Жаль, что так трудно учиться в медицинской школе, но я знаю, что ты ведь так этого хотел. Ты всегда был самым целеустремленным в нашей семье, за исключением Райля, конечно же. Но мне кажется, мы все были довольно-таки настойчивыми, может быть, только кроме Эдит. Она всегда была такой боязливой, никогда не хотела испробовать ничего нового.
Ну, на этом все пока, меня ждут шашки.
Любящая Джинкс.
Лэнд'с Энд 23 июля 1898 г.
Дорогой Райль!
Как ты понял из обратного адреса, я отдыхаю от своей учебы — уехал на несколько недель, чтоб позагорать и поплавать с Марком Холандом и его семьей.
Марк, если ты помнишь, был моим соседом по комнате в течение двух лет, когда я учился в прескул, а потом мы вместе поехали в Гарвард. Он собирается стать адвокатом и пытается убедить меня в том, что я сам должен позаботиться о своих деньгах, а не доверять Карру. Но я хочу, чтоб это дело шло так же, как и до сих пор, — по крайней мере до тех пор, пока я снова не окажусь дома. Тогда, возможно, у меня появится интерес к этому, во всяком случае, достаточный для того, чтоб посещать ежегодные собрания и хоть в какой-то мере следить за делами. Хотя по мне, так чем меньше иметь дело с Карром, тем лучше. Наверное, ты тоже так думаешь.
Первую неделю здесь, в Лэнд'с Эндс, я почти все время спал. Но теперь я снова на ногах и много времени провожу на теннисном корте.
Спешу сообщить, что я уже применяю свои медицинские познания. Собака Марка заболела чесоткой, и я лечу ее — и должен сказать, успешно. Так что, как видишь, я уже набиваю себе руку.
Кстати, о чесотке — ты помнишь, как у Карра выпадали волосы клочьями? Он прятался от всех целую неделю, а потом даже за столом сидел в кепке, за что мама наказала его. Я всегда удивлялся, почему его волосы тогда выпадали. Ну, наверное, это из меня прет будущий доктор.
По твоим фотографиям в «Уорлде» я понял, что ты опять на Кубе. Не приближайся слишком сильно к линии фронта, брат, я не хочу тебя потерять!
Киф.
Джон Гопкинс 22 декабря 1899г.
Дорогая тетя Пэйшиенс!
Вот я и кончаю учиться! Как трудно поверить в это! Ведь я так давно запланировал завершить образование и приехать домой заниматься медициной в больнице Глэд Хэнда. И вот теперь идет последний год моей учебы, а до меня вдруг дошло, что я никогда официально не спрашивал, примете ли Вы меня. Уверяю Вас, тетя Пэйшиенс, что я не всегда такой безответственный.
Мне предложили пройти интернатуру здесь, в больнице Джона Гопкинса, под руководством непревзойденного доктора Уильяма Ослера. Это большая честь, и я отказался с большим сожалением, но всем сердцем я хочу идти по маминым стопам. Я знаю, это будет нелегко, но все же хочу попытаться. Из-за того, что я искренне люблю людей, думаю, что стать практикующим врачом для меня — правильнее всего, я с удовольствием вспоминаю, как мама брала меня с собой в поездки к больным.
Вкладываю в конверт рекомендации, лист с оценками и т.д. Я хорошо сознаю, что Ваша больница — не учебная, но я положил пять лет на то, чтобы освоить эту профессию, и жажду начать медицинскую практику. Так Вы возьмете меня?
Киф.
Лэнд'с Энд 3 июля 1899 г.
Милая, милая Джинкс!
Я буду дома точно через неделю, не могу дождаться, когда наконец смогу познакомить тебя с моей невестой. Да! Бетс согласилась стать моей женой, и мы приедем жить в Хэрроувэйл. Она самая прекрасная девушка в мире, и я жду-недождусь, когда вы познакомитесь.
Ты, безусловно, знаешь, что Бетс и Элисон переписываются уже несколько лет — с тех пор как Бетс послала те кукольные платьица.
Джинкс, она самая прелестная, самая замечательная и заядлая спорщица во всем мире! Мы постоянно спорим и наслаждаемся каждым мгновением этих споров. У нее тонкий ум, и она не позволяет мне расслабляться.
Марк стал адвокатом, как и его отец, а Бетс и ее сестры — такими же воинствующими суфражистками, как и их мать. Если бы не широта взглядов, присущая членам этой семьи, мы бы никогда не смогли так быстро пожениться!
Завтра — 4 июля — произойдет это знаменательное в нашей жизни событие! Так что точно через одиннадцать дней — днем 14 июля — я хочу, чтоб вы с Элисон надели свои лучшие наряды, потому что мы приедем к вам с визитом! Мы остановимся у тети Пэйшиенс, но я очень хочу показать Бетс Хэрроугейт и познакомить вас. Так что будьте готовы — в три часа в пятницу четырнадцатого.
Знаешь, ведь в ночь перед свадьбой мужчина должен буквально погибать от одолевающих его сомнений. Но я, в противовес этому поверью, летаю от радости! Все, о чем я когда-либо мечтал, сбывается: у меня есть диплом, я еду домой работать в маминой больнице и Бетс сказала «да»!
Я чувствую себя способным достать звезду с неба!
До встречи,
Киф
ДЖИНКС
Июль 1899
Она снова перечитала письмо, на губах ее играла улыбка. Киф приедет домой и привезет свою невесту. Еще несколько лет назад — даже год назад — мысль о вторжении чужого в ее тесный мирок повергла бы Джинкс в ужас. Но сейчас она откинулась в кресле и постаралась увидеть поместье глазами жены Кифа.
Когда-то ухоженный лужок Хэрроугейта теперь весь зарос сорняками. Она удивилась тому, как это произошло. Должно быть, это происходило постепенно — так постепенно, что она даже не заметила этого. Траву необходимо подстричь, а кусты — подровнять. Мамины клумбы были полностью разрушены тремя псами, бродящими по округе ночью.
Какое-то подобие порядка соблюдалось только на дорогах поместья, они были вычищены, чтоб Карр и его мисс Эмми могли кататься в своих безлошадных экипажах, так называемых автомобилях. Карр теперь заполнил ими всю конюшню. У него были «даймер феникс», «олдс», вмещавший в себя четырех пассажиров, и его любимый — шумный трехколесный «бенц». Мисс Эмми тоже научилась водить машину, и в последнее время можно было часто видеть — и слышать, — как она безрассудно носится по округе с головокружительной скоростью, большей, чем десять миль в час.
Джинкс снова улыбнулась гордости, которую явно испытывал Киф при мысли о том, что покажет Хэрроугейт Бетс. «Но прошлого не вернуть», — подумала Джинкс. Хэрроугейт больше не был их родовым гнездом — теперь он стал их родовым несчастьем.
Не отдавая себе отчета в том, что собирается сделать, Джинкс помчалась вниз по лестнице. Уже с телефонной трубкой в руках она задумалась. Неужели она действительно позволит Кифу и Бетс приехать сюда с визитом? Неужели поддастся уговорам Кифа и сделает что-то такое, что поклялась никогда не делать?
