такие деньги! – с замиранием протянула Галка.
– Я не сбегу, – сказал Паша. – И тебя не трону.
– Давай быстрей, сейчас менты подъедут! Без штанов оставят!
– Менты подъедут, – закивал Паша. – А я никого не убивал.
Тимофей резко разжал руки, оттолкнул от себя убийцу и поднялся. Как ни крути, а ситуация патовая. Паша скажет, что не убивал никого, и как это опровергнуть? Пока проведут экспертизу, уйдет много времени. Но и тут Паша сможет выкрутиться. Не насиловал он Катю, любовь у них была – тайная, но взаимная. Может, он и усыпил всех домашних, чтобы провести с ней бурную ночь.
Паша тоже поднялся и, оттолкнув Тимофея, бросился к машине, на ходу доставая ключи.
– Давайте домой, а я машину обратно загоню!
Тимофей не мог его остановить, да и не пытался. Ничего страшного, если сбежит, как раз наоборот.
Полина и Галка, прижимая к груди тяжелые портфели, перешли на бег. Паша еще даже не развернулся, а они уже скрылись за воротами.
Тимофей зашел во двор и увидел только Полину. Она стояла у БМВ Калугина, портфели лежали на земле под машиной.
– А Галка где? – спросил он.
– За ключами пошла! – кивком указав на машину, тихо, сквозь зубы процедила Полина.
– Зачем?
– А если менты с обыском придут?
– А у Калугина искать не будут?
Открылись ворота, Паша заехал во двор, появилась Галка с ключами от БМВ.
– А может, нам лучше домой? – спросил Тимофей.
– Домой?! – вытянулась в лице Полина и в изумлении повела бровью. Действительно, как она сама не догадалась отправиться домой?
– Ну, чего встали?
Галка оттеснила Тимофея плечом, прошла к машине, открыла ее, подняла крышку багажника и присела, чтобы поднять с земли свой портфель. Полина будто очнулась, тоже присела, также схватилась за портфель. Поднялись они разом, это привело к жесткому столкновению. Галка лбом треснула Полину в ухо.
– Твою мать! – взвыла та.
– Что это у вас тут? – спросила вдруг Петровна.
Тимофей ошалело вытаращился на нее. Откуда тетя Лада взялась?
– Да Родик вещи свои забыл! – бросив портфель в машину, хлопнула в ладони Галка.
– Это его портфель, а это мой!
С портфелем в руке Полина направилась к «Ланд Крузеру».
– Я сейчас! – сказал Тимофей.
Он вошел в дом, быстро поднялся по лестнице, ключи лежали в тумбочке, он заглянул туда, но их не нашел. Обшарил карманы своей куртки, ничего. Заглянул в сумочку к Полине, тот же результат. Больше он искать не стал: не было на это времени. Там во дворе буйный Паша, слегка пришибленная Петровна, а еще менты могут подъехать. Как бы не остаться без денег.
От плохого предчувствия и переживаний нервы Тимофея сдавали. Жаль, конечно, Катю, да и Бутюгова тоже, и за них Паша должен ответить, но деньги, все-таки, прежде всего. Столько всего пережито, а сколько мучений впереди, без утешительного приза дело совсем дрянь.
Тимофей сбежал вниз, и увидел, как Петровна тянет руку к портфелю, который Полина переместила к себе за спину.
– А чего нельзя? – допытывалась старая. – Это же Родиона вещи!
– Слушай, ты чего к ней пристала? – Паша схватил Петровну за плечо, развернул к себе.
– Да вот глянуть хочу.
– И мы к тебе заглянуть хотели. Куда ты нас послала?
– Мешали вы мне.
– Вот и ты нам мешаешь.
Паша взял Петровну за плечи и направил к калитке. Полиция могла появиться в любой момент, а деньги до сих пор не спрятаны, это напрягало всех. Полину от волнения знобило, Тимофей видел, как дрожат ее руки.
– Ключей от машины нет! – сказал он.
– Как это нет?
Тимофей промолчал, потому что заговорила Петровна.
– А ведь я все знаю! – развернувшись к Паше, угрожающе сощурилась она.
– Что ты знаешь? – разозлился он и сжал кулаки, то ли собираясь напасть на Петровну, то ли угрожая ей скорой расправой.
Тимофей подскочил к женщине, мягко взял ее за плечи и снова повернул к калитке.
– Никто ничего не знает. Вы, главное, не нервничайте, Лада Петровна.
– А ведь я хотела вам сказать.
Женщина не упиралась, хотя к калитке шла неохотно.
– Что вы собирались нам сказать?
– Ничего.
– То, что Валя Дымков скрывался у вас?
Петровна уперлась, остановилась, резко повернулась к Тимофею и глянула на него. Но ничего не сказала.
– Так мы это знаем!
– Может, и прятался. Но это не он убил Николая Антоновича.
– Сейчас полиция приедет, следователь во всем разберется!
Тимофей приложил усилия, чтобы сдвинуть Петровну с места, но она стояла, как глыба.
– Я ему все скажу! – пригрозила она.
– Ну, если Паша вам чужой, говорите.
Тимофей понимал, что Паше прощения нет, но эта угроза его возмутила. Мало того что Петровна преступника укрывала, так еще Пашу сдать собиралась. Как будто он не племянник ей.
Он усилил давление, сдвинул женщину с места и все-таки выставил ее за ворота. Закрыл и запер за ней калитку. А Паша на всякий случай заблокировал ворота.
– А зря вы меня не послушались!
Петровна не уходила, она стояла за воротами, наблюдая за ними в щель между полотном калитки и заборным столбом. В такой ситуации глупо было прятать деньги в машину. И уехать невозможно. И ключа нет, и ворота заблокированы.
Галка рванула в дом, Полина за ней.
– Ты ничего не знаешь, понял? – зыркнув на Тимофея, Паша поспешил за ними.
Тимофей кивнул. Он имел дело с подонком, но топить его подло, хотя бы потому что между ними камень преткновения, дом, который они не могли поделить. И это нечестно, избавляться от конкурента, отправляя его в тюрьму.
Тимофей вошел в дом последним, Паша пропустил его, закрыл за ним дверь на ключ.
– Что будем делать? – спросила Галка.
– Давайте распихаем по сумкам, по шкафам! Как будто это наши деньги. На черный день припрятаны.
– Да, между прочим! – кивнула Полина. – Может, мы дом в Закамьевске покупать собирались.
– Двенадцатиэтажный, – фыркнул Тимофей.
– Да хоть небоскреб!
– А тюрьму можно купить? – мрачно усмехнулся Паша, с надеждой глянув на Тимофея.
Не хотел он отвечать за убийство, надеялся на пощаду.
– Я ничего не скажу, – пообещал Тимофей.
В конце концов есть следователь, будет проведен анализ ДНК, экспертиза установит имя насильника.
– Я скажу, – вздохнул Паша.
– Кому и что ты скажешь?
– Там скажу!
– Где там?
– Куда нам еще рано…
– Вот именно, рано!
– А может, уже пора?
– Заткнись!
– Ну вас! – Полина вдруг вспомнила, что ей уже давно пора быть в своей комнате, и рванула вверх по лестнице.
И портфель к груди прижала, не обращая внимания на его тяжесть. Взлетела наверх и застыла как вкопанная. Тимофей по инерции шел
