Элия принялась сноровисто сплетать какое-то заклятье, в нитях его прослеживались нити водной стихии, попутно объясняя:
- Нет, одной водой их не одолеть, камень и огонь в совокупности дают устойчивое соединение. Нужно нашего мальчика охладить! У тебя в колчане ледяные стрелы найдутся?
- Конечно, - гордо усмехнулся Элегор. Магический инвентарь поставлял именно такие боеприпасы, в каковых нуждался владелец, главное было не забывать помещать туда заготовки.
- Отвлекай гада! - попросила принцесса.
Стрелок, улыбаясь с азартной злостью, одну за другой принялся посылать сыплющие льдинками стрелы в огненное тело монстра. Они вонзались в утробу демона, жалили его ноги, руки, массивную башку, одна даже залетела в рот. Соприкасаясь с лавовым телом ледяные наконечники причиняли монстру настоящую боль, пусть и не могли серьезно покалечить. Демон издал недовольный рев, замахал лапами, будто медведь, отбивающийся от пчел, огненные шары беспорядочным веером разлетелись по сторонам, один ударился о щит, очень вовремя выставленный Элией над пригорком, за которым залегли воины. А чудовище все ревело от боли. Оно целиком выбралось из трещины в земле и целеустремленно затопало к мерзким людишкам, намереваясь растоптать их вместе с жалящими колючками стрел.
- Отлично! - воскликнула принцесса, закончив заклятье, и метнула его в демона.
Лавовик издал рев смертельно раненого слона, из последних сил попытался двинуться вперед, достать-таки коротышек и застыл, покрываясь толстой коркой льда. Холод и вода окружали монстра не только снаружи, яркие цвета лавы поблекли под темной коркой, под действием чар лед тонкими струйками просачивался и внутрь демона, подбираясь к его сердцу.
- Есть! Мы сделали его! - издал ликующий клич Элегор, взметнувшись на ноги. Вынужденное лежачее положение за истекшие несколько минут успело надоесть подвижному мужчине. Конечно, ждать и терпеть он умел, но кто сказал, что это должно доставлять удовольствие? Вот поэтому герцог не любил рыбалки, к каковой, как говаривали в Лоуленде, питал пристрастие Нрэн.
- Еще не совсем, но главная опасность миновала, если, конечно за этой тварью не явится десяток-другой сородичей, - согласилась богиня, накладывая изолирующее заклятье на остатки полусгоревшей палатки. Без притока кислорода огонь мигом угас.
Киалонцы, не снимая щита, поднялись с земли и приблизились к застывшему статуей демону, собираясь продолжить избиение плененного монстра под поощрительные выкрики предусмотрительно не высовывающихся из укрытия воинов. Ор вдали уже успел затихнуть, сменившись командами, забористой руганью, стонами раненых и плеском воды. Что бы ни происходило в той стороне лагеря, коль пожар заливали и никто больше не выл страшным голосом, с проблемой справились и там.
- Так! - раздался за спинами Дина и Лиессы прекрасно знакомый суровый голос со слабой, но вполне отчетливой ноткой облегчения. Нрэн подошел и встал рядом.
Рубашка и брюки опаленными лоскутами свисали с принца, часть волос тоже сгорела, меч в руке отчетливо оплавился по всему клинку, так же как и пряжка ремня, на руках, лице, босых ногах, всем теле виднелись исчезающие на глазах следы чудовищных ожогов. Единственного из таких было бы достаточно, чтобы даже весьма выносливый человек криком кричал от боли или впал в беспамятство. Бог же вел себя так, словно не испытывал ни малейшего дискомфорта. Боль физическую Нрэн переносил играючи и никогда не позволял этакой мелочи мешать исполнению долга.
- Там тоже был лавовик? - спросил герцог, вполне справедливо полагая, что при всей своей шизанутости принц никогда не стал бы танцевать в костре просто так, мазохизма ради.
-Три, - согласился принц, разделавшийся с практически неуязвимыми демонами в одиночку. - Я проверял посты, когда они полезли из земли. Ваш Источник должен был предупредить, что на Зилоне обитают эти создания! Я потерял трех людей, еще два десятка отделались ожогами, испорчено имущество! - в голосе бога отчетливо послышался гнев на возмутительную беспечность Сил.
- Они не местные, Источник не виноват, - печально покачала растрепавшейся темной как сама ночь гривой лордесса. Кажется, она вовсе не замечала, что одета в одну лишь ночную рубашку, подсвеченную ясным светом луны и плащ волос. - Эти твари одни из уничтоживших Храм Забытых Хранителей. Боюсь, если в происшедшем есть чья-то вина, то только моя и брата.
- Откуда информация? - отрывисто бросил бог, намереваясь выяснить все подробности прежде, чем выносить приговор.
- Мы все расскажем, только сначала убейте демона, воитель! - попросила Лиесса. - Надо поразить его в сердце, тогда враг умрет окончательно.
- Разумеется, - Нрэн отрывисто кивнул и ударил точно в нижнюю правую часть живота гигантского монстра. Толстая корка, сковывающая его, пошла трещинами, и чудовище рассыпалось у ног непобедимого Бога Войны безобидной грудой камней. На острие оплавленного меча остался лишь один темно-багряный камень с два кулака взрослого мужчины. Он несколько секунд провисел и распался серым прахом.
Киалонцы перевели дух, а девушка снова, набравшись решимости, спросила:
- Вашим людям нужна помощь? Вы сказали, что есть обожженные, я могла бы поработать вместе с отрядным целителем!?
- Нет, - резко отозвался принц и, увидев неподдельную обиду в глазах лордессы, коротко объяснил: - Палатка лекаря стояла над трещиной, через которую прошел один из демонов. Ее больше нет.
- О Силы! - потрясенно прошептала Лиесса, прижимая ладонь к губам, и тут же упрямо продолжила, сила духа возобладала над шоком от жуткого известия: - Тем более я должна помочь вашим людям! Пожалуйста! Дин вам расскажет, что увидел во сне о Хранителе, а я пока полечу раненых! Есть замечательное заклятье подобия, превращающее в мазь от ожогов...
Девушка мгновенно замолчала, когда Нрэн поднял руку, веля ей прекратить разговор.
- Оденься и иди, - распорядился бог, отводя взгляд.
- Так какой сон я увидел? - вслед Элии настойчиво спросил герцог.
- Вещий, разумеется, он свалил тебя с ног, когда ты разглядывал руку нынче ночью, мы решили обо всем доложить командиру утром и теперь горько жалеем, что не сказали раньше!
- Думаешь, заклятье слежения учуяло присутствие души Хранителя? - нахмурился Элегор.
- Думаю, - подтвердила богиня, вытаскивая из развалин палатки чудом (противоогневым заклятьем) уцелевший дорожный мешок, где нашлась и запасная одежда и сундучок лордессы, битком набитый всевозможными порошками, мазями, каплями и иными формами лекарственных средств. - Если у них была настройка на параметры созданий Храма, дух потревожил 'сигнализацию'.
- Лиессоль, - окликнул Нрэн девушку, устремившуюся было с сундучком целительницы наперевес через ночную темень к свету лагерных костров у уцелевших после атаки демона палаток. Окликнул без суровости в голосе, скорее даже с несвойственной ему мягкостью.
- Да? - лордесса полуобернулась.
- Обуйся, - мягко велел принц
- Ой, - Ли невольно посмотрела на ноги и ахнула: в спешке она так и не сменила мягких домашних тапочек, в которых сражалась с лавовиком. Обувь, предназначенная для коротких передвижений по коврам или плитам пола, самоотверженно вынесла все испытания, малость пообтрепалась, а в меховой оторочке запутались травинки, серая пыль и каменная крошка. Комнатные тапочки приобрели какой-то задиристо-умилительный вид.
Девушка поспешно возвратилась, опустив сундучок, вытащила из вещей пару полусапожек и натянула на ножки с узкими ступнями и маленькими аккуратными пальчиками, ноготки которых отблескивали в темноте перламутровым лаком.
- Не переигрываешь? - мысленно поинтересовался Элегор маневром богини.
- В данном случае мы имеем дело с клиническим упрямцем, поэтому переиграть невозможно, только недоиграть, ибо военные народ стойкий, не склонный понимать тонких намеков! - просветила друга Элия, завершив процедуру переобувания, поставленную с истинным мастерством соблазнительницы. Даже герцог, хоть и не питал к леди Ведьме возвышенных чувств, оценил небрежное изящество, с каковым принцесса продемонстрировала очень миленькие, такие беззащитные ножки. Вдобавок, обуваясь, Элия умудрилась так изогнуть гибкое тело, что скромная блузка откровенно обрисовала формы.
- Тогда понятно, почему намек получился такой толстый, - отметил бог, пораженный глубинами женского коварства по счастью практикуемого на ком-то другом. Разумеется, Элегор тут же попытался угадать, когда и сколько раз леди Ведьма применяла сей дар на нем лично.
- Если ты о фигуре Лиессы, то мы подеремся, как только вернусь, - пригрозила Элия, делая вид, что оскорблена в лучших чувствах.
- А вот и не подеремся, это нарушит наш имидж дружных родственников, - довольно ухмыльнулся герцог. Трепаться о пустяках под носом ничего не подозревающего Нрэна рисковому богу нравилось все больше и больше.
