Из меня вырывается первый стон, как только язык парня касается моей киски. Я выгибаю спину, цепляясь руками за одеяло, за простыни. Одна моя ладонь опускается, чтобы тянуть его за волосы, пока он сам доводит меня до исступления.
Мелисса всегда говорила, что депиляция в зоне бикини никогда не может стать лишней тратой денег. Я рада, что послушала её, потому что мне бы не хотелось, чтобы Харви видел меня не в лучшем свете.
Он так увлечённо работает. Я приподнимаюсь на локтях. Стоны не прекращают доноситься. Харви тоже стонет. Ему это так же доставляет удовольствие, как и мне?
О, Боже! Голова снова падает на подушки от невозможных ощущений. Я раньше такого не испытывала. Это так приятно.
—Господи, - хнычу я, ещё сильнее сжимая его волосы в кулаке.
—Пожалуйста, Харви…
Я не знаю, что именно прошу. Я не знаю, как он это делает, но это невероятно хорошо. Однако мне хочется большего, и когда он ускоряется, я понимаю, чего мне не хватало.
Я кричу, хватая ртом жадно воздух. Как же хорошо, что во всей квартире мы одни!
—Харви! Что ты делаешь… Как ты это делаешь...?
Харви не отвлекается ни на мгновение. Его член уже упирается мне во внутреннюю часть бедра. Я вздыхаю, чуть ли не плача от абсолютно новых ощущений, приносящих удовольствие. Удовольствие, о котором я раньше понятия не имела. Люди не напрасно так любят секс!
Одной рукой Харви всё так же поглаживает мою попу, удерживая на месте, а другой начинает массировать низ живота. И это почему-то магическим образом заставляет меня чувствовать больше.
Это и называется оргазм? Когда накатывает эйфория волной, смывая все мысли, беспокойства. Когда каждая часть тела приятно напрягается, а стоны становятся громче. Намного громче. Блаженство растёт во мне, пока не взрывается вулканом в самом эпицентре.
Харви даже не думает перестать ласкать меня, пока я сама не умоляю его остановиться. Ноги уже дрожат.
Он не даёт мне отдышаться, он очень возбуждён. Поднимается и, пригвоздив меня к кровати, целует пылко и вожделенно. Мои пальцы запутались в его волосах. Харви тянет меня за пряди, запрокидывая мою голову назад, когда я пытаюсь подняться. Он хочет лидировать, хочет управлять ситуацией. И в данном случае я не против.
Будучи теперь храброй, я опускаю одну ладонь вниз и касаюсь его большого пениса через ткань боксеров. Харви стонет, лихорадочно борясь с застёжкой моего лифчика. В конце концов, усмехнувшись громко, я привстаю и помогаю ему. Я сбрасываю бюстгальтер на пол, и Харви, как голодный зверь, набрасывается на мою грудь, принимаясь ласкать соски, кусать их, оставлять следы и отметины.
Я бы попросила его не делать этого, но проблема в том, что мне нравится. Мне тоже хочется знать: я принадлежу этому человеку.
Совместными усилиями мы быстро избавляемся от его нижнего белья, и Харви присаживается на колени, дотрагивается ладонями к моим щекам. Он смотрит мне прямо в глаза. Слова почти, что выкатываются из его рта, так он расслаблен:
—Я постараюсь не делать тебе больно, детка, хорошо?
Я киваю головой в отчаянии. Не уверена, что всё будет безоблачно, но я готова к боли. Это однажды всё равно должно было случиться. Почему бы и не в девятнадцать лет?
Парень наклоняется, я наблюдаю за тем, как из прикроватной тумбы он достаёт презерватив. Сколько их там? Много ли? Сколько девушек было в этой спальне до меня? Александра, прекрати думать об этом сейчас. В любом случае, слишком поздно предпринимать попытки сбежать. Если бы я даже хотела этого…
Он надевает резинку на свой внушительный член, предварительно разорвав фольгу. Глядя на меня, он ложится сверху, одной рукой прижимая к кровати запястья над моей головой. Я смотрю на него удивлённо, но Харви торопится объясниться:
—Всё нормально. Я не маньяк, - посмеивается парень. - Так будет лучше для нас обоих. Я буду контролировать ситуацию.
Мне нравится такой уверенный в себе Харви прямо сейчас. Бразды правления в постельной жизни я могу смело передать ему. По крайней мере, пока сама не научусь всему.
—Расслабься, - шепчет он, касаясь моих губ влажным языком.
Языком, которым ласкал меня некоторое время назад.
Его член останавливается у входа. Харви сглатывает, наверное, от волнения. Он продолжает шептать милые вещи мне в ухо, заботливо поглаживая щёку свободной ладонью. И когда я того совсем не жду, он резко проникает в меня. Ужасная, жгучая боль проходит через всё моё тело. Это так контрастирует с тем, что я испытывала ранее!
Я кричу пронзительно, желая впиться ногтями во что-то, хоть во что-нибудь. Но мои руки Харви крепко держит. Мне не удаётся вырваться.
—Больно, - плачу я.
По-настоящему плачу.
Харви не двигается. Видимо, он ждёт, когда я привыкну к нему. Но это практически невозможно, потому что он слишком большой.
—Потерпи, моя хорошая. Потерпи, сладкая, - просит он ласково, целуя моё лицо.
Он слизывает слёзы с моих скул и губ.
—Потерпи, - повторяет он.
Я терплю. Терплю, когда движения возобновляются. Сейчас уже не так больно. Неприятно достаточно и, конечно, ни о каком удовольствии и речи быть не может. Мелисса говорила, что первый раз почти у всех очень болезненный.
Харви не даёт мне даже передохнуть. Он не прекращает двигаться, прося прощения у меня за то, что увеличивает скорость и силу толчков.
Через пару минут парень отпускает мои запястья, и я могу причинить ему боль в ответ, ногтями царапая его спину. Это происходит не нарочно. Просто реакция, которую я контролировать не в силах.
—Так хорошо, Алекс, - стонет Харви, приникая к моим губам.
Он поддевает моё колено рукой, закидывая себе на плечо, отчего проникновение становится более глубоким. Помимо слабой боли теперь я чувствую тепло, разливающееся внутри. Я чувствую немного удовольствия. Мне приятно от того, что я могу разделить это чувство с ним. Пускай и не полностью.
—Ты такая тугая. - Он целует меня, забываясь в каждом следующем толчке.
Его дыхание делается ещё более тяжёлым и сбивчивым, а хватка на моём бедре крепнет. В очередной раз простонав, он нагибает голову и обхватывает губами затвердевший сосок.
—Я больше не могу…сдерживаться, - говорит Харви, поднимая взгляд.
Я качаю головой.
—Не надо.
—Чёёёрт! - протягивает он, и после произносит моё имя.
Он кончает, яростнее двигаясь во мне, заполняя своей спермой презерватив.
Когда его дыхание приходит в норму, он всё ещё лежит на мне сверху, лаская моё бедро рукой, пока я привожу его волосы в ещё больший беспорядок.
Я не жалею о том, что произошло. Ни капельки. Я рада, что мой первый раз случился с человеком, который мне настолько не безразличен.
—Кровь на простыне осталась. Наверное, - лениво тяну я.
