людей! Я буду творить музыку для своих преданных слушателей. Буду стараться для них!
Проверяю телефон на наличие пропущенных и смс, облокотившись на столик в коридоре. В душе клокочет радостный трепет, предвкушение смешивается с безумной волной счастья. Сомнений нет — всё будет классно!
— Вероника, — окликает голос Лоры, и я оборачиваюсь.
— Что-то случилось? — рассматриваю её взволнованное лицо.
— Нет, есть разговор, — цепко ловит мой локоть и направляется вперёд, как танк, ничего не своём пути не замечая.
Я чуть ли не бегу за ней семенящим шагом до самой гримёрки.
Дверь захлопывается, Лора резко включает свет. В комнате никого.
— Послушай, если хочешь на большую сцену, то… — морщится и взгляд отводит. — Ты должна быть более благодарна нашему продюсеру.
— Всмысле?
— Не строй из себя глупенькую куколку. Ты понимаешь, о чём я говорю. Мой тебе совет: Савицкого не зли. Не ответишь ему лаской ты, а сорвётся он на всех своих девочек. Ок?
— Он никогда ко мне не приставал, — бормочу растерянно.
— Конечно, нет. Знает, жук, что ты бывшая Волкова! — Лора хитро прищуривается, разжигая во мне огонь непонимания и смятения. — Подожди, Вероника, и Савицкий запросит цену за твоё продвижение.
_57_
***за две недели до похищения ребёнка**
— Может, всё таки не поедешь? — Стёпа сжимает мои ладони своими пальцами и с тоской смотрит в глаза.
— Я не могу отказаться, — качаю головой и опускаю взгляд.
Это невыносимо. Когда всё только наладилось в отношениях с мужем, я вынуждена улетать в Питер.
Карьера или семья?
Голова гудит, как пчелиный улей. Я не могу выбрать. Не могу. Я долго шла к большой сцене. Моя мечта исполняется наяву. У меня есть мои слушатели, которым помогает моя музыка. Девочки пишут мне в соцсетях о том, как проживают собственную боль через мои треки, что им легче, что мой голос исцеляет. Я обязана петь для них.
Но тут моя семья. Мой сын, мой муж, мой дом. И они не горят желанием разделить мою радость.
— Будь осторожна, — Волков прижимает меня к себе, и на душе становится гадко.
Я словно разрываюсь: плюнуть на всё и не уезжать или идти до конца.
Савицкий ведь оказался прав, и совместное выступление с Лорой Шорох принесло мне популярность. А теперь у меня собственный сольный концерт на три тысячи слушателей. И все билеты раскуплены.
Как я могу дать заднюю?
— Я улетаю всего на два дня, — напоминаю строго. — Олеся будет с вами, поможет с Максимкой. Моя мама приедет вечером, всё проконтролирует. Всё будет хорошо.
— Вероника, — гладит ладонью мою щёку, и я закрываю глаза от удовольствия. — Пожалуйста, пусть мой охранник будет рядом с тобой. Я не доверяю Савицкому. Не дай бог он начнёт к тебе приставать.
— Не начнёт.
— Ты красивая и сексуальная! А вдруг…
— Стёпа! — сдерживаю порыв закатить глаза. — Мне пора. Посадку объявили.
Целую губы мужа, теряясь в этом моменте. А дальше самолёт, облака за стеклом иллюминатора, Питер… и мои бесконечные мысли. Сейчас в моей жизни наступил тот редкий момент, когда я счастлива по-настоящему. Все важные сферы моей жизни наконец-то наладились. Я пою для людей, которых лечит моя музыка. У меня есть чудесный сынок и любящих муж-бизнесмен. Мама счастлива, больше не заливает запоями, живёт с хорошим мужчиной.
Бабушка Аня могла бы мной гордиться.
Закрываю глаза, чувствуя влагу на ресницах. Давно я не вспоминала о любимой бабуле! Если бы она была жива, то с удовольствием понянчилась с правнуком, а ещё она слушала бы каждую мою новую песню, читала бы мои тексты. И давала бы мудрые советы для моих отношений с Волковым. Мне не хватает её в реальной жизни.
Самолёт приземляется, я выдыхаю с облегчением. Страх от перелётов так и не пропал. Наоборот, даже усилился. Одно дело лететь куда-то на частном самолёте Стёпы, и совсем другое на общественном.
— Как добралась? — Савицкий встречает у отеля.
— Всё хорошо, спасибо, — искренне улыбаюсь.
— А это кто? — продюсер кидает брезгливый взгляд на мужчину позади меня.
Боже, я уже и забыла…
— Это Андрей. Мой охранник.
— Откуда он у тебя? — недовольная ухмылка.
— Не спрашивайте…
Завтра вечером у меня концерт. Сразу после мы поедем в аэропорт, и я вернусь к мужу. А сейчас лежу в постели и не могу сомкнуть глаз.
Это будет моё первое выступление на такую большую аудиторию.
Нервничаю ли я? Безумно! Счастлива ли я? Без сомнений, да!
Телефон противно пиликает на большой кровати, и мне достаточно лишь подвинуть руку, чтобы взять его. Замираю, когда вижу смс с незнакомого номера. Сердце пропускает удар, а после стремительно набирает скорость. Слышу, как кровь течёт по венам, закипая.
Дрожащим пальцем щёлкаю на всплывшее уведомление, открывается чат с перепиской.
"Твой муж тебе изменяет, пока ты думаешь, что у вас всё наладилось"
Взгляд становится туманным, пространство вокруг превращается в липкую субстанцию. Дышать тяжело. Смотрю на цифры номера, стараясь сфокусироваться и прийти в себя.
Это бред! Быть такого не может! Стёпа сейчас дома вместе с няней и нашим сыном.
А что если он… с Олесей…
Закрываю рот рукой и вздрагиваю. Слёзы текут по лицу.
"Наивная маленькая Вероника… долго ты будешь унижаться перед ним? Ваш брак — фальшивка! Он тебя пожалел, когда ты залетела. А любит он совершенно другую женщину".
Всё это кажется чей-то злой шуткой. Стёпа не мог так со мной поступить! Он бы не стал возвращать меня в свою жизнь, если бы любил кого-то ещё. Он бы не интересовался моими успехами, не стремился бы проводить вместе каждую свободную минуту. Не было всех этих трепетных признаний в любви и долгих разговоров по ночам. Ему было бы это не нужно, если бы он изменял.
На экране всплывает фотография моего драгоценного мужа и Эвелины. В постели. На знакомой мне простыни. Рыжеволосая красотка улыбается, закрывая одеялом обнажённую грудь, а рядом Стёпа, лохматый и сонный. Это их утреннее селфи.
Дрожащими руками набираю ответное смс, но тут же вижу на экране "отправка сообщений ограничена".
Звоню по неизвестному номеру, но там лишь автоответчик.
По позвоночнику прокатывается лютый холод, хочется выть и лезть на стену от адской боли, заполнившей грудную клетку. Мне словно переломали рёбра и вырвали сердце.
Чёрта с два я поведусь на эту провокацию! Но тогда почему мне так сильно больно?
Набираю номер мужа, чтобы всё выяснить. Мне жизненно необходимо услышать его голос. Выговориться. Рассказать о том, что кто-то хочет обмануть меня, опорочить его в моих глазах.
Я не верю! Не верю!
Длинные монотонные гудки обрывают
