ли, mon cher? — в мгновение ока миссис Хилл превратилась в молодую привлекательную женщину. Густые рыжие волосы волнами спадали на её плечи и спину, правильные черты прекрасного лица в своей симметрии могли бы поспорить с античными статуями, а голубые глаза с чистотой южного неба. — Как ни пытался, сам ты не смог снять ошейник, но его с невероятной лёгкостью перегрызли обычные портовые крысы.
— Лишь потому, что Вам их было не жаль.
«Миссис Хилл» пожала плечами:
— Я снова предложу тебе отдать мне взятое добровольно.
— И на Вас, мадемуазель, найдётся управа. — предупредил мистер Уайт.
— Отчего же по сей день этого не произошло? — подняла изогнутую бровь женщина, — Вам ли не знать, чем чревата вражда со мной, мистер… Уайт.
— Я так же знаю, что Вы не причините вреда этой семье.
— Знаешь или желаешь, чтобы я этого не сделала? — хмыкнула ведьма.
— Есть ли на свете хотя бы одна ведьма Бригмора, коей была бы известна причина Вашей за мной охоты? — поинтересовался кот.
— Месть за сестёр — долг всякой ведьмы. — напомнила женщина.
— Что ж, в таком случае, война? — прямо спросил фамильяр.
— Война. — улыбнулась мадемуазель и, повернувшись спиной к ослабленному врагу, спустилась по ступеням, последовав за потоком прохожих.
Глава 25. Истинные друзья познаются в беде
Хранитель дома поднялся в детскую, чтобы заверить Лили в том, что не произошло ничего поистине устрашающего. Та сидела на кровати в обнимку с мистером Флафом и мисс Марией, одинаково стараясь защитить обоих.
— Вы поступили верно, желая позвать Вашу матушку. — похвалил ученицу фамильяр, — Уверен, она не стала бы бранить Вас, если бы Вы не подали воды́. Потому, не бойтесь вначале рассказать старшим, так будет правильно.
— Но миссис Хилл хорошая. — не понимала девочка.
— Не сомневаюсь, что это так. Однако, в нашем мире, к сожалению, есть люди, бесстыдно крадущие чужие имена и лица. Оттого, быть добрым нужно только к добрым.
Вскоре к ужину вернулась и Ингрид, в сопровождении Киана Грина. По просьбе мистера Уайта, девушка пригласила сквайра в дом, оставив магов в зале наедине.
— Мистер Грин, я по-прежнему могу рассчитывать на Вашу дружбу?
— Конечно, мистер Уайт. — с абсолютным спокойствием, но не без щепотки гордости ответил чародей.
Кот запрыгнул на тумбу:
— В таком случае, я попрошу Вас о весьма много значащем деле. Мне известно, что в ратуше присутствуют мистеры, следящие за нарушившими запреты колдунами и ведьмами. Могли бы Вы доложить от имени неустановленного лица о том, что в город прибыла ведьма из Бригмора?
— Это так, мистер Уайт? — уточнил сквайр.
— Я не стал бы в этом обманывать, и в особенности Вас, ведь именно Вы поручитесь за мои слова.
— Сделаю всё, от меня зависящее. — пообещал чародей.
Их разговор прервал хозяин дома:
— Мистер Грин, пройдёмте к столу, — позвал он гостя.
— Право, мне было бы неловко… — вежливо отказался юноша.
— Мы с Софией настаиваем. — жестом пригласил пройти в кухню Вильям, — В конце концов, мы так и не поздравили Вас с приобретением новой должности! Пойдёмте.
Несмотря на опасения Киана, за столом он был словно родной. Будто вовсе не из семьи Грин.
В его детских воспоминаниях, длинный обеденный стол в семейном поместье всегда был полупустым, даже когда за ним собиралась вся семья. Во главе неизменно сидел, будто непреступная крепость, строгий отец. Как са́мому младшему, Киану же было отведено место на другом конце, ближе к мягкой и доброй матери.
Любимые братья, Тедди и Мэтью, были старше Киана, потому, хоть и брали его играть, но вдвоём всякий раз придумывали занятия более интересные, нежели те, что мог осилить младший брат.
Так, они часто залазали на деревья, ездили верхом и, даже, практиковались в стрельбе и магии. А Киан? Со временем от активных игр, в которые было скучно играть одному, он начал тяготеть к книгам, потому мог посещать библиотеку отца в любое время дня и ночи. Нет, он не чувствовал себя одиноко, напротив, каждый день будущий чародей узнавал что-то новое!
Постигал различные миры, изучал географию, языки, магию… А любимый дядя Томас привозил лично ему в подарок разные модели и аппараты из Миствуда, когда бывал в столице проездом.
Позже, Тедди, приехав погостить домой на каникулы, привёз с собой сборник сочинений по алхимии и доказательным в ней наукам, сразу же заинтересовавший и Киана.
Конечно, Киан был открытым человеком, эрудированным, красноречивым и обаятельным, что сразу располагало к нему людей. Несмотря на долгие годы затворничества среди научных трудов, он прекрасно ладил с соседями и однокурсниками, и даже успел сдружиться с некоторыми из них. Но ужин в академической столовой или на квартире — вовсе не тот же самый, как если бы он проходил в тёплом кругу семьи…
Всё же, дети, как нельзя больше остальных, нуждаются в проявлении к ним любви, особенно родительской.
— Мистер Флаф, туда нельзя! — догнала ответственная хозяйка собравшегося в кладовую котёнка. — Мистер Уайт, почему Вы слушаетесь, а он непослушный?
— Я же не кот. — напомнил фамильяр, вызвав общий смех.
— Ингрид, а можно я дам ему рыбу из кладовой? — просила малышка.
— В этой рыбе много костей.
— Но, ты даёшь её мистеру Уайту.
— Не эту, а другую.
На выручку опять пришёл сам мистер Уайт:
— Посмотрите, — обратился он к Лили, — вначале Ваша матушка запекла рыбу, и после, Ваш отец очистил для Вас её от костей. Благодарю мисс Ингрид за то, что она делает то же самое для меня, и потому мне не приходится испытывать ужасное чувство, вызванное застрявшей костью. Также, позвольте дать Вам совет, и попросить ни в коем случае не позволять мистеру Флафу съесть сырые рыбу или мясо.
— Почему? — спросила Лили.
— Бесспорно, он, подобно всякому хищнику, в природе питался бы неприготовленной пойманной добычей. Однако, потому уличные коты и живут не так долго, как могли бы. Я от всего сердца благодарю тех сердобольных горожан, что делились со мной ни много ни мало, а хорошим мясом и рыбой, но в отличии от обычных котов, я имею представление, какими серьёзными медицинскими диагнозами это было бы чревато.
— А завтра можно?
— Когда мама приготовит новую, мы вместе её почистим для мистера Флафа. — обязался Вильям.
— Папа, ты купишь мне лошадку? — как и полагается ребёнку, забыв, о чём спрашивала ранее, Лили забралась на колени к исполнявшему мечты своих принцесс отцу.
— Только если деревянную, — засмеялся Вильям.
— Я хочу чёрную, как Келпи!
— Почему Келпи? — поинтересовался Киан.
— Они сильные, как папа и мистер Уайт!
— Келпи — злые фейри, — напомнила София.
Ей возразил фамильяр:
— Уверяю
