В ревности.
— Да, мы смешали кровь, коснувшись ранами, но я прервала обряд. Я не приняла его власть. Спроси у Кази и Тайко. Они сказали, что ты пропал, и я убежала. Я испугалась, что магия изменит меня или просто я не смогу действовать, а мне нужно было тебя спасти, — её голос даже задрожал от обиды. — Я не маг, Идан. Не алайсиаги. И не стану ей. Никогда.
— Тогда как ты сюда попала? — хмыкнул Идан.
— Прошла по канату, — ответила Рута, шаря взглядом по тёмным углам в поисках какой-нибудь подставки.
Он посмотрел за окно.
— Но там же…
— Да. Очень высоко, но я акробатка, — сказал Рута, вздёрнув подбородок, и заметила, что впервые произнесла это слово без доли стыда и стеснения. — И знаешь, я смогла сюда попасть только потому, что я не маг. Башня надёжно защищена от магов. — Здесь ничего нет, — выдохнула она, не найдя подходящего предмета. — Попробуй магию.
— Не могу, — покачал головой Идан.
— Почему?
— Бог Времени здесь слишком силён. Я не могу достучаться до богини.
Рута подошла к нему вплотную. «Какая же я дура!»
— Расставь ноги, — потребовала она.
— Что? — парень захлопал глазами.
— Поставь ноги шире, я на тебя запрыгну.
По лицу Идана промелькнула слабая, но тёплая улыбка.
— Мне нравится эта идея.
— Ага. Мне тоже. — Рута чувствовала, как вспыхнуло её лицо, как вспотели ладошки, а ещё… Она слышала топот…
Идан расставил ноги, чуть отодвинулся от стены. Рута положила руки ему на плечи, мгновение, и она уже на его бёдрах. Он дышит ей в грудь, а она раздвигает пальцами несчастные железяки.
Топот, звон…
Один браслет ударился об стену. Рука Идана обессиленно рухнула на её колено.
— Ах ты, маленькая сучка! Взять её! — прогремел за спиной голос.
Шаги. Много шагов.
— Беги, Рута, — прошипел Идан.
Кто-то схватил за талию, оттаскивая от Идана. Рута вцепилась в него, он обнял её одной рукой, но сил ему не хватало.
— Поздно бежать, крошка, — посмеялся голос, и потащил за волосы.
Может, мама была права, и её барашки не такие уж и дурацкие? От боли у Руты потекли слёзы.
— Идан! — вскрикнул она, когда пальцы всё же не выдержали и разжались. — Пустите меня!
Если бы можно было достать кинжал… Рука метнулась к поясу, успела выхватить один из них и полоснула почти не глядя.
— Арр! — зарычал мужчина. — Держи руки! Тварь! Она задела меня!
Ломота в руках. Звон кинжала об пол. Верёвка на запястьях. Рута рвалась и всё пыталась поймать взгляд Идана.
— Идан! Борись! — закричала она, когда к нему пошёл в сверкающих доспехах грузный стражник, чтобы вернуть на место упавшую цепь. — Ты нужен мне, Идан! Борись!
Кто-то до боли сжал пальцами её подбородок и посмотрел в лицо злыми глазами.
— Заткнись и не дёргайся! — приказал он.
— Идан! — крикнула она, и тяжёлая рука проехалась по её лицу. Рута прикусила щеку. Зашипела.
Идан зарычал.
Все вокруг загудело, стены задребезжали, и башню водопадом окатил перезвон. От неожиданности все замерли.
— Идан, это всего лишь часы! Ты сильнее их. Борись!
— Вниз её! — приказал кто-то. Плечо заныло от боли.
— Идан!
— Х-х-х, — закряхтел грузный страж, падая на колени перед Иданом.
— Ты что творишь? — отшвырнув Руту к стене, второй бросился на выручку, но не добежал, а застыл на месте в позе метателя ядра, потом схватился за горло, согнулся и бухнулся на камень, хрипя и извиваясь.
Звон железа. Оковы упали, и Идан поднял на Руту чёрный взгляд. Медленно подошёл к ней, растирая свои запястья, поставил на ноги, притянул за талию. Она не сдержала улыбки. Он вернулся. Её Идан. В убийственном взгляде мерцал факел, наполняя его теплотой. Идан — огонь.
— Может, развяжешь меня?
Он помотал головой.
— Больше ты от меня не сбежишь.
Он убрал волосы от её лица и поцеловал её. Под раздражающие хрипы корчащихся на полу стражников поцелуй мага смерти закружил ей голову, и когда Идан выпустил её из объятий, Рута покачнулась, дёрнула связанными за спиной руками и чуть не завалилась на бок, но он успел её подхватить.
Тихо засмеялся.
— Теперь я буду освобождать тебя, — прошептал он ей на ухо. Дыхание обожгло всё внутри, и Рута прерывисто вздохнула.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ты меня уже освободил.
Он огляделся, поднял с пола кинжал и перерезал верёвку.
Его взгляд скользнул по её губам. Рута отдала бы всё, чтобы остановить этот момент, но бой часов оглушал и не позволял расслышать, что там происходило за дверью темницы, и было ещё кое-что, о чём Идан не знал.
— Найден пропал, — сказала она, коснувшись его руки.
— О, боги, — Идан глубоко вздохнул. Он здесь. Внизу.
— Откуда ты знаешь?
— Они сказали, что я следующий.
— Идём, — он потянул её за руку.
— Подожди. Твоя мама тоже у них.
— Как?
Рута пожала плечами.
— Давай через крышу. Если только ты не хочешь всех убивать.
— Не хочу, — ответил Идан. — Кази! Надо попробовать с ней связаться, — он закрыл глаза, но через пять секунд открыл и сплюнул на пол. — Гадские часы! Морок их сожри!
— О, я думала только Деян так ругается.
Идан пожал плечами.
— Семейное…
— Кази не поможет, она без сознания. Знаешь, что, я их остановлю. Беги, ищи Найдена!
— Как ты это сделаешь?
— Как-нибудь. Я же циркачка, — она подмигнула и, быстро поцеловав Идана в губы, вытащила у одного из утративших сознание стражников кинжал, пихнула его в нужны, вооружилась мечом, выглянула за дверь и выскочила в коридор. Идан выбежал за ней.
Здесь грохот стоял ещё оглушительней. Часы не отбивали время. Казалось, они отсчитывали минуты оставшихся жизней. Рута рванулась в часовую комнату, но дверь была заперта, она вернулась и крикнула в темноту:
— Идан, помоги!
Парень подбежал, взялся за ручку. Даже в тусклом свете факела Рута видела, как налились чернотой его глаза. Он упёрся ногой в стену и дёрнул на себя. Дверь с треском отворилась.
В ореоле синеватого мерцания на ними возвышался часовой механизм, как чудовище, готовящееся захватить и перемолоть свою жертву.
— Беги, Идан, — сказала Рута. — Я справляюсь.
39. Маг ценит время, ибо оно не бесконечно
Она протёрла об себя вспотевшие ладони. И сотрясаясь от ударов часов, приблизилась к ним, но, коснувшись мерцания, поняла, что проиграла битву с часовым механизмом. Мерцание было, на самом деле, невидимой стеной. Походив вдоль «стены» и не найдя хотя бы крошечной щёлочки, ведущей к маятнику и шестерёнкам, Рута вернулась к разбитому окошку. Стражники приходили в себя, ворочались и стонали. Она перешагнула через их распластавшиеся на полу тела, запрыгнула на подоконник и вышла на крышу. Оставался только один вариант.
Прокравшись вдоль стены к другой стороне Башни Времени, Рута посмотрела вниз через парапет. Подумать только! Любая ярмарка могла бы позавидовать такой толпе. Народ стекался бурлящими ручейками к площади, а навстречу такими же ручейками убегали те, кто понял, что происходит. Некоторые ручейки перемешивались и застревали, зажатые между домами. Одни давили вперёд, чтобы увидеть, как сражаются маги. Другие нажимали обратно, чтобы не получить магией по голове. Все кричали и визжали, а возле башенных стен, там, где невидимая граница преграждала путь к дверям и окнам башни времени, от которой отскакивала любая магия, там Рута увидела своих друзей.
Тайко.
Его она увидела первым. Сияющий кокон защищал его, а лучи, выпускаемые из его рук, прорезали тьму.
Рута вскочила на парапет и пошла по нему к часам. Отсюда, несмотря на звон колоколов над головой, на шум внизу, было слышно, как с шипением и скрежетом передвигается минутная стрелка.
Циферблат сиял в свете магии и встающего солнца.
Рута шагнула к циферблату. Минутная стрелка показывала почти на тридцать пять минут, часовая смотрела вниз. Окошко, ведущее в темноту за циферблатом, располагалось чуть выше девяти часов.
