Своим стабильным правлением Малькольм III во многом был обязан поддержке английской короны. Всё чаще он и его потомки обращали взоры от кельтского запада к англо-нормандскому югу, меняя приоритеты и становясь на общеевропейский путь развития.
Кельтская церковь, отрезанная от континента морем, разительно отличалась от Римской по многим признакам организации и обрядности: неприятием римской иерархии, отсутствием диоцезов (епископы не имели областной юрисдикции, а подчинялись аббатствам), иным отсчетом Пасхи (по 84-летнему циклу), доминированием черного духовенства (монашества) над белым (приходским). Еще в начале XI в. в христианском обряде присутствовали черты друидизма. Помимо этого не существовало ни одного большого центра, ни церковного, ни государственного. Сэнт-Эндрюс – город св. Андрея – стал одним из первых городов с самоуправлением, учрежденным королем Давидом I (David I или Dabíd mac Maíl Choluim, 1083–1153) в 1124 г. До этого в Шотландии вообще не существовало городов и упорядоченной церковной системы. С появлением Святого города оставалось только найти «мегареликвию», которая позволила бы Шотландской церкви встать в ряд с прочими древними церквами. Подобное укрепление местной церкви и ее тесный контакт с государством на протяжении всей истории помогали отстаивать независимость Шотландского королевства вплоть до 1707 г.
Изменения конца XI – начала XII веков кардинально повлияли на судьбу Шотландии. Надо отметить, что основные изменения произошли довольно быстро – примерно за 20 лет, в течение 1130–1150-х гг. Город св. Андрея стал одним из важнейших паломнических мест, сыскал уважение и почитание. Как известно, величие, торжественность средневековых монастырей не зависела от того, действительно существовали в нем мощи святого, в честь которого создавался храм, или нет. И кафедральный собор св. Андрея по своим масштабам, значимости и почитанию среди паломников ничуть не уступал собору в Кентербери (Англия), где находилась рака мученика Томаса Беккета.
Вопрос о присутствии мощей апостола Андрея в Килримонте был исключительно вопросом политических амбиций правящей династии, отодвигая реальное присутствие мощей на второй план, в центре этой истории стоит политическая деятельность Малькольма III и его потомков. Ведь святых мощей в Шотландии никогда не было: реликвии, привезенные святым Вилфридом и Аккой, не были найдены. Но сложившаяся легенда и псевдоартефакты оказали огромное влияние на ход исторических событий. Причем, легенда срослась с реальностью настолько, что паломники до сих пор приезжают почтить это место как святое.
Наряду с этим у многих остается вера в реальность легенды о том, что мощи св. Андрея всё же коснулись берегов Шотландии и были погребены у самого побережья в IV веке в церкви, от которой до нас дошли только остатки древнего фундамента. Это церковь святой Марии на Скале (St. Mary on the Rock), где жили первые кельтские монахи. Позже, после образования аббатства Сэнт-Эндрюс и принятия устава августинцев эту церковь (за городской оградой) отвели для монахов-кулдейцев, не желавших жить в стенах города.
Для нас большей интерес представляет проблема происхождения данной легенды: зародилась ли она в народе или стала реализованным проектом королевской династии? Почитание праха легендарного короля Ангуса кулдейскими монахами и раннее почитание апостола Андрея в Шотландии первоначально были двумя различными традициями, но в процессе формирования государства они слились воедино, и предание о чудесном обретении останков апостола подкрепилось реальным артефактом – впечатляющим древним саркофагом. Произошедшая контаминация проводилась при активнейшем содействии династии Малькольма III. Институт власти утверждает и проявляет себя в разных формах, в том числе и сакральных. Так или иначе, эти проявления фиксируются в памятниках культуры (письменных источниках, данных археологии, памятниках архитектуры и т. д.). Поэтому становится возможным реконструировать процессы формирования и легитимизации власти. Правителями систематично и ловко, по определенному образцу, используются исторические сюжеты, которые, вбирая в себя народные представления, вымышленные события и реальную историю, создают идеологию для созидания единого народа и единого государства. А потом те же правители превозносят себя как часть легенды, сакрализируя и утверждая собственную власть. Таким образом миф выходит за рамки своего фикционального мира в мир действительной истории, влияя на формирование сознания людей, его продуцировавших. В нашем случае город Сэнт-Эндрюс с его внушительным аббатством, паломниками, кафедральным собором и «саркофагом св. апостола Андрея» репрезентирует легитимную власть шотландских правителей в глазах Англии, Европы и собственного народа.
Стефано Каприо. Память апостола Андрея в Южной Италии
Апулию, крупнейший южно-итальянский регион, историки часто называют «Восточными вратами». Считающаяся на протяжении веков территорией прохождения народов с Востока, она была таковой и для европейских стран, став в то же самое время и «Западными вратами». Даже сегодня столь сложное явление миграции, которое в течение нескольких десятилетий затрагивает Юг Италии, и в частности Апулию, есть не что иное, как еще одно подтверждение и живое доказательство той роли, что играл на протяжении веков самый восточный регион Италии: роли «связующего звена и моста между афро-азиатскими странами и Европой»[216] для многих народов. Поэтому нет ничего удивительного в том, что на этой земле встречается множество свидетельств о почитании апостола Андрея, глашатая Евангелия Христова по дорогам Востока и европейского Запада.
Истоки христианства в Апулии
Прямых исторических или археологических свидетельств распространения евангельской вести в Апулии в самые первые века христианства не существует[217]. Можно только предположить, что, с учетом ее географического положения и легкого доступа для морской торговли с древних времен, а также близкого расположения к берегам Греции и Эпира, в регион очень скоро проникли миссионеры раннего христианства, среди которых вполне мог быть кто-то из апостольского окружения, если не кто-то из самих апостолов. Легко представить, что в такие города, как Бриндизи, Таранто, Отранто, Веноза, Галлиполи или Каноса (Каноза), в одни из первых пришла весть о новой религии иудейского происхождения, учитывая многочисленность и влиятельность евреев в этих и других центрах региона. Существует даже легенда, что сам апостол Петр прошел через всю эту область во время своего апостольского путешествия в направлении столицы Римской империи: ему приписывают обращение целых городов и селений Апулии и Даунии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
