и для живых не останется места.
До сих пор есть люди, которые возражают против кремации умерших. Они заявляют, что это якобы нарушает Божий закон, подобно тому, как они на том же основании возражали против многого в прошлом. Потребуется время, чтобы такие люди поняли, что кремация лучше и более удобна, нежели похороны.
Кстати, буддисты не верят, что однажды придёт бог, который поднимет мёртвых из могил, оживит прах, покоящийся в урнах, а затем будет решать, кто из них пойдёт в рай, а кто — в ад.
Сознание или умственная энергия умершего никак не связана с оставленным телом, скелетом или прахом. Мёртвое тело — это всего лишь ветхий пустой дом, в котором протекала жизнь умершего. Будда называет его "бесполезным как бревно". Многие верят, что, если не провести для умершего надлежащую похоронную церемонию или не установить освящённый могильный камень, его душа будет блуждать по свету, ныть и стенать, а также приходить, чтобы побеспокоить родственников. Нигде в Буддизме нет подобных идей.
Некоторые верят, что если тело или прах умершего за большие деньги похоронен или помещён в особом месте, то покойный получит от этого благо.
Если мы действительно хотим почтить умершего, то не нужно проводить дорогостоящие ритуалы и церемонии, а лучше совершить какие-то хорошие поступки. Например, можно совершить пожертвование тем, кто в нём нуждается, или заняться благотворительной или религиозной деятельностью в память об усопших.
Буддисты считают, что когда человек умирает, происходит перерождение в соответствии с его хорошими или плохими поступками. Пока имеется жажда существования, существу приходится перерождаться. Только Архаты, которые освободились от всех страстей, не перерождаются и после смерти достигают Ниббаны — своей конечной цели.
Глава 9
Дхамма и мы сами как прибежище
Почему мы прибегаем к Будде как к прибежищу?
Буддисты прибегают к прибежищу в Будде чтобы обрести вдохновение и правильное понимание для самоочищения, подтвердить ему свою приверженность или воскресить его образ в своём сознании.
Буддисты не прибегают к прибежищу в Будде как к Богу или сыну божьему. Будда никогда не заявлял о собственном божественном происхождении. Он был просветлённым, самым милосердным, мудрым и святым человеком, когда-либо жившим в этом мире. Поэтому, люди прибегают к прибежищу в Будде как в учителе или наставнике, показавшем истинный путь к освобождению. Они поклоняются ему, чтобы выразить свою благодарность и уважение, а не для того, чтобы просить у Будды материальных благ. Буддисты не молятся Будде, считая его богом, который вознаградит или накажет их. Они произносят строфы сутт не с целью просить о чём-то, а как способ памятования о его великих добродетелях и благих качествах, чтобы, будучи направляемы им, получить больше вдохновения, развить в себе убежденность следовать его учениям и стать подобными ему. Есть критики, принижающие такой подход к принятию прибежища в Будде. Они не знают истинного значения понятия "принятие прибежища" и почитания великого духовного Учителя. Они знают лишь о молитвах — единственном, что совершают некоторые люди во имя религии. Когда буддисты обращаются за прибежищем, это значит, что они принимают Будду, Дхамму и Сангху как средства, с помощью которых можно искоренить все причины своего страха и прочих умственных страданий. Многие люди, особенно придерживающиеся анимистических[29] верований, ищут защиты у неких внешних объектов, полагая их населенными духами. Однако буддисты знают, что единственный способ получить защиту — это обрести полное понимание собственной природы и уничтожить "три корня порока". Для этого они суверенностью следуют учению и пути Будды, поскольку это единственный способ достижения истинного Освобождения и избавления от страданий.
Будда предостерегал против тщетных попыток принять прибежище в холмах, лесах, рощах, деревьях и храмах, когда люди поражены страхом:
Небезопасно такое прибежище, не возвышенно такое прибежище. Прибегая к такому прибежищу, не освободишься от всего страдания. Но тот, кто прибегает к прибежищу в Будде, Дхамме и Сангхе, с правильным знанием видит Четыре Благородные Истины: страдание, причина страдания, прекращение страдания, и Благородный Восьмеричный Путь, что ведет к прекращению страдания. Такое прибежище действительно безопасно. Такое прибежище действительно наилучшее. Ища такое прибежище, освободишься от всего страдания.
(Дхаммапада 189–192)
В Дхаджагга Сутте (СН 11.3) упоминается, что прибегая к прибежищу в царе богов Сакке или в любом боге, последователи не освободятся от всех своих земных проблем и страхов. Причина в том, что эти боги сами несвободны от страстей, ненависти, заблуждения и страха, тогда как Будда, Дхамма и Сангха (т. е. сообщество обретших совершенство) свободны от них. Лишь те, кто свободны от неудовлетворенности, могут указать путь к постоянному счастью.
Фрэнсис Стори, известный западный знаток Буддизма, делится своим взглядом на поиск прибежища в Будде:
"Я иду за прибежищем к Будде. Я ищу присутствия благородного учителя, чье сострадание может провести меня через бурные потоки Сансары, чей безмятежный лик может поднять меня над трясиной мирских мыслей и влечений через видение уверенности в спокойствии Ниббаны, которого он сам достиг. В печали и боли я обращаюсь к нему и в счастье своем я ищу его спокойный взгляд. Я возлагаю пред его образом не только цветы и благовония, но и пылающий огонь моего беспокойного сердца, чтобы затушить и успокоить его. Я оставляю бремя моей гордости и эгоизма, тяжелое бремя забот и стремлений, утомительный груз непрекращающихся рождений и смертей."
Индийский поэт Шри Рама Чандра Бхарати дает другое содержательное объяснение принятию прибежища в Будде:
Не ради выгод я твоего прибежища ищу,
Не из страха и не из любви к славе,
Не из-за того, что ты из сонма солнечных богов,
Не ради обретения огромного знания,
Но будучи ведомым силой безграничной любви,
И твоим всеобъемлющим несравненным кругом знаний,
Огромное море Сансары можно безопасно пересечь,
Я кланяюсь, о Владыка, и становлюсь твоим последователем.
Некоторые говорят, что поскольку Будда был всего лишь человеком, то не имеет смысла обращаться к нему как к прибежищу. Но они не знают, что хотя Будда предельно ясно говорил о себе как о человеке, он не был столь же обычным человеком как любой из нас. Он был необычайно и несравнимо праведной личностью, обладавшей высшим Просветлением и великим состраданием к каждому живому существу. Он был человеком свободным от всех человеческих слабостей, пороков и даже от обычных
