за спинами своих подельников, которые, не теряя времени, набросились на меня, нанося довольно грамотные удары с разных направлений. Спасло меня то, что они, вероятно, не уделяли много времени отработке согласованных действий. Хотя, надо отдать им должное, первое, что они попытались сделать, так это охватить меня со всех сторон, что бы лишить возможности манёвра. Но я вовсе не планировал стоять на месте и ждать, покуда они нашинкуют меня тонкими пластиками, как батон сырокопчёной колбасы. Хотя именно к этому дело и шло. Пока мне, хоть и с большим трудом, но всё-таки удавалось блокировать и отводить их удары. Действовал я на пределе своих возможностей, и, при таком развитии событий, сил моих надолго хватить никак не могло.
Ребята были опытными, умелыми и весьма опасными. Но и я уже, конечно, был не тем мальчиком для битья, что два года назад, когда мастер Ли охаживал мои бока своим посохом, буквально вколачивая в меня азы воинской науки. Повинуясь некому наитию, я активировал артефакт скрыта. Даже с учётом того, что Ануэн его творчески доработала, модернизировала и усилила, абсолютно невидимым, я, разумеется, в этот момент не стал. Но, теперь в глазах своих оппонентов я должен был предстать облаком размытых серых пятен, висящих в воздухе над мостовой и совершающих хаотические движения друг относительно друга.
Я ожидал, что этот мой маневр заставит их растеряться. Но, как выяснилось, бандиты своего куража полностью не потеряли, заставив меня ещё раз отметить их несомненный профессионализм. Двое из них сразу отошли назад. Похоже, что в их глазах я перестал выглядеть, как различимая цель, а потому они сочли за лучшее временно выйти из боя.
Оставшаяся пара убийц продолжала наседать, так как у них, скорее всего, имелась хоть и слабенькая, но защита от ментального воздействия. Хотя, только один из их атаковал меня полноценно. Второй же наносил удары как-то неуверенно, и, надо сказать, не особенно точно. Но даже это не помешало этим сволочам пару раз вскользь попасть по мне, так как надёжно заблокировать все удары мне уже не удавалось. Хорошо, что защитный артефакт сработал, и прямого ущерба удалось избежать. Но, само собой разумеется, что заряд артефакта не бесконечен, да и, судя по всему, отступившие бандиты отнюдь не вечно будут слепо на меня щуриться. Артефакт скрыта тоже, рано или поздно, разрядится. И тогда мне очень не поздоровится. А потому, мне необходимо безотлагательно озаботиться радикальным сокращением поголовья своих оппонентов.
Я внезапно метнулся вправо, разрывая дистанцию с атакующими меня бандитами, и, опираясь на древко глефы, как на шест, перепрыгнул им за спины. И тут я оказался в непосредственной близости от тех бандитов, на которых особенно сильно сказалось действие моего маскировочного артефакта. Раскрутив глефу, я нанёс режущий удар в горло одному из них. В воздух взметнулся алый фонтан. Одним гопником в городе стало меньше.
Глава 20.2 — Нападение. Финал
Я сделал ещё пару шагов, стремясь удержать дистанцию между собой и парой наиболее активных нападающих, одновременно планируя покончить и со вторым, плохо меня различающим, вражеским бойцом. Но тут на меня выскочил их руководитель. Видимо он посчитал, что видит меня, всё-таки, лучше, чем его, хлопающий глазами в сторонке, подчинённый. Даже не смотря на то, что кровь из раны на голове продолжала сочиться и стекать ему на лицо, периодически заливая глаза.
Я обозначил колющий удар ему в живот. Он ожидаемо развернулся ко мне боком, пропуская лезвие глефы мимо себя и подшагнул ко мне с занесённым для удара мечом. Я же сделал отшаг назад, избегая рубящего удара противника, и одновременно опуская лезвие своего оружия вниз. Всё получилось. Результатом моих действий стала глубокая резаная рана на его бедре, которая сразу же заплыла тёмной кровью. Возможно, я там что-то очень серьёзно повредил, так как мой противник с глухим стоном осел на камни мостовой и лихорадочно завозился, видимо, в поисках того, что можно было бы использовать в качестве жгута, чтобы перетянуть рану.
Добить его я, к великому своему сожалению, не мог, так как на защиту своего предводителя бросились все оставшиеся на ногах убийцы, включая даже того, который видел меня совсем кое-как. Так дело не пойдёт. Оппоненты мои, видимо, наконец, сконцентрировались, пришли в себя и начали весьма активно на меня наседать. И тут я бросил взгляд на массивные каменные балконы, украшенные аляповатой лепниной, которые нависали над переулком. А что, если?
Я кувыркнулся назад, чтобы оторваться от серых, настойчиво пытающихся распустить меня на ленточки. Выходя в стойку, подпрыгнул и опустил лезвие своего оружия на одну из почерневших опор. Трухлявое бревно без всякого сопротивления развалилось, и вся махина балкона, начала опасно крениться. На голову мне посыпалась деревянная труха, мелкие камушки и прочий мусор. Мои противники же, раскусив моё намерение отгородиться от них с помощью обрушения балкона, ринулись ко мне. Я взмахнул глефой ещё раз, подрубая оставшуюся опору.
Похоже, задумка моя удалась, но, к моему великому сожалению, обломки большого каменного балкона погребли под собой только одного из моих преследователей. Но зато этот был самым резвым. Я оказался лицом к лицу с двумя оставшимися убийцами. Тот, у которого с глазами было получше, вознамерился было атаковать меня с той стороны переулка, которая была меньше засыпана мусором и обломками упавшего балкона. Он ушёл в длинный кувырок, рассчитывая пролететь под лезвием глефы и выйти в стойку в непосредственной близости от меня.
Да, отойти с сохранением дистанции я не успевал, а это значит, что использоватьклинок своего оружия я сейчас не мог. Этот паразит уже вкатился в мёртвую зону. Но, в моём распоряжении оставалось само древко глефы, которое я и использовал, как боевой шест. Я отшагнул немного в сторону, чтобы уйти с линии атаки и обезопасить себя от удара мечом по ногам. Поднял глефу вертикально вверх, а затем, что было сил, опустил пронзающим движением окованную железом, увесистую пятку её древка прямиком на серого. Он к тому моменту уже поднимался в стойку, одновременно отводя в сторону меч для ещё одного удара.
Звук, последовавший сразу за моим ударом, возвестил о том, что окованное железом и усиленное продольными металлическими полосами крепкое древко соприкоснулась с черепом атакующего убийцы. Мало того, что оно с ним соприкоснулась, оно его пробило и смяло, как тухлое яйцо, из недр которого выплеснулась серо-розовая кашица, бывшая совсем недавно мозгом бедняги. Ещё один выбыл из игры. И это не могло не радовать.
Но, силы мои
