— Леголас, — подняв руку, король дал понять, чтобы тот не стрелял. — Зачем ты пришел?
— Поговорить. Поговорить и напомнить тебе, что ты задолжал мне черный клинок, который обещал вернуть в обмен на камни Ласгалена.
— Значит, твои гномы нашли то искалеченное создание?
— Нашли, — кивнул гном. — И многое рассказали. Я знаю, что ты вернул меч. И пришел забрать его.
— А с чего ты решил, что я тебе его отдам?
— Потому что ты его обещал?
— Я. Тебе. Ничего. Не отдам! Ты сжёг мой лес, отбираешь мои земли, насмехаешься и еще смеешь что-то требовать? Ты зарываешься, гном!
— В таком случае, тебе придется разговаривать уже не со мной, а с хозяином клинка. Он знает, что меч снова у вас, Трандуил. И он придет за ним. И в отличие от меня, он разговаривать не будет.
— Кто?
— Ты сам узнаешь, — махнув рукой, Торин развернулся.
— Дубощит!
— Я все сказал. Прощай, последний король Эльфов. Я запомню тебя последним правителем лесных эльфов.
На этом переговоры закончились. Если бы только Лесной король видел, как улыбался Торин, покидая его, он бы догадался, что за мечом уже пришли. Но он этого не видел.
А тем временем, где-то
Девять назгулов, следуя за голлумом, скрытно продвигались по сделанным орками пещерам. Голлум вел уверенно, он точно знал, куда выведет отряд. И вскоре, за поворотом, группа выходит на свет. Так вышло, что выход из тоннеля был в потолке, и вел в какую-то полуразрушенную комнату.
— Сюда, — указал пальцем вниз Голлум.
Первым спрыгнул Ангмарец. За ним остальные. Как оказалось, это был чей-то дом, по крайней мере разрушенная мебель, валяющиеся разбитые черепки посуды, столовые преборы, одежда, говорили именно об этом.
Чувствуя поблизости клинок, отряд осторожно покинул дом и направился на верхние ярусы. Ввиду того, что здесь прятаться было физически негде, группу достаточно быстро увидели. Зазвучал тревожный рог, раздались крики эльфов, забегала охрана.
— Никого не щадить, — приказал Ангмарец остальным, обнажая свой клинок. Девять мечей покинули ножны и покрылись огнем. Девять великих воинов прошлого бросились вперед, уже не пытаясь скрываться. Голлум бежал рядом, он хотел найти меч не меньше назгулов. Найти и принести госпоже. Любой ценой.
Так как группа вышла в жилой зоне города-крепости, вокруг было очень много обычных эльфов, которые могли затормозить отряд. Дабы разогнать всех, назгулы выключили амулеты сокрытия и прокричали свой устрашающий вопль, который эхом прошел по всей крепости.
Пара патрульных, набравшись храбрости, пробуют преградить путь, но они даже не затормозили отряд. Первые двое отразили оружие эльфов, следующая пара пронзила их своими клинками и группа побежала дальше. Назгулы чувствовали друг друга, они знали, что сделает их собрат и сражались как одно целое. Кольцо питало их своей мощью, давало силу и они летели стрелою вперед. Выполнить приказ любой ценой. Любой ценой выполнить поставленную задачу. Ни что не встанет между назгулом и его целью.
Вот оно — истинное братство кольца, объединенное единой судьбой. Пролет за пролетом, они мчались вперёд, снося одну преграду за другой. Их пылающие мечи обагрились кровью перворожденных. Их устрашающий крик разгонял малодушных эльфов. А клинки безжалостно разили тех, кто осмеливался встать на пути, и вскоре, они нашли его.
Походя сломив сопротивление пятерки гвардейцев, они ворвались в личные покои лесного короля. Черный меч лежал на специально выращенном для него постаменте. Изогнутое лезвие, удлиненная рукоять, неизвестные светящиеся символы, тянущиеся вдоль всего клинка от наконечника до небольшой гарды.
Убрав свое оружие, Ангмарец прошел к артефакту. Оружие чувствовало связь между назгулами и своим хозяином. Оно просилось к нему в руки, оно жаждало вернуться к истинному владельцу и чувствовало, что существо перед ним пришло по воле хозяина. От клинка шла черная пелена мрака, оружие наконец-то проснулось. Взяв его, Ангмарец застыл. Письмена на клинке вспыхнули с новой силой и он услышал голоса. Тоненькие девичьи голоса, которые от души хохотали. А перед его взором появился образ из прошлого этого меча.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Две маленькие крылатые девочки, похожие на мифических фей из сказок, протягивали огромный для них меч темному эльфу.
— Папа, папа, это тебе!
— Доченьки… — прошептал восхищенно эльф.
— Мы знаем.
— Мы вредные.
— И поэтому помогли тебе с ним.
— Мы хотим, чтобы он помог тебе разить врагов.
— Когда нас рядом не будет.
— И чтобы он помог вернутся тебе назад.
— Когда отправишься в путь.
— И не дал забыть о нас.
— Что за глупость вы говорите. Как-будто какая-то железяка, способна мне вас заменить, — наклонившись, эльф взял оружие, а другой рукой подхватил двух маленьких крылатых девочек.
— Мы использовали твои чертежи и выковали этот клинок в наших чувствах.
— Так что пока он будет с тобой, с тобой будем и мы…
Наваждение спало, а назгул почувствовал силу, которой обладает клинок. Чувства пошли по руке и наполнили его охладевшее призрачное сердце. Чувства той детской непосредственности, доброты и радости, направленной к отцу. И он вспомнил. Вспомнил свое забытое прошлое. Вспомнил, как потерял своих близких, как лишился семьи, как добровольно обрек себя на службу Майроне, когда люди севера вырезали весь его род. Он вспомнил, как сам же поклялся уничтожить всех потомков королей государств Артадайн, Радаур и Кардолан. Детский смех напомнил ему тех, кого он забыл, наполнил сердце теми образами, которые стремился стереть из памяти. Но он вспомнил всех. Он вспомнил все. Вот только месть, ставшая целью его жизни, исполнившись, не принесла облегчения.
В покои ворвались эльфы во главе с самим королем Трандуилом. Назгулы вскинули оружие, готовясь к бою. И лишь Ангмарец стоял спиной к проходу, даже не обернувшись на звук.
— Отдай меч, ты, раб тьмы, и я подарю вам быструю смерть, — прорычал Трандуил.
— Ты не сможешь нас убить, — спокойно ответил Ангмарец, повернувшись к Трандуилу и удобнее перехватывая меч. — И мое имя Хэлкар.
Закончив разговор, назгул издал дикий яростный вопль и бросился в бой. Плоть, сталь, все рассыпалось в прах, стоило оружию коснутся. Клинок проходил через щиты словно резал воздух, и с каждым новым взмахом на пол падало то, что оставалось от эльфа.
Остальные назгулы почти не участвовали в схватке. Да какая схватка — бойня, это была просто бойня, в которой бесславно пал король Трандуил, оказавшись не в силах защититься от проклятия черного оружия. Неспособный противостоять ярости и мощи величайшего мечника, когда-либо рождавшегося среди людей.
Потеряв своего предводителя, не в силах выдержать натиск назгулов, эльфы бросились бежать. Пронизывающий до костей вой призраков кольца гнал их прочь. Он вселял ужас, который гулял по рядам остроухих, словно ветер среди колосьев. И как ветер клонит колосья, так и воля эльфов склонилась пред мощью Её посланцев.
Не встречая более сопротивления, назгулы покинули лесную крепость. Пришла пора возвращаться домой. Черный клинок в их руках. Задание выполнено. К госпоже.
Глава 18
Аид
Пока ждали назгулов, Майрона взялась за продолжение моего обучения. Можно сказать, что мы по очереди учили друг друга своим фокусам и теперь пришел её черед. И здесь стоит прояснить один момент, который нам с ней непонятен.
Дело в том, что после того как она показала мне способ покидать кольцо, я понял, что могу колдовать, и вообще без тела можно жить. Но! Мои обычные плетения не работали. Я не мог начертить руну и запитать её. Энергия, из которой я состоял, имела какую-то особенность, из-за чего мои руны, формулы и наработки не хотели работать в моих же руках! Зато работали в руках Майроны, именно поэтому мне приходилось использовать её тело.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
