с самим Леоновым. Не актёром, космонавтом. Алексей Архипович, молодой энергичный и обаятельный был душой компании, рассказывал занятные истории, анекдоты. Хозяин дачи, дипломат, сын известного военачальника, всё пытался споить космического волка, выставляя перед Леоновым всё новые и новые бутылки, чисто продегустировать, но тот держался.
Вообще орлы из первого отряда, кто не погиб в катастрофах, жили долго. Так и отбирали их, по правде-то говоря «по здоровью». Но и с интеллектом у Алексея Архипыча всё в порядке, толковый офицер, 32 года, а уже подполковник, Герой Советского Союза, легенда при жизни…
Так и подмывало предостеречь, посоветовать в 1969 году быть осторожнее, не попасть под пули неуравновешенного фанатика Ильина. Хотя, за это время проблема с лейтёхой, желающим свершить нечто героическое, перестреляв руководство страны, сойдёт на нет. Цвигун – не Андропов, отладит за два года систему.
Мужчины, собравшиеся у камина, потягивали коньяк и выведывали у космонавта «военные тайны» – когда стартанём к Луне и не обгонят ли нас американцы. Леонов выкручивался как мог, по большей части отшучивался, а иногда разводил руками и обещал рассказать позже, ибо «сейчас никак нельзя, строго секретно».
– А прибор как, не сбоит после полёта, – спросил у Леонова, кивнув на пах героического лётчика-космонавта.
– Кто о чём, а жиголо о приборе, – съехидничал хозяин, всем видом и поведением подчёркивавший случайность моего появления в его особнячке. Дескать, исключительно из-за супруги, давней подругой которой и является Антонина свет Семёновна, терпит выскочку. Зарубаться с мажором не собирался, но щёлкнуть по носу заносчивого жлоба ой как захотелось.
– Кстати, наша группа подала Алексею Николаевичу записку, где категорически требуем не называть выпускаемые АвтоВАЗом машины – «Жигулями». Ладно ещё для внутреннего употребления, но кто в Европе купит «Жигули»-жиголо?!
– И, что Косыгин? – Хозяин мгновенно «подобрался» и смотрел на Колю Писаренко совершенно иным взглядом.
– Похохотал премьер и начертал двоякую резолюцию: «Следует обсудить с заинтересованными товарищами». А кто они, эти товарищи заинтересованные? Гордые кабальеро? Макаронники? Немчура или галлы? Нашим-то автолюбителям всё едино, хоть «Педрилло» назови, расхватают, ещё и передерутся в очереди. А «в европах» подход особый нужен.
