Читаем без скачивания Книга Кагала: Всемирный еврейский вопрос - Яков Александрович Брафман

из док. № 155 пункт «з», дает торжественную присягу никогда и никому в мире не открывать, что он когда-либо был тайным преследователем и никому на свете не потворствовать, но действовать согласно данной ему кагалом инструкции. Последнее и страшное слово этой инструкции, имеющей своею целью «в дугу согнуть ослушника», гласит: «упшито шебиом покдой юфкад олов расто», что значит: «в роковой час (пусть) разразится на ним (оглашенным) его несчастье»[271].

Определение рода смертной казни, равно как выбор лиц для приведения ее в исполнение, вполне зависит от усмотрения тайного преследователя.

Каждое наше слово относительно карательных мер, практикуемых кагалом, находит себе неопровержимое подтверждение в прилагаемом к нашему труду отчете по делу мещанина Богузо. Решением Могилевской Палаты Уголовного и Гражданского суда от 4 июля 1875 г. еврей-мещанин Зевель Богузо признан виновным в подговоре к убийству Хацкеля Пороховника и по лишении всех прав состояния сослан на каторжные работы в рудниках на 14 лет.

Из обстоятельств этого ужасного процесса видно, что Хацкель Пороховник как опасный для шкловского кагала член общины был сначала, как это мы выше указали, преследуем посредством русского суда (его заключили в тюрьму), а в конце концов кагал приговорил его к смерти. Тайным преследователем явился один из членов кагала, а именно упомянутый Богузо. Богузо за 175 руб. нанял солдат-евреев: Ятвицкого, Адельского и Славина (осужденных тем же судом), которые и задушили Хацкеля Пороховника.

При этом следует отметить еще одно весьма важное обстоятельство. На следующий день после убийства, по показанию одного из подсудимых, Ятвицкого, все собрались в доме Богузо. Который сказал, что общество (кагал) требует доказательства совершенного. Была принесена шапка убитого, но общество не сочло шапку за доказательство убийства и потребовало предъявления двух пальцев Пороховника. Убийцы пошли, откопали труп, отрезали ножом, полученным от Богузо, два пальца и принесли их последнему, который завернул их в бумагу и отнес куда-то.

И действительно, на утопленном впоследствии этими же лицами в озере трупе Х. Пороховника, по освидетельствовании «средний палец и мизинец правой руки оказались отсутствующими».

Это инквизиционное убийство совершено было по приказанию существующего в России по сей день местного шкловского кагала в 1873 г.[272]

Наложением системы карательных мер, практикуемых кагалом, мы даем совершенно категорический ответ на невольно возникающий при изучении иудейства вопрос: какою силою держится среди всех государств в течении более 2.000 лет обособленное в отдельное царство иудейство, при посредстве какой силы его национальные законы и канонические правила, стеснительные для еврейской массы и вредные для местного иноверческого населения, среди которого живут евреи, процветают на почве иудейства, заглушая собою всякие законы иноверческого правительства?

Незнание или недобросовестность при разрешении этого вопроса объясняли это явление влиянием иудейской религии, мы же утверждаем, что тот цемент, которым скреплено все здание Иуды, включая в него и религию, зовется страхом наказания, вытекающим из исследованной нами системы карательных мер, издавна введенных сеймом и практикующихся каждым местным кагалом по сей день.

Глава XIX

Отношения местных кагалов между собою

Для полноты нашего исследования о кагале нам предстоит сказать несколько слов об отношениях местных кагалов между собою.

Власть кагала, в силу знакомых нам правил Хезкат-Ишуб[273], простирается только на пространстве обычаями за ним упроченной и ему подведомственной территории, за пределами которой простирается власть другого кагала. Каждый местный кагал в своих отношениях ко всем другим кагалам руководствуется принципом полного невмешательства, но тем не менее каждый из них, как это видно из документов, помещенных во 2-й части[274] данной книги, находится в деятельном с другими кагалами сношении, добросовестно помогает товарищу чем может[275] и тщательно изучает его обычаи, с готовностью перенимая те из них, которые кажутся ему удобными и целесообразными. Деятельные сношения эти усиливаются при решении какого-нибудь вопроса, касающегося евреев всего края или всего Израиля; тогда, как это видно из документов[276], назначаются съезды, посылаются депутаты на съезд от местных кагалов, избираются поверенные по делам края или всего Израиля, составляются инструкции для их действий в центре края или в столице и т. д.

Таковы отношения местных кагалов между собою. Впоследствии мы будем иметь случай указать на существование такого органа, который печется не о местном еврействе и не в данном государстве, но который ведает интересы всего Израиля во всем мире и, сообразно с этой задачей, в каждом государстве, обитаемом евреями, имеется свой отдел, под тем или другим названием, являющийся центральным для всех местных кагалов данного государства.

В заключение раздела о кагале и сводя в итог все о нем сказанное, мы можем сделать одно общее определение[277].

Кагал есть национально-еврейское правительство.

Правительство это более 2.000 лет во всех странах и государствах под тем или другим названием заправляет жизнью евреев вопреки интересам как еврейской массы, так и тех государств, где живут евреи. Оно создает из евреев крепко в себе замкнутый и внешнему влиянию недоступный организм.

Организм этот поддерживается национально-еврейским правительством двумя путями: деспотизмом над еврейской массой и изворотами пред иноверческим правительством для устранения влияния на жизнь этой массы его законов.

Безошибочно можно вывести то положение, что сила иудейства (разумея здесь совокупность всех его вредных элементов) в силе кагала, а сила кагала: 1) в бессилии еврейской массы и 2) в той поддержке, которую кагал находит в иноверческих законах о евреях, без труда созидаемых, благодаря незнанию со стороны иноверческого правительства внутреннего строя иудейства, самими же евреями.

II. СУДЕБНЫЙ ОРГАН ЕВРЕЙСКОЙ

ОБЩИНЫ БЕТ-ДИН

Глава XX

Состав бет-дина. Его компетенция

Три рода индульгенций

Доходы бет-дина

В Тур-Хошен-Гамишнот, своде еврейских законов, читаем: «Воспрещено (еврею) судиться в суде нееврейском и в нееврейских судебных учреждениях. Это запрещение не теряет своей силы даже при таких вопросах, по которым нееврейские законы сходны с еврейскими, и если бы даже обе стороны желали предложить свое дело суду нееврейскому. Нарушающий это запрещение есть злодей. Этот поступок признается равным хулению, поношению и наложению руки на весь закон Моисея»[278].

«Документ, в котором сказано, что по нему можно заявить иск в суд нееврейский, не должен, однако же, быть доставляем в суды нееврейские. В противном случае истец должен понести все убытки, превышающие сумму, обязательную по документу на основании еврейских законов»[279]. Согласно этим обязательным для еврея навеки законам и их категорическому требованию в каждой еврейской общине существует свой национальный суд, известный под именем бет-дин — дом суда. История возникновения