Способность к критике медленно, но верно сходила в нем на нет. Свои изречения он уже видел истиной в последней инстанции, а там, где прежде он проявил бы осмотрительность, начинал действовать грубо и топорно.
В чем-то он, пожалуй, был прав: ликвидатор явно не хватал звезд с неба.
Протодьяконы обычно заканчивают Духовную академию. В ее стенах Пантелеймон не проявил себя великим мыслителем, и коэффициент его умственного развития был не самым высоким, но, однако, и не самым низким - так, крепкий середнячок.
Троечник-четверочник, обычный школяр.
Гораздо больших успехов он добился в физических упражнениях, чем обратил на себя внимание соответствующих отделений Секретной Православной Службы.
Его давно могли рукоположить в священнический сан, но он отличался скромностью.
Говоря, что еще не чувствует в себе достаточных сил и не видит заслуг, чтобы служить Господу в качестве священника, он продолжал совершенствоваться в боевых искусствах и сферу деятельности избрал самую неблагодарную, черную.
К ликвидаторам везде относятся в лучшем случае с осмотрительностью и опаской.
Ликвидатор всегда способен вонзить нож в спину своим благодетелям.
Ликвидатора могут перевербовать, чем, собственно, и занимался Ликтор.
Поэтому Виссарион, посылая Пантелеймона разобраться с обстановкой на месте, в известном смысле рисковал. Но Ликтор казался ему опаснее. У Виссариона давно уже сложилось впечатление, что этот субъект напрочь отбился от рук, в значительной мере переродившись сущностно, и теперь явно затевает какую-то собственную игру. …По ходу ночного бдения Челобитных лежал без сна, хотя и прикидывался спящим. У него хватало умения сложить два и два, так что рану на голове он с большой долей вероятности считал делом хозяйских рук.
Он мог бы и упрекнуть Ликтора в ессейской ереси за попытки найти всему физическое объяснение, ибо все находится в руках Божьих. Но он не стремился вступать в пререкания, равно как и безоглядно переходить на хозяйскую сторону.
Материя материей, но в округе все равно творилось что-то неладное. И можно, оказывается, превратиться в зверя - но может ли в данном случае идти речь лишь о психическом расстройстве под действием неизвестного снадобья? А эти странные наплывы беспробудного сна, продолжающегося сутками? И с кем-то же бьется Ликтор в лесу, кого-то переводит от бесплотного существования к плотскому и, стало быть, - весьма вероятно - смертному?
Демонского начала еще никто не отменял.
Конечно, он не станет напрочь отрицать физические ипостаси, для того и полез в хозяйские файлы. И этим, похоже, сильно разозлил хозяина.
Ликантропия!
Вот оно, слово это заморское. Не в его ли честь получил хозяин новое имя? Не в честь же, в самом деле, героя-людоеда из голливудского кино. А может быть, здесь сыграло роль и то, и другое…
Кто же дал ему это имя? Сам назвался?
Очень маловероятно. В Инквизиции ничего не бывает просто так.
«Виссарион и нарек», - сказал себе протодьякон.
Ответ лежал на поверхности. Какая-то особая миссия, специальное поручение для глубоко законспирированного агента. Имянаречение - прерогатива вышестоящих.
Щелкнул засов, скрипнули половицы: вошел Ликтор, и протодьякон постарался ничем не выдать своего бодрствования.
Хозяин какое-то время молча изучал лежащего протодьякона, затем перевел взгляд на пустую кружку из-под отвара.
Судя по всему, он решил положиться на целебную силу зелья - Челобитных и вправду изрядно клонило в сон, но он боролся с этим изо всех сил.
Ликтор вышел.
Пантелеймон лежал, прислушиваясь к звукам, доносившимся из соседней горницы, и гадая, чем же тот занят. К сожалению, телепатией протодьякон не владел. Но вот скрипнула дверь, и хозяин перешел в сени. Только бы он ушел…
Да - и только бы не вернулся бес…
С бесом без Ликтора ему сегодня не совладать.
Ликтор не возвращался очень долго, и Челобитных решил, что с него хватит ожидания. Он медленно встал; голова сразу же закружилась, но это быстро прошло.
Он лежал, не раздеваясь, а потому мигом подскочил к двери: заперто. Ну, на каждый запор найдется отмычка. Через пару минут Пантелеймону удалось сыскать кое-какой инструмент, а по железу он всегда был мастер. Еще немного - и шурупы вылетели с обратной стороны.
Если Ликтор застанет его за этим занятием, протодьякон пожалуется на страх перед нечистой силой. Слава Богу - впечатления еще были вполне свежими. Порядок!
При необходимости можно будет даже разыграть временное помутнение рассудка.
Перекрестившись, протодьякон толкнул дверь; засов слетел. Ничего, он успеет починить его - будет еще лучше, чем было.
В горнице стояла густая темнота.
Двигаясь на цыпочках, Челобитных выглянул в сени: вроде бы ни души. Вышел на двор - тоже никого. Ликтор, действительно, ушел.
Но надолго ли?
Не след задумываться над этим, надо действовать. Только на сей раз он уж будет осторожнее и не позволит оглушить себя кулаком сзади.
Челобитных сильно сомневался в том, что кто-то потер ликторовы файлы. Это мог бы сделать человек, какой-нибудь агент противоборствующей стороны, хорошо ориентирующийся в здешней обстановке. Но такой человек сразу бы засветился, а Ликтор едва ли стал бы скрывать, что обнаружил незнакомца.
Ну а нечисти стирать компьютерные файлы вообще как-то несподручно. У нее, конечно, получится, но она не склонна прибегать к услугам техники, предпочитая действовать по старинке. Она и не видит для себя опасности в какой-то машине, пусть даже самой хитроумной. Понятно, что самые высокие темные силы - о, они бы и на расщепленный атом набросились! Но и в этом случае они вряд ли полезли бы внутрь бомбы, предпочтя устроиться в человеческой голове…
А местное население компьютеров в глаза не видело.
Так что, кроме Ликтора, - некому.
И что, интересно, он с ними сделал, с файлами-то?
Неужто действительно стер?
В это слабо верилось. Файлы были ему важны, иначе Ликтор не стал бы глушить человека, которого то спасал, то убеждал, и которого вообще почему-то не убил сразу. Вдобавок, Ликтор писал какой-то трактат о Луне, и этот документ, безусловно, должен был храниться в исчезнувшей папке.
Неужто все труды коту под хвост?
Не может быть, наверняка перепрятал.
Но куда? Перебросил на диск?
Может быть.
Но диск легко найти. Легко и потерять…
Нет - все находится, скорее всего, на прежнем месте!
В углу пискнула мышь, и протодьякон шикнул на нее.
- Чтоб тебе, окаянная!..
Он плотнее затворил ставни, запер входную дверь, достал миниатюрный, но мощный фонарик. Двигаясь уже знакомым путем, вновь извлек компьютер и водрузил на стол.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
