от работы время.
Иначе, в самом деле, уже пора противозачаточный патруль запускать курсировать вокруг нашего брачного агентства, а то неровен час придется детский сад при нем открывать. Интересно, а они вообще есть в этом мире? Надо сделать зарубку насчет будущего бизнеса, кстати.
– А второе? – Катрина отвлекла меня от обдумывания проекта, инновационного для этого мира.
– Второе – с тебя новый веник, – я со смешком указала на жалкие пару прутиков, которые торчали из девичьей руки.
Так обращаться с веником на глазах у ведьмы – это самое настоящее кощунство! Ведь любая ворожея неровно дышит к подобным вещам. У каждой второй метлозависимость! Мы не зря в гипермаркетах проходим мимо отдела с товарами для дома, предварительно крепко-накрепко зажмурив глаза. Иначе точно притащим домой сто вторую метлу или двухсотый веник!
– Да уж, довольно жесткий парень оказался, – пробормотала дочь Донны.
– Иди работай, – велела ей Зияя и перевела взгляд на меня. – А ты лучше иди домой, отдохни.
– Уговорила, – я почувствовала, как разом навалилась усталость.
Кое-кто заслужил на сегодня выходной. Да и надо сил набраться перед ночным вояжем к Торнхельму. А потом надеяться, что ведьма сдержит свое слово. В ином случае меня ждет личный Апокалипсис.
Глава 26. Упущенные возможности
Оставить глаз ночью в центре зала – вроде бы, звучит просто. Продолжая убеждать себя в этом, я на цыпочках вышла из спальни, как опытный ниндзя – во всем черном. Так как платье тут точно было бы не в тему мероприятия, на мне красовались брюки, вкупе с вечерним нарядом пошитые Розой, и весьма удобная куртка.
Чтобы найти подходящую обувь, пришлось основательно покопаться в гардеробе Мии. Перевернув там все вверх дном, в самом дальнем углу я отыскала брутального вида «грязедавы» на толстой подошве и сдохшего таракана – видимо, с тоски «откинулся пацанчик» как резюмировал Пузя. Наверное, жена Туанара купила эти ботинки под настроение в стиле «что-то барышне вздурнулось», наутро ужаснулась и закопала их поглубже, чтобы никогда не видеть.
Для полноты облика не хватало только балаклавы на голову, чтобы одни глаза торчали, но мечтать не вредно. Берем, что нашли, и отправляемся вершить грязные делишки под покровом ночи!
Половицы сварливо поскрипывали, казалось, на весь дом. Черти радикулитные, приличная ведь вилла! Резиденцией гордо именуется, а скрипит в точности, как избушка на бройлерных куриных ножках! Затаив дыхание, я спустилась на первый этаж и решила пройти через комнаты прислуги, чтобы выйти прямиком к конюшне.
Первые несколько дверей остались позади без проблем. Но когда кралась мимо следующей, из нее раздался такой мощный взрыв храпа, что я чуть было не подпортила с перепугу свои новые штанишки! Сердце в груди поставило рекорд на оба эти мира. Недобрым словом помянув Ульрику, из-за которой оно подскочило до потолка, взяв за ручку мое давление, я двинулась дальше.
А вот и выход, фух! Немного отдышалась и перебежками достигла конюшни. Конь, мирно спавший в деннике, открыл глаза и вздохнул обреченно. Согласна с ним, достали уже эти Туаны! То муж по ночам куда-то ездит, то жена намылилась на поиски приключений в то время суток, когда приличной замужней женщине положено надеть чепчик и, стыдливо исполнив супружеский долг, отправиться в свои развратные сны.
Ладно, долг я вчера за Мию исполнила, с блеском, несколько раз даже на бис вызывали. Но теперь гастроли отменены из-за карантина в связи с резким обострением идиотизма у мужа. Так что займемся насущными делами.
– Прости, малыш, – я погладила лошадь по морде и начала седлать.
Самое забавное, если супруг меня поймает, мне никогда не объяснить этому ревнивому козлику, что я не к любовнику собралась под покровом ночи. Как же он меня достал!!! Это Мия его не любила, грезила Ником, а достается мне. Сердце сжалось от боли. Я сделала глубокий вдох, унимая слезы. Не время для истерик. Лучше подумаем о хорошем.
За неимением нормальных поводов буду радоваться хотя бы тому, что я знаю, какую фиговину подарить мужу на юбилей, день рождения или что у них тут принято праздновать. Рога! Настоящие, оленьи или лосиные.
На худой конец шапочку свяжу с рожками. Раз уж он так уверен, что я ему изменяю направо-налево, в ползке и прыжке. Скажу, что это рожки этих, которые с демонической кровью. Но сама-то буду знать истинную подоплеку подарка и тихонько поглумлюсь над всей этой чертовщиной.
Я вывела коня за ворота, обернулась и залюбовалась виллой. Потом села на него и помчалась в ночь.
Она меня, как всегда, очаровала и вдохнула какие-то силы, о наличии которых днем не задумываешься. С темнотой они просыпаются в тебе чем-то первобытно-мощным, по-хорошему звериным, зажигая глаза загадочным блеском, наполняя душу Силой и даря тебе весь мир.
В такую ночь хочется именно этого – повинуясь счастью, взметнувшемуся в крови колдовским фейерверком пузырьков, нестись вперед на резвом жеребце, позабыв обо всем на свете. Отдаться внутреннему зову, чувствуя, как шлейф из темноты роскошным плащом развевается за твоей спиной!
Тем более, что ночь, интриганка, сегодня была совершенно земной. Две луны отдыхали, по небу с важным видом плыла третья, как и на Земле, единолично властвуя на бархатно-сиреневом ледяном куполе. Даже по морской глади, простирающейся до непроглядной черноты на горизонте, струилась золотой змеей всего одна дорожка из пролитого на воду небесного серебра.
Любуясь красотами, я заметила, что мое четвероногое такси доставило хозяйку-ниндзя до места, лишь когда увидела развалины, темнеющие на вершине холма, к которому вела дорога. Глянула ведьмовским оком и натянула поводья от неожиданности.
Торнхельм полыхал, будто новогодняя елка! Яркое магическое сияние до боли напоминало неон, пронизывающий земные города, которые никогда не спят, своим мертвенным светом. Оно снова то сворачивалось упругими кольцами, словно гигантская анаконда, то колыхалось невесомо, как дым в безветренную погоду.
Но призрачная Сила не просто сворачивалась воронками, поглаживая полуразрушенные башенки, будто надеясь оживить этого мертвеца, стелилась вокруг него, словно предрассветный туман. Она обрушивалась на развалины неистово бурлящими жгутами, будто ей всласть было исхлестать их, унизить, яростно вдавив в землю.
И ведь вновь явственно заметны следы недавних магических полей
