израильские специалисты (как преподаватели, так и консультанты), работавшие в развивающихся странах, определялось в первую очередь их профессиональным уровнем. Типичный израильский специалист— это мадрих (инструктор): как правило, молодой человек, накопивший опыт работы в Израиле в качестве и преподавателя, и лидера молодежных групп и групп репатриантов, причем этот опыт был накоплен в годы становления Израиля как независимого государства. В странах Африки и Азии, равно как и в самом Израиле, мадрих проявлял не только энтузиазм, выдержку и настойчивость, но также такт и понимание человеческой природы. Зачастую он, по сравнению с коллегами из европейских стран, был менее требователен к бытовым условиям и месту работы. Он всегда был на стороне своих учеников, нередко в буквальном смысле слова, то есть жил в том же помещении, что и они. Он был лишен расовых предрассудков и не относился к ученикам свысока и покровительственно — точно так же, как он не позволял себе такого в Израиле, общаясь с репатриантами из Марокко или Курдистана. Такая благожелательность способствовала созданию взаимоотношений доверия и обоюдной привязанности, особенно между израильтянами и африканцами, и эти взаимоотношения сохранялись вплоть до крайне неприятных дипломатических событий 1970-х гг. (Гл. XXV).
Израиль—Африка: медовый месяц
Израильское правительство не делало никакого секрета из того, что капиталовложения в систему обучения иностранцев преследовали чисто прагматические цели. Главной такой целью был прорыв политической изоляции, в которой оказался Израиль после Бандунгской конференции (1955 г.) и Азиатской социалистической конференции в Нью-Дели (1956 г.). Таким образом, программа технического сотрудничества довольно скоро стала действенным инструментом, позволяющим Израилю обойти дипломатическую изоляцию и избавиться от негативных последствий навязанного ему образа западного, “империалистического” государства. Продемонстрированная Израилем способность к самостоятельному развитию говорила в его пользу. Для технологически отсталых стран Израиль служил примером того, как можно достичь экономического взлета на протяжении менее чем срока жизни одного поколения. Отмечалось также, что страна, население которой состояло из разнородных групп, находившихся на самых разных уровнях культурного развития, включая сотни тысяч недостаточно образованных репатриантов из стран Востока, смогла обучить их таким образом, чтобы они овладели соответствующими производственными навыками. Эти достижения стали результатом упорной работы и усилий, направленных на создание системы социальных ценностей, признающих престиж физического труда и важность технических профессий. Ко всему прочему, небольшие размеры израильских промышленных предприятий отвечали потребностям стран Африки и Латинской Америки лучше, чем гигантские предприятия промышленно развитых стран. Развивающиеся страны, и особенно страны Африки, относясь с недоверием к большим европейским странам, чувствовали себя более уверенно при контактах с маленьким Израилем. И наконец, они ощущали сходство своей исторической судьбы с судьбой евреев, которые также подвергались гонениям на расовой почве.
Вот почему и приложенные усилия, и достигнутые результаты тщательно обдуманной большой игры, которую Израиль вел в странах третьего мира, нигде не были столь значительны, как в отношении стран Африки. Получение независимости всеми этими бывшими протекторатами и зависимыми территориями совпало по времени с победой Израиля в Синайской кампании 1956 г.; при этом, как уже было сказано, снятие египетской блокады означало для Израиля свободу судоходства из Эйлата в порты Восточной Африки, и потому первые морские торговые пути Израиля пролегли именно в эти страны. Налаживание прямых контактов вскоре свело на нет последние подозрения африканских стран относительно роли Израиля в военных действиях на Синае и в районе Суэцкого канала. Первой страной, с которой были установлены контакты, стала Гана, причем торговые контакты подкреплялись общением лидеров обеих стран на различных международных социалистических конференциях. В преддверии будущих официальных отношений израильский консул в Ако был назначен еще в 1956 г., то есть за год до обретения Ганой независимости. Когда же в 1957 г. обе страны установили дипломатические отношения, израильским послом в Ако стал Эгуд Авриэль[61], один из наиболее уважаемых израильских государственных служащих, организатор воздушного моста из Чехословакии в 1948 г., и Израиль, по инициативе Авриэля, приступил к реализации в Гане целого ряда экономических и технологических проектов. В правительственных учреждениях Ганы появились израильские советники по вопросам сельского хозяйства, здравоохранения, финансов и образования; начали работать совместные предприятия в сфере морских перевозок и строительства; были организованы программы боевой подготовки в армии и авиации. Информация об успехах, достигнутых в Гане при израильском содействии, быстро распространилась по всему Африканскому континенту. Вскоре в Израиль стали одна за другой прибывать делегации из различных стран Африки, чтобы ознакомиться с экономическими успехами этого молодого государства. Для предоставления им такой возможности Гистадрут организовал в 1958 г. свой первый Афроазиатский семинар. Его успех, в свою очередь, способствовал расширению учебной деятельности Израиля, в сфере как профсоюзной активности, так и экономического сотрудничества. В 1960 г. на учебу в Афро-Азиатский институт труда и сотрудничества ежегодно стали приезжать сотни студентов из стран Африки для занятий по четырехнедельным и восьминедельным программам.
Из всех израильских лидеров самое значительное внимание развитию и совершенствованию отношений с африканскими странами уделяла, будучи в должности министра иностранных дел, Голда Меир. Ее контакты с руководителями стран Азии оказались не очень продуктивными. Она не сумела установить отношения на личном уровне с азиатскими государственными деятелями, многие из которых являлись представителями древних и сложных цивилизаций. Напротив, с присущей ей склонностью к искренности и бесхитростности, Голда Меир лучше воспринимала простые человеческие и политические нужды молодых африканских государств. Ее подход — и тут она, несомненно, не кривила душой — сводился к тому, чтобы отождествить историю преследований народа Израиля с колониальным рабством народов Африки, соотнести обретенную евреями и африканцами независимость и их сходные надежды на будущее. Вместе с тем она напомнила кнесету в 1960 г., что “наша помощь странам, обретшим независимость, — это отнюдь не филантропия. Мы нуждаемся в братских и дружественных отношениях с этими странами не менее, чем они — в нашей помощи”.
В годы, когда Голда Меир занимала пост министра иностранных дел, а директором африканского департамента МИДа был молодой и очень способный дипломат Нетанэль Лорх, деятельность Израиля на этом в прошлом колониальном континенте значительно активизировалась. Из 3948 израильских специалистов, работавших за рубежом в период 1958–1970 гг., 3483 израильтянина находились в странах Африки. Из 13 790 иностранных студентов, учившихся в Израиле на протяжении того же периода, почти половину составляли африканцы. Израильские специалисты осуществляли в Африке самые различные и масштабные проекты. В числе прочих следует назвать экспериментальный проект по созданию оросительной системы на хлопковых полях Танзании, школу для сельских социальных работников в Кении, предоставление Гистадрутом консультаций по организационным вопросам для Кенийской федерации труда, а также работу медицинских советников в Бурунди, Эфиопии, Гане, Либерии, Малави, Мали, Республике Конго (Браззавиль), Руанде,
