— Все, кина не будет… — махнул рукой Голубев. — Садись, "попугай"!
Пара истребителей совершила красивую синхронную посадку. Мы сдержанно молчали.
— Это у вас самый слабый летчик? — подозрительно поинтересовался Голубев.
— Ага, Василий, угадал! Мы его вообще стараемся в полеты не брать. Летать он ваще не умеет…
Сзади грохнул взрыв смеха. Смеялись все, и громы, и гвардейцы.
* * *
Вчера над Балтикой пронесся шторм. Вылетов не было. Мы продолжали усиленно готовиться к полетам над морем. Пора было приступать к выполнению боевой задачи. Сегодня немного распогодилось, и на аэродроме засуетился народ.
— Ну, что, "громы"? Пойдете сегодня с нами? — укладывая в планшет карту, задал мне вопрос майор Голубев.
— А вы куда, Василий?
— Штормом загнало наши тральщики, "охотники" и торпедные катера в бухту Гаково, недалеко от устья Невы. Цель для немцев желанная… Одним ударом много наворотить могут… Мы идем на прикрытие наших боевых кораблей.
— Конечно, и мы с тобой! Возьмешь нашу шестерку? Я тоже буду.
— Хорошо, Виктор. Только учти – идете в роли наблюдателей. Мы с вами еще не слетались, взаимодействие не отработано. Чтобы избежать сумятицы и мешанины, будете в прикрытии. Ваши цели – выпавшие из строя немцы, и те, кто попытается захватить высоту. По рукам? Без обид?
— О чем говоришь, командир! Сказано – сделано.
— Вот и ладно… Готовьтесь – сейчас взлетаем…
Пришло время, и за двумя шестерками "Ла-5" взлетело звено Извольского и я с Базилем. Звено Кузи я оставил на дежурстве в готовности N 2. Пойдут на усиление или еще что случится – перехватят.
"Лавочки" разделились, одна группа пошла на Гаково, другая стала патрулировать на возможном курсе подхода немецких бомбардировщиков. Мы потянулись за группой Голубева.
Летая на полутора тысячах, почти под нижним краем облаков, мы приготвились к встрече с противником. Чуть ниже и впереди нас шла шестерка "Ла-пятых", выше и сзади – привычно зависла пара Кира. Все самолеты соблюдали полное радиомолчание.
Вдруг, в наушниках раздалось: "Далеко справа!" это кто-то из истребителей Голубева углядел фашистов. Покачиванием крыльев я дал команду приготовиться к бою. Восходящие потоки взбаламученного недавним штормом воздуха кидали наши истребители, но, после моей команды, строй обрел строгую четкость. Мы готовы.
Вот они! Теперь и я увидел шестерку немецких самолетов. Скорее всего – "Фокке-Вульфы". Точно, они! Началось…
Однако Голубев не торопится атаковать. Он уводит своих в сторону. Пошли за ним и мы… Я понимаю, комполка ставит передовую группу немцев, летящих на расчистку воздуха, под удар другой шестерки своих самолетов, а сам ждет подхода основных сил – бомбардировщиков и прикрытия немцев.
Впереди завязался бой. Слышны команды: "Соколы! Слева тупорылые. Атакуем!" Потянулись светящиеся пушечные трассы. В наушниках прогромыхал чей-то крепкий мат. "Пропускай его! Пропускай! Не тянись – подставишься!" И снова – трассы.
А вот и наши гости! Впереди строя бомбардировщиков широким фронтом идут две четверки "ФВ-190". За ними вижу длинную колонну бомберов. По их флангам – еще по четыре фоки. Сколько же вас…
Голубев дает на аэродром команду поднять усиление. И тут же командует своим: "Атака снизу, на скорости, бьем лаптей!"
Шестерка гвардейцев красивым виражом заходит в атаку на бомбардировщики. Пара "лавок" отсекает кинувшихся наперерез фок. Огонь! Пушечные трассы кромсают строй "лапотников". Сразу задымили два бомбардировщика.
— Дед, не пора?!
Это Кир нервничает. Зря беспокоится. Мы вмешаемся лишь в случае крайней необходимости. Нельзя непродуманным вмешательством сорвать действия группы Голубева.
— Кир! Держать высоту! Только отбивать атаки на наших! Работай диспетчером и спасателем, понял?
— Есть…
Суматошно закрутился клубок самолетов. Вот из него выпала пара фок, и стала в правый вираж, намереваясь выйти в хвост гвардейцам.
— Звено! Удар фронтом, огонь по готовности! Пошли!
Мы молнией падаем на фок. Они, запоздав с обнаружением угрозы, обречены. "Рр-р-ры" – басовито ревут пушки. Одна фока вспыхнула, другая, одевшаяся густой черной шубой дыма, пошла вниз. Из дыма вылетела фигурка пилота, распустился двухцветный парашют. Ничего, морячки подберут.
— Звено, боевой!
Наши истребители разом вспорхнули вверх. Не прекращая виража, внимательно смотрю за воздушным боем. Первая атака группы Голубева не принесла перелома в ходе боя. Да и не могла принести… Слишком много немцев. Бомбардировщики сбили строй плотнее и под прикрытием шестерки фок продолжали идти на наши корабли. А остальные "Фокке-Вульфы" с двух сторон попытались зажать наши истребители. Маневренные "лавочки" закрутились в восходящих полувертикалях.
— Кир – удар по лидеру бомберов! Лесной – атакуем парами!
— Принял!
Как на "лапотников" падал Кир, я не видел – некогда. Две наши пары зашли на шестерку фок. Атака – и две фоки, дымя, потянулись прочь. Ффух-х, немножко полегче…
В это время на гвардейца Леню Белоусова (а он только-только начал боевые вылеты после потери ног) зашло сразу две пары немцев. Одну атаку отбил ведомый Белоусова Василий Потапов, вторую – Карпунин. Но один фашист – виртуозно маневрирующий на "ФВ-190", с разворота снова зашел в атаку. Тут в дело вступил Голубев.
— Смотри! Смотри! — только и успел крикнуть я.
Истребитель Голубева в полуразвороте кинулся наперерез фашисту. Тот заметил угрозу и свечой пошел вверх. "Лавочка" комполка, набрав скорость, стала настигать немца. Он бросился в пике, к самой воде. Голубев уверенно сидел у него на хвосте, но пока не стрелял.
Опасаясь просадки после пикирования и удара о воду, немец начал подъем. Вот теперь Голубев, державший превышение, легко настиг "Фокке-Вульф". Короткая пушечная очередь – и мотор немца встал. Отлетел фонарь фоки, и из мертвого уже истребителя вывалился летчик. Успел… хотя и высота небольшая. К парашютисту уже бежал наш катер. Получишь путевку в лагерь, фриц! Отдохнешь немного… Заслужил.
Этот удар Голубева стал переломным в бою с истребительным прикрытием. Немецкие истребители желание драться утратили совсем. Но бомбардировщики все еще пытались дотянуться до наших кораблей.
— Кир – еще удар по бомберам!
Снова сверху, в отвесном пике падает пара Извольского. Сверкнули трассы, и два "лапотника", заваливаясь, пошли вниз, в холодную балтийскую воду… Отлетались.
Пара Кирилла еще только шла в небо, как из-под облаков выскочила шестерка "Ла-5" Федорина и длинными очередями "прочесала" весь строй "Юнкерсов" на встречных курсах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
