Читаем без скачивания Присяжный заседатель - Джордж Грин

Джулиет смотрит на него немигающим взглядом, ничего не отвечает.

— Энни тоже думает, что я с ней играю. В этом виновата ты — убеждала ее не слушаться меня. А сейчас ее в этом убеждает полиция. Они искушают ее ласковыми речами, хотят, чтобы Энни сломалась. Ей предстоит сделать выбор, никто не придет ей на помощь, всем на нее наплевать. Днем и ночью на нее давят полицейские. Как ты думаешь, сможет ли в этих условиях Энни принять правильное решение? Думаю, что нет. Она поддастся влиянию своих новых друзей. Чтобы этого не произошло, Энни должна получить от меня сигнал — ясный, четкий, убедительный. Нужно ее встряхнуть. Пусть проглотит эту горькую пилюлю, придет в чувство. Я должен слегка ее напугать. И тогда, я знаю, она мне поверит. Джулиет молчит.

— Это совсем просто. Глотаешь таблетки, запиваешь бромовыми каплями, у тебя убыстряется кровообращение, нейроны обогащаются ионами хлорида, ты засыпаешь, никакой боли, сплошное удовольствие. Благостное, умиротворенное, всепрощающее настроение. Так как, Джулиет, ты мне поможешь? Ты поможешь мне спасти Оливера?

Она не отвечает. Видно, что ей очень страшно — зрачки превратились в крошечные точки. Но она его слышит — Учитель в этом не сомневается.

— Возможен и другой вариант, — говорит он. — Ты начинаешь сопротивляться, я в тебя стреляю. Конечно, я оставлю записку, попытаюсь инсценировать самоубийство, но не уверен, что полицейские на это купятся. Придется мне на несколько лет исчезнуть. Оливера все равно убьют, но сделаю это не я. Я буду, как дурак, сидеть у себя в поместье на острове Кюрасао, ловить рыбу, кататься на яхте, подыхать от скуки. И кому от этого лучше? Мне хуже, тебе хуже, Оливеру тоже. Так что выбирай сама. Что ты предпочитаешь?

Она молчит, не двигается. У нее слегка дергается левый глаз, и это вызывает у Учителя отвращение — нервный тик делает ее лицо упрямым, туповатым, примитивным. Кажется, она намерена наброситься на него с кулаками. Учитель готов к этому.

Но затем выражение ее лица меняется. Джулиет закрывает глаза, обмякает.

— Джулиет, — проникновенно шепчет он. — Ты ведь не хочешь, чтобы Оливер умер, еще не начав жить? Мы можем его спасти. А, Джулиет?

Глава 13

МЫ С НИМ КАК МУЖ И ЖЕНА

Следующее утро. Энни звонит своей подруге Инез.

— Целый дом? — ахает та. — Ты совсем сбрендила. Ты хоть представляешь себе, сколько стоит дом в округе Вестчестер?

— Но мне нужен совсем старый, заброшенный домишко, — говорит Энни. — Какая-нибудь развалюха, где никто не живет. Я собираюсь сделать из него скульптуру.

— И что это будет за скульптура?

— Пока мне не хочется об этом говорить.

— Ничего себе. Ты хочешь, чтобы я раздобыла деньги на покупку дома, а рассказывать о своей идее не желаешь. По-моему, подруга, ты совсем свихнулась.

— Я еще не до конца все продумала. Сначала мне нужно увидеть дом.

— Где же я найду тебе спонсора?

— Не знаю. Попробуй кого-нибудь подыскать. Если ты меня любишь, сделай это. Обещаю тебе, что такого произведения мир еще не видывал и вряд ли когда-нибудь увидит.

— Ладно, позвоню Заку Лайду.

— Нет!

— Как это нет? Ты что? У этого парня есть деньги, он на тебя буквально молится. Я уверена, он охотно согласится…

— Только не Зак Лайд.

— Но никого другого я этой идеей не заинтересую.

— Только не этого сукина сына — ты слышала?

— Послушай, детка…

— Слышала или нет? Не смей совать нос в мою работу!

— Как ты со мной разговариваешь?!

— Инез, это я не с тобой…

— Ничего не понимаю.

— Извини.

— Энни, что с тобой происходит? Ты попала в беду? Тебя что-то угнетает?

— Нет, я абсолютно счастлива. Я хочу заняться своим новым проектом. Я знаю, что сделаю это. Если ты мне не поможешь, придумаю что-нибудь другое.

Потом Энни расхаживает по своей мастерской из угла в угол, думает о доме. Давно уже она не испытывала такого неистового желания работать. Ежеминутно ей приходят в голову новые идеи.

Поток ее мыслей прерывается неожиданным дребезжанием телефона. Звук этот настолько ей неприятен, что Энни немедленно снимает трубку. Звонит Генри, друг Джулиет..

— Энни, это ты?

— Да.

— Джулиет умерла.

— Джулиет умерла, — тупо повторяет Энни.

— Они говорят, что она покончила с собой.

— Нет.

— Она мертва.

— Нет.

— Она наглоталась снотворного, оставила записку. В записке говорится, что она устала, не может больше выносить напряжение, хочет уйти от всего и от всех, не может больше изображать из себя сильную личность. Энни, я не верю. Джулиет не такая. Что все это значит? Что происходит?

Энни чувствует, что ей совсем плохо. Чтобы как-то ослабить боль, она берет в руки лопату, которой обычно работает в саду, размахивается и вышибает стеклянную дверь. Потом методично принимается за окна. Во все стороны летят мелкие осколки стекла, и ей кажется, что в их хаотичном движении можно обрести забвение.

Стеклянные окна разлетаются на кусочки одно за другим, но боль не ослабевает. Тогда Энни принимается за ящики. «Мечта об увольнении» превращается в груду щепок. Боль на это никак не реагирует. Нет спасения, нет избавления, нет облегчения…

Энни роняет лопату. Из горла вырывается истошный вопль. Энни впивается в ладонь зубами. Тишина. По лицу сбегает кровь. Щека горит огнем.

Оливер и Джесс подъезжают к дому на велосипедах. День пасмурный, холодный, с погодой сегодня опять не повезло. Маминой машины на месте нет — наверно, поехала куда-нибудь по хозяйственным делам, но у Оливера на душе неспокойно.

Он и Джесс объезжают дом, и вдруг Оливер нажимает на тормоз. Он видит, что в мастерской выбиты все стекла, дверь висит на одной петле. Повсюду щепки, осколки.

— Ни фига себе, — ахает Джесс.

Но Оливер уже соскочил с велосипеда и бежит к мастерской. Перескочив через бетонные ступеньки, он вбегает, смотрит во все глаза.

Эти ублюдки расколотили один из маминых ящиков. Оливер смотрит на доски, оборванные провода, сломанный моторчик. Потом взгляд его падает на лопату. Рукоятка окровавлена, рядом на полу свежие пятна крови.

— Мама! — кричит Оливер и выбегает во двор. Джесс так и застыл с разинутым ртом.

Продолжая кричать, Оливер бежит к дому, судорожно тыкает ключом в замочную скважину. В доме тихо. Оливер бежит по лестнице наверх, но мамы там нет. Где она? Что делать? Звонить в полицию? А может быть, нельзя? Что сделает этот подонок, если Оливер вызовет полицию? Почему он не оставит нас в покое — ведь мама сделала все, что он хотел?

— Мама!

Оливер смотрит в окно, видит, что к дому подъезжает мамина машина. Снизу уже орет Джесс:

— Эй, мужик, не психуй! Она приехала!

Машина гудит клаксоном — веселый, согревающий душу писк. Оливер сломя голову несется вниз — чуть шею себе не свернул на ступеньках. Выбегает во двор, кричит во все горло:

— Мама!

Он плачет, прижимается лицом к стеклу.

— Что произошло?

Энни опускает стекло, на сына не смотрит. Кажется, она даже не заметила, что он плачет. На щеке у нее порез, над бровью ссадина. Кроме того, она почему-то выкрасила волосы в рыжий цвет! По лицу Энни блуждает смутная улыбка.

— Ну-ка, ребята, садитесь в машину. Отвезем Джесса домой. Как дела в школе?

— Мама, что тут произошло?!

Джесс с любопытством на них смотрит.

— А, ты про это? — небрежно пожимает плечами Энни, глядя на мастерскую. — Так, настроение было паршивое. Сам знаешь, со мной это случается. Багажник открыт, положите туда велосипед Джесса и поедем.

Ничего не поделаешь, нужно слушаться. Когда машина выезжает на улицу, Энни вручает мальчикам по шоколадке. На лице ее все та же странная улыбка. Она включает радио на полную громкость, слушает музыку, шуршит шоколадкой. Все трое молчат. Оливер искоса смотрит на Джесса, и тот красноречиво закатывает глаза — мол, чокнутая у тебя мамаша.

Возле дома Джесса Оливер помогает другу вытащить из багажника велосипед. Мама выходит из машины и вдруг спрашивает:

— Послушай, Джесс, а где твой заграничный паспорт?

— Что-что?

— Где твой паспорт? Вы ведь в прошлом году всей семьей ездили в Англию, правильно? Вот я и спрашиваю, где твой паспорт.

Джесс смотрит на Оливера.

— Ну, по-моему, мама держит все документы в гостиной, в ящике.

— Можно мне посмотреть на твой паспорт? Понимаешь, я тут задумала одну скульптуру и хочу нарисовать паспорт Оливера. Мне нужен образец.

— Почему бы вам не взять паспорт вашего сына?

— А он не ездил за границу, у него паспорта нет.

— На моем такая паршивая фотография, — вздыхает Джесс. — Жутко идиотское выражение лица.

— Ничего, я только минутку на него посмотрю и тут же верну.

Джесс пожимает плечами и отправляется за паспортом.