Читаем без скачивания Аномальный наследник. Том 10 - Элиан Тарс

Гости притихли, сосредоточив все взгляды на мне. Каждому было интересно, как именно я отвечу на этот вопрос.

— Потому что Канцлер желает сохранить свою власть, — вздохнул я. — А я не могу ему это позволить. Я открою вам страшную тайну. Не было никакого проклятия Рюриковичей. На протяжении веков у Годуновых имелся артефакт, позволяющий с помощью манипуляций с кровью контролировать представителей этого рода. Подконтрольные, насколько я понимаю, теряли жизненную энергию. От этого и умирали раньше. Точнее, Годуновы убивали их — возможно, со временем начинались проблемы с контролем. И на место одного подконтрольного императора приходил другой. Мои слова может подтвердить моя супруга. Александр Борисович пытался взять её под контроль прямо в день свадьбы, но, к сожалению, для него, мы смогли найти способ этого избежать. Может подтвердить это и вдовствующая императрица Елизавета Александровна. Моему отцу, Артёму Вениаминовичу, Антону Ивановичу и Александру Ивановичу, — плавным жестом я указал на князя Выборгского и великого князя Киевского, — также было известно об этом. Теперь обо всём известно и вам. Годуновы давно узурпировали власть. Давно предали род Рюриковичей, став не Хранителями, а пленителями. Цареубийцами. Однако никто не смел бросить им вызов, ведь Годуновы могли велеть императору объявить неугодных предателями. Раньше. Сейчас они из-за своей оплошности и глупости лишились этой возможности. Я могу ошибаться, но Канцлер сам стал жертвой контроля во время встречи с британцами. Мы сталкивались с подобным во время войны в Швеции. Были подобные прецеденты и в России. Полагаю, Канцлер быстро избавился от контроля, но… к тому моменту он уже отдал приказ об убийстве императорской семьи. А может быть он под контролем британцев до сих пор? В любом случае такой человек недостоин возглавлять страну. Ему не место у власти. И вы это понимаете.

Я замолчал, наблюдая за тем, как опытные высокородные аристократы не в силах удержать маску невозмутимости на лицах.

Они были шокированы.

Пялились на меня во все глаза.

Пытаясь отыскать поддержку, изумлённо смотрели друг на друга и на тех, кто, кроме меня, знал об артефакте.

Андрей Оболенский, Арвин, Троекуров и даже Аксаков кивали, подтверждая мои слова.

Поймав взгляд великого князя Казанского, я одними губами извинился и кивнул. То же самое сделал и по отношению к князю Астраханскому. Эти двое наших союзников ведь не знали о контроле над императором. Они были недовольны тем, что Годунов хотел сблизиться с франко-испанцами и британцами, с которыми воюют сейчас наши ратники в Швеции. Тем, что Годунов пустил в Россию клан Анже за моей головой. Они поддерживали нас из своих собственных побуждений, были готовы противостоять Годуновым. Но вряд ли до сегодняшнего дня считали, что дело может дойти до открытого военного конфликта.

И всё же я могу назвать их союзниками. Но я утаил от них столь важную информацию.

Поймут ли?

Великий князь Казанский молча кивнул, принимая извинения.

То же самое через секунду сделал и Урусов.

А ещё через секунду зал взорвался недовольными выкриками:

— Что вы такое говорите?!

— Что вы несёте?!

— Его Величество был под контролем?! Это оскорбление венценосной семьи!

Я молчал, откинувшись на спинку кресла. Давить Аурой я не стал — пусть прокричаться и придут в себя.

Через сорок секунд гул начал стихать. Вот тогда я и решил продолжить.

Встав из-за стола, я поднял Ауру до её не визуализированного максимума.

— Господа, я понимаю, что трудно поверить в мои слова. Но я готов поклясться, что говорю правду. Полагаю, и другие князья тоже готовы сделать это. Годуновы в самом деле держали императоров под контролем. И сейчас пришла пора покончить с ними. Годуновы не потерпят никого, кто способен угрожать их власти. Когда Канцлер понял, что у нас есть способ противодействовать его контролю, он помог французскому клану Анже подготовить нападение на мой дом и мою семью. У меня есть доказательство этому. Канцлер хотел смерти моей семье, видя в нас угрозу. Теперь же угроза для его власти стала более существенной. Я уверен, что даже если бы я наступил себе на горло, если бы закрыл глаза на все прошлые преступления Годуновых, на их попытки навредить мне и моим близким, и принял бы предложение Канцлера… То улучив момент, он бы избавился от меня. Вероятно, стал бы искать способ, как и дальше держать императора… теперь уже новой династии под контролем. Это не тот человек, кто придерживается только честных методов. Прикрываясь интересами государства, он пойдёт на любую подлость. А если… Если он попытается сделать из Годуновых новый имперский род, то уж точно постепенно лишит нас всех нашей свободы. Княжества для Годуновых всегда были бельмом в глазу. Уверен, разобравшись с внешними проблемами, он начнёт укреплять власть внутри страны и бороться со всеми, кто, как ему кажется, представляет для него угрозу.

— Вы говорите так, Аскольд Андреевич, будто Александр Борисович безумец! — воскликнул великий княжич Крымский.

Некоторые князья посмотрели на молодого Нарышкина, точно на малое дите.

— С точки зрения медицины он, полагаю, полностью здоров, — отозвался я. — Но пытаясь защитить то, что считает своим, человек иногда совершает поистине безумные поступки. А он считает, что Российская империя — его собственность. Но, пожалуй, хватит об Александре Борисовиче, господа. Я прошу вас всех поддержать кандидатуру моего сына в качестве первого Российского императора от рода Александрит. Я стану его регентом до его совершеннолетия. И я даю слово, что не посягну на княжеские свободы. Более того, я собираюсь включить представителей княжеств в Совет Империи. Я хочу расширить и реорганизовать этот Совет. Добавить ему нижнюю палату, в которую будут входить представители непривилегированных слоёв империи из разных княжеств и губернаторств. Чтобы у государственных органов были более объективные представления о нуждах всего населения Российской империи. В верхнюю же палату будут входить, как и раньше — министры, генерал-губернаторы и губернаторы. Плюс теперь добавятся доверенные лица от каждого княжества. И раз я уже упомянул министров и губернаторов, я хочу особо подчеркнуть, что не собираюсь лишать этих должностей тех, кто присоединится ко мне. Представители ваших родов и в дальнейшем будут главными кандидатами на