Глава 28
Клауд Эллур-Атар. Настоящее время
Вернувшись в Шаенон, я привел в порядок оружие и доспехи, наспех смыл с себя кровь и завалился спать. Разбудил меня Лелуш, на удивление бодрый, но слишком уж мрачный.
– Шантара согласилась на обмен, – со злостью выпалил он. – Поднимайся, если не хочешь все пропустить.
Конечно же, я не хочу, поэтому через несколько минут мы присоединились к небольшому отряду, направляющемуся к пограничному замку Шаенона. Над городом уже сгустились сумерки, и я вполне могу набросить на себя покров.
Алекс ничуть не удивился моему присутствию и ничего не сказал. Рядом с ним ехала стройная светлая лучница, бросавшая на герцога томные взгляды. А он, похоже, наслаждался свалившимся на него вниманием.
– Кто это такая? – тихо поинтересовался я.
– Точно не знаю, – Лелуш абсолютно равнодушно взглянул на эльфийку. – Алекс привел её днем, сказал, что встретил в Шаеноне. Она подтвердила, что Рейн жива, якобы видела её своими глазами.
Я хмыкнул. Здесь явно что-то не чисто, и не может быть, что Алекс этого не видит.
– Ты был прав насчет Тенелова, – еще тише продолжил светлый. – Едва услышав, что девчонка жива, он послал своих убийц найти её и доставить к нему.
На губах Лелуша расплылась мстительная ухмылка, какой я прежде никогда у него не видел.
– Ни один не вернулся, – сообщил он. – Видимо, Рейн хорошо охраняют.
А вот это уже странно. Охраняют от кого? Спросить я не успел, впереди поднялись стены приграничного замка.
Орки уже ждали нас. Я впервые увидел Кхарра, и молодой орк вызвал у меня смешанное чувство злости и уважения. Его окружили верные командиры, но мое внимание привлекла знакомая фигурка, закутанная в темную накидку. Капюшон был сброшен, и я без труда узнал кроваво-красные глаза, удивительно спокойные для этой ситуации. Значит, это её я почувствовал тогда, у ворот Шаенона. Но почему она не сказала ничего, не позвала, ведь, я уверен, она нас всех видела. Наверное, она и правда стала частью Шантары, умерла для тех, кто её предал.
Рейн изменилась. Во взгляде, устремленном на Алекса, больше не было прежнего обожания. Белобрысый шанар не солгал – её действительно предали. Никакой договоренности не было. Спокойно шагнув навстречу своему герцогу, она позволила себя связать. Я постарался держаться в тени, и от Лелуша потребовал того же. Незачем ей нас видеть. Я в предатели пока еще не записался.
Алекс сразу же вынес приговор, и в свете взошедшей луны сверкнуло лезвие его меча. Я дернулся остановить его, но Лелуш удержал меня.
– Стой, придурок. Он этого не сделает, – шепнул светлый. – Посмотри.
Я проследил за взглядом эльфа. Лицо Тенелова перекосило от ярости. Похоже, у него тоже имеются планы на Рейн. Я усмехнулся. Похоже, у Никсы полно последователей, и она не успокоится, пока не получит свое красноглазое дитя. И почему я сразу об этом не подумал? Алекс дрогнул и уже совсем по другому посмотрел на Рейн. Есть в этой девчонке что-то невообразимо милое, что-то такое, что тронув её пальцем, начинаешь чувствовать себя последней мразью. Герцог отступил и опустил оружие. Я не услышал, что он сказал, но общий смысл ясен и так.
Орки, забрав своего пленника, покинули окрестности приграничного замка. Большинство эльфов тоже активировали мгновенные телепорты, направляясь, вероятно, в крепость Гильдии Хаоса.
– Не нравится мне все это, – глубокомысленно заметил Лелуш.
– Я бы удивился, если б нравилось, – фыркнул я.
К счастью, мне были известны координаты базы наемников. Активировав портал, мы переместились в крепость. Не предупреждая, я набросил на светлого пелену невидимости. Нас и до этого почти не замечали, но так надежнее. Лелуш опять же не стал ничего спрашивать. Либо он слишком хорошо меня знает, либо мы просто думаем об одном и том же. Рейн отвели в подземелье и заковали в цепи. Я оказался достаточно близко, чтобы узнать, от кого исходил приказ. Балом правит Тенелов.
Алекс злился, скрипел зубами, но соглашался. У меня руки чесались разбить лицо своему ушастому командиру, но сейчас не время. Я еще слишком мало знаю.
Подождав, пока суматоха уляжется, мы спустились в подземелье. Навстречу нам выпорхнула светлая эльфийка, та самая, что пиявкой висела на Алексе. Вид у неё был крайне раздосадованный. Чего она хотела от Рейн?
Услышав за спиной шаги, я на всякий случай скользнул в нишу и потянул за собой светлого.
– Отдай её мне, – я безошибочно узнал голос Тенелова. – Её предназначение – стать жрицей Никсы, Тьмой Укрывающей.
– Я знаю, как становятся жрицами, – Алекс, судя по интонации, просто в бешенстве. – И я лучше своими руками лишу её жизни, чем отдам тебе.
Тенелов рассмеялся, как будто услышал хорошую шутку.
– Отдашь, Алекс, – пообещал он. – Я сам заберу её у тебя.
Я замер, когда эльфы поравнялись с нишей. Тенелов скользнул по мне невидящим взглядом, Алекс же едва заметно улыбнулся. Он знает, что я здесь.
«Оставайся на месте, Клауд, – услышал я его голос. – С тобой отдельный разговор».
Между лопаток пробежала волна холода, когда Тенелов внезапно остановился и, ругаясь, направился к выходу из подземелья. Алекс же как ни в чем не бывало продолжил свой путь. Я тенью последовал за ним, оставив Лелуша в нише. Пусть стоит на страже.
Рейн показалась мне спящей. Услышав шаги, она только устало вздохнула. Похоже, она ждала появления Алекса. Эльф сел прямо на пол, и я шагнул в сторону. Не хочу, чтобы девчонка меня увидела. Из недолгой исповеди герцога Алькьярна стало ясно, почему её отдали Шантаре. Я не на шутку разозлился, но в какой-то степени Алекс оказался прав. Он не произнес этого вслух, но, я знаю, был уверен, что орки её не тронут. Я всегда знал, что Алекс собственник, но не подозревал, насколько сильно он привязан к Рейн. Он готов убить её сам, лишь бы не отдать Тенелову. Я тоже знаю, как становятся жрицами Никсы. Это не просто страшная смерть на алтаре, это гораздо хуже. Боль, унижение, вечный кошмар.
Оставив Рейн в темноте, Алекс вышел из подземелья. Я сбросил с себя пелену и уставился в холодные голубые глаза лидера моего клана.
– Ты правда убьешь её на рассвете? – положив руку на рукоять меча, спросил я. Думаю, намек ясен. Я не позволю этого сделать.
– Разве я смогу? – эльф печально улыбнулся,
