Читаем без скачивания Ядерный будильник - Сергей Гайдуков

— Я? Какие деньги?

— …тогда все ещё проще. Надо заплатить Карине. Позвонить ей прямо сейчас и предложить денег.

Миша, безостановочно теребивший пистолет, в этот миг замер всем телом. Мучившие его сомнения отступили, потому что Алексей только что предложил вариант, куда более выгодный, чем всё, что приходило в голову Мише.

Существовала лишь одна причина, по которой Миша не выстрелил в Алексея сразу же после того, как открыл дверь мастерской. Миша хотел полной безопасности и, думая про безопасность, он вспомнил про Карину. Она была именно тем связующим звеном между безвестным художником Мишей Розановым и ограблением «БМВ», которое рано или поздно могло обернуться для Миши крупными неприятностями. Это звено надо было ликвидировать. И Миша знал, что ему самому с этой задачей не справиться. Застрелить Леху, который сам сейчас сюда придёт и сам постучится в дверь, — это одно. Убийство Карины потребовало бы такой организации, такой выдержки и такого умения, которым Миша похвастаться не мог, его и от перспективы встречи с Лехой бил озноб. Поэтому Миша не стал стрелять в Леху через порог, он позволил ему войти.

И все с одной целью — Лехиными руками убить Карину, а потом уже самому убить Леху. Когда тот упёрся и сказал, что девок трогать не будет, Миша занервничал больше обычного и решил было немедленно грохнуть Леху и этим ограничиться. Однако затем Леха предложил вариант, который идеально подходил Мише. Предложить Карине деньги, заманить её сюда, прибить, а потом немедленно прибить Леху. Все сразу и немедленно. Потом взять деньги и… И например, поджечь это гнилую конуру. А самому слинять из города и приехать где-нибудь через неделю и сильно удивиться — как пожар? Да что вы? А я вот в Питер по делам ездил. Ключи оставлял другу. Что? Найдены два обгорелых трупа? Надо же. Какое несчастье… Какое несчастье…

6

Миша не учёл только одного — он так проникся своим планом, он настолько озаботился свалившимся на него счастьем в виде чемодана с деньгами, что все обуревавшие его чувства и идеи немедленно отражались у него на физиономии. Алексею нужно было просто смотреть и читать.

Он смотрел и не понимал — неужели так действительно может быть? Неужели вот этот вполне нормальный парень — не алкаш, не наркоман, не псих — может так стремительно измениться? Ещё вчера не было никаких симптомов — они с Мишей нормально сидели, разговаривали, выпивали, смотрели телевизор. Когда Алексею было негде ночевать, Миша приютил его (Алексею даже не пришла в голову мысль о том, что Миша обязан ему жизнью — тогда, на пустыре, для Миши всё могло бы кончиться совсем иначе). Короче говоря, это был вполне нормальный парень. Алексей был готов даже допустить, что Миша умнее, потому что старше на пару лет. А ещё в Алексее сидело с детских лет уважение к творческим людям — уважение заочное, потому что до приезда в Москву никаких артистов или художников он в глаза не видел. И видимо потому, что в обычной жизни Алексею они не попадались, казались они ему людьми совершенно особенными и замечательными. И Миша в том числе, потому что он умел делать то, чего сам Алексей делать не умел и никогда не смог бы научиться. Бог не дал. А Мише дал. А раз уж бог тебе дал талант, то какого же хера ты тут машешь стволом у меня перед носом?!

Именно эти мысли и останавливали Алексея от того, чтобы быстро и надёжно вырубить Мишу.

Эти мысли — и ещё пистолет в пальцах взбудораженного, нервного и не совсем отдающего себе отчёт в происходящем человека. Нельзя было предугадать его действия. И Алексей терпеливо ждал, либо пока Миша успокоится, либо пока подставится.

— …позвонить Карине и предложить ей денег.

— Точно, — сказал Миша. — Звони, пусть приезжает сюда.

— Нет, — Алексей покачал головой. — Пораскинь мозгами — четыре часа ночи. Куда это она поедет в такое время? Да ещё если позвонит малознакомый человек — это я про себя.

Лучше позвони ей сам и договорись о встрече на утро. Мы к ней подъедем и отдадим ей деньги.

Миша посмотрел на пистолет в своей руке и задумался — ненадолго. Секунды на три.

— Поедем к ней сейчас, — решительно сказал он. — Нечего время тянуть. Сразу все решим. Все проблемы.

— Хорошо, — Алексей не стал спорить. — Как хочешь. У меня только один вопрос.

— Что за вопрос?

— Может быть, ты положишь пистолет на место?

— Не положу.

— А зачем он тебе?

— Так мне безопаснее.

— Я не собираюсь ничего такого делать. Ты же знаешь, что мне нужно. Мне нужны деньги, но я не собираюсь тебя бить или убивать из-за денег. Ты понимаешь меня?

«Может, это он меня так боится, — подумал Алексей. — Может, это все со страху? Зря я тогда ему брякнул, что в Чечне был. Он теперь про меня вообще невесть что думает».

— Мне так спокойнее, — сказал Миша.

— Ладно, — примирительно кивнул Алексей. — Как скажешь. Так, значит, ты забрал у водителя деньги? Круто.

— Ясное дело, — самодовольно оскалился Миша. — Пока ты там бегал…

— Много денег-то? Тысяч пять есть?

— Больше, — сказал Миша, чувствуя себя если не королём мира, то кем-то весьма приближённым к престолу — кем-то очень сильным, крутым, удачливым и так далее и тому подобное. — Намного больше.

— То есть никаких проблем с Кариной не будет.

— То есть? — возвращённый вопросом Алексея на землю, Миша непонимающе уставился на Белова. — Как это?

— Раз денег много, то мы сможем предложить ей солидную сумму за молчание.

— Ну да, — выдавил из себя Миша после некоторого напряжённого молчания. — Я ей предложу солидную сумму, — он уже не мог даже притворно сказать про деньги «мы», «наши». Это было выше его сил. Он твёрдо знал, что это его деньги, он их заслужил и он убьёт каждого, кто встанет между ним и этими деньгами. Кто хотя бы попытается встать.

7

В дверях Алексей обернулся и сказал:

— Ты кое-что забыл.

Миша, который все последние десять минут совершенно случайно держал пистолет дулом в сторону Белова, нахмурился:

— Что я забыл?

— Деньги, которые мы хотим предложить Карине за молчание.

— Ах, это… Я их взял, не волнуйся.

— Точно?

— Точно-точно. Вот они, в кармане, — Миша хлопнул себя свободной ладонью по ляжке. Алексей вздохнул.

— Ты уверен? — переспросил он ещё раз, потому что все ещё не хотел верить собственным глазам и ушам.

— Да, — не колеблясь, соврал Миша, не понимая, что ответил он сейчас совсем на другой вопрос, не на тот, что был задан Беловым вслух. А тот, другой вопрос Белов задавал себе раз за разом и не мог поверить в очевидный ответ.

Белов спрашивал себя — неужели этот парень действительно готов обмануть его из-за денег? Неужели этот парень готов убить его из-за денег? Его и ту девушку, Карину? Неужели всё обстоит именно так?

— Да, — не колеблясь, ответил Миша и ободряюще улыбнулся, предлагая Алексею выйти на улицу. «Наверное, там было очень много денег, — решил Алексей. — Хотя сколько должно там быть денег, чтобы парень спятил за считанные часы? Миллион долларов? Или он всегда был таким, а я просто не замечал? Тогда это мой прокол. Ещё один».

— Ну ты идёшь? — спросил Миша, глядя снизу вверх.

— Иду, — кивнул Алексей. — Если ты взял деньги, то я иду. Хотя… Хотя деньги — это ещё не все.

Миша шагнул было вперёд, но тут остановился и напрягся:

— Что ты имеешь в виду?

— Что деньги — это ещё не все.

— Я тебя не понимаю, — сказал Миша и был как никогда прав. Потом он хотел сказать что-то ещё, но осёкся и поспешно убрал руку с пистолетом за спину. Он смотрел на что-то, находящееся за спиной Алексея.

Алексей не стал оборачиваться — не было смысла. Он узнал запах.

— Привет ещё раз, — сказал он.

Карина не ответила. Она была явно не в настроении.

8

— А что это у вас тут происходит? — раздражённо спросила Карина, входя в мастерскую. Проходя мимо Алексея, она попутно одарила его неприязненным взглядом. — И что вы сегодня делали в казино?! Я спрашиваю, что это вы сегодня в казино устроили?! Вы хоть понимаете, что…

— Ну вот видишь, — Миша улыбнулся Алексею. — Я же говорил…

— Что ты говорил?! — Карина была очень усталой и очень сердитой. — Вы, два идиота, объясните мне, что вы сегодня устроили в казино! И не думайте врать! Иначе будет хуже!

— Никто тебе врать не будет, — пообещал Миша. — Ты проходи, не стой в дверях… Леха, ты тоже спускайся. Мы же теперь никуда не едем. Мы остаёмся.

Карина, стуча каблуками по ступеням, спустилась вниз, в сердцах швырнула сумочку на диван, скрестила руки на груди и пронизывающим взглядом уставилась на Мишу:

— Я всегда знала, что ты с прибабахом, но не до такой же степени! Ты не подумал, чем это все для меня может кончиться?! Они же подумают, что это я навела вас, что я с вами была заодно!

— Помолчи, пожалуйста, — сказал Миша и вытащил пистолет из-за спины. — А то привыкла думать, что ты — супер-пупер, а я идиот и неудачник. Помолчи.