Выскакиваем на улицу и несемся к припаркованному неподалеку электромобилю знаменитой марки.
Артур усаживает меня на пассажирское сиденье, сам занимает водительское место и заводит машину. Не включая фар, выезжает на дорогу и везет нас мимо нашего дома. Бросаю туда взгляд и, когда загорается свет в моей спальне, ахаю.
— Они знают! — вскрикиваю в ужасе.
— Ясно, — отвечает Артур, врубает фары и прибавляет ходу.
— Артур! Что будет, если нас найдут?
— Не “если”, малыш. Мы даже прятаться не станем.
— Ты правда сделал меня своей женой?
— Я же обещал, — отвечает он напряженно. — Черт, надо было брать байк.
Артур выжимает педаль газа, и на повороте нас чуть не сносит с дороги. Я бросаю взгляд на заднее стекло и снова вскрикиваю. По дороге за нами мчатся несколько джипов. Уверена, это папины люди.
— Артур, они едут за нами!
— Тише, малыш, — приглушенным голосом говорит Артур. — Я вижу. Ничего не бойся. Ну что ты так разволновалась? Я же рядом. Эй, — произносит, когда я всхлипываю.
— Что, если он убьет тебя?
— Он этого не сделает.
— Откуда ты знаешь?
— Грому невыгодно меня убивать. Ну же, Сима, успокаивайся.
— А ты?
— Что — я?
— Ты его не убьешь?
— Ни за что, малыш. Он же твой папа. Я люблю всех, кого любишь ты.
— Правда-правда? — спрашиваю, всхлипнув.
— Я тебе когда-нибудь врал?
— Нет, — отвечаю дрожащим голосом.
— И не собираюсь. Ну все, прекращай плакать. Скоро будем дома.
В машине раздается звонок телефона, и Артур принимает его.
— Если ты сейчас вернешь мою дочь домой, — звучит голос папы. Никогда не слышала, чтобы он разговаривал настолько жестко. В голосе стальные нотки. Звенящие и какие-то… даже не могу описать, но от них волоски на теле встают дыбом. — Артур, если вернешь ее, обойдемся простым разговором. Разойдемся, как в море корабли.
— А если нет? — спрашивает Артур.
— Ты сам знаешь, что может произойти. Не доводи до этого. Я тебе говорил, ты мне как сын, и я обещал Мише заботиться о тебе. Но разве можно позаботиться о человеке, который сам себя гонит в могилу?
— Папа! — восклицаю и снова плачу. Даже не так. Рыдаю. Захлебываюсь слезами.
— Сима, милая, ничего не бойся. Я заберу тебя, — смягчает голос папа.
— Нет! Я не хочу, чтобы ты забирал! Я люблю его! Ну почему ты не слышишь меня?!
— Блядь! — восклицает Артур и резко бьет по тормозам.
Я вскрикиваю, когда вижу, как прямо на нас несется еще одна машина. Свет фар ослепляет, и я зажмуриваюсь.
Артур резко дергает рулем, и мы слетаем с дороги. Нас трясет, кидает в стороны, но машина не переворачивается. Она утыкается передом в валун земли и останавливается.
— Слушай меня внимательно, — быстро говорит Артур, отстегивая мой ремень безопасности. — Сима! — рявкает так, что я вздрагиваю. Потом смягчает голос до привычного мне. — Малыш, слушай внимательно, — повторяет. — Что бы ни случилось, что бы со мной ни делали, не встревай, поняла? Сима, поняла? — резче спрашивает он и оглядывается.
К машине бегут люди, а я хватаю Артура за руки.
— Ну! — рычит он на меня. — Поняла?
— А если они тебя…
— Что бы ни случилось, Серафима! — рявкает он. — Пообещай!
— Обе… обещаю, — всхлипываю. — Я люблю тебя.
— И я — тебя, моя маленькая.
Артур на мгновение впивается в мои губы поцелуем, а потом резко открывает дверь и покидает машину. Сразу же поднимает руки, показывая, что безоружен.
Моя дверца распахивается, и меня резко выдергивают из тачки.
— Сима, блядь! — рычит Денис.
— Дэн, спаси его! — прошу брата, цепляясь за него. Бросаю взгляд на Артура, которого уже скрутили и в согнутом состоянии ведут от обочины в сторону дороги, где припаркованы несколько автомобилей. — Денис, не дай папе его убить! Я люблю его!
— Идем, маленькая.
— Да как вы все не понимаете?! — верещу так, что у самой уши закладывает. — Я люблю его!
— Идем. Они сами разберутся.
— Если с ним что-то случится… если папа его… у меня больше нет семьи, понял?!
Выдергиваю свою руку из его хватки и сама иду к машине, к которой меня ведет Денис.
Перед тем, как он усаживает меня в салон, оборачиваюсь туда, куда повели Артура, и мой животный вопль разрезает тишину округи. Потому что Артура заставляют встать на колени и приставляют пистолет к его голове.
Глава 49
Артур
— Заберите мой рюкзак из машины, — рычу, когда меня толкают, заставляя упасть на колени.
В затылок упирается ствол, и я слышу щелчок затвора. В этот момент по окрестностям разносится просто нечеловеческий вопль Симы, и у меня волосы встают дыбом. Инстинктивно дергаюсь в ту сторону, но меня хватают за волосы и заставляют остаться на месте.
— Отпустите, — слышу голос Матвея — старшего сына Громова.
— Но Алексей Валерьевич сказал…
— Поставить его на колени? — цедит Матвей. — Вы охуели совсем? Не понимаете, блядь, с кем имеете дело?! Отпустить! — рявкает так, что бойцы мгновенно подхватывают меня за руки и поднимают с земли. — Рюкзак принесите!
Я молча отряхиваю джинсы и поворачиваюсь к Моту.
— Есть закурить?
— Бросил, — качает головой, встав рядом. Мы оба смотрим на то, как бойцы обшаривают машину в поисках моего рюкзака. — Паш, дай сигарету.
Один из безопасников протягивает мне пачку с зажигалкой, и я закуриваю.
— Нахуя, Артур? — спрашивает Мот.
— Потому что люблю ее, — отвечаю правду.
— Почему она? Столько баб вокруг.
— Баб много. Любимая девушка одна.
— Отец не отдаст ее.
— Уже отдал.
— В каком смысле? — Матвей впивается в меня взглядом.
— В прямом. Она моя жена. Серафима больше не Громова, она теперь Шнайдер.
— Че, блядь? — шипит он, а потом хватает меня за футболку.
Я спокойно затягиваюсь и выпускаю дым в сторону, а потом встречаю взгляд Матвея.
— Она моя, — спокойно говорю я. — Для вас всех она часть семьи. А для меня — мое все. И я сдохну, но не остановлюсь, понял? Как ты был готов сдохнуть за Агату. Как Демон был готов сдохнуть за своего Ангела. Как Дэн чуть не сдох за свою Алису. Вот так и я готов сдохнуть за свою Симу. Конец истории.
— Отец тебе башку свернет.
— Похуй. Кроме Симы мне нечего терять.
Матвей отпускает меня и вздыхает. Бойцы протягивают ему мой рюкзак, и он проверяет его. Достает оттуда пушку и передает одному из безопасников, потом впечатывает рюкзак мне в грудак. Я делаю последнюю затяжку, и мы рассаживаемся по машинам.
Тачка с Симой отчалила сразу же после ее крика. Видимо, Дэн затолкал сестру в салон и увез. Так даже лучше. Если бы меня решили замочить
