— Где зона багажа? — спросила я первую встречную девушку в униформе.
Официантка была нагружена бокалами с синтетической кровью на огромном круглом подносе. Она ни на секунду не остановилась, но кивнула головой в направлении двери в южной стене, помеченной надписью «Выход». За сегодняшний вечер мне достаточно.
Тяжелая дверь открывала ступеньки, ведущие на нижний этаж, который, как я понимаю, был полностью под землей. Там, откуда я приехала, нет подвалов (из-за очень высокого уровня грунтовых вод), поэтому меня слегка трясло, когда я спускалась ниже уровня улицы.
Я мчалась, как будто меня преследовали, что в некотором смысле было истиной, и я думала о чертовом чемодане, чтобы больше ни о чем не думать. Но когда я вышла на лестничную площадку, то встала как вкопанная.
Теперь, когда я ушла от чужих глаз, и оказалась одна, я воспользовалась возможностью постоять в тишине и облокотилась о стену. Я позволила себе отреагировать на то, что случилось. Меня затрясло, и когда я коснулся шеи, почувствовала что-то странное на воротнике. Я растянула ткань и сместила ее таким образом, чтобы могла скосить на нее глаза. Воротник был заляпан кровью. Слезы брызнули из моих глаз, и я сползла на корточки на площадке этой мрачной лестницы в далеком от моего дома городе.
12
Я просто не могла осмыслить то, что произошло. Я не могла привести к согласию мое представление о себе и свой поступок. Я точно могла сказать себе, что была там. И даже тогда случившееся не казалось убедительным.
— Хорошо, Сьюки, — сказала я себе. — Что еще ты могла бы сделать? Времени для детального осмысления не было, а быстрый анализ возможностей показал, что выбор был равен нулю. Я не смогла бы прогнать Андре или убедить его оставить меня в покое. Эрик мог бы драться с ним, но он выбрал другой путь, потому, что хотел сохранить свое место в иерархии Луизиана, а также потому, что Андре мог потом отыграться. Даже если бы он случайно одержал победу, то наказание было бы невероятно тяжелым. Вампиры не сражаются за людей.
Кроме того, я могла бы предпочесть смерть обмену крови, хоть и я не совсем понимала, каким образом могла это сделать, но была совершенно уверена, что не хотела этого.
Я просто ничего не могла сделать, по крайней мере, ничего такого, что пришло бы мне на ум, пока я сидела на корточках на этой мерзопакостной задней лестнице.
Я встряхнулась, вытерла лицо платочком из кармана, и пригладила волосы. Когда я поднялась, мои мысли находились в большем порядке. Я была на верном пути к восстановлению своего «Я». А остальное можно было оставить на потом.
Я распахнула металлическую дверь, и шагнула в катакомбы подземных туннелей с бетонными перекрытиями. Так как я продвигалась дальше в служебную зону отеля (начиная с первого однотонного коридора), оформление было сведено к минимуму. Эта зона была абсолютно утилитарна.
Никто не уделил мне ни малейшего внимания, так что я могла хорошенько осмотреться вокруг. Нельзя сказать, что я спешила вернуться к королеве, не так ли? На противоположной стороне был огромный грузовой лифт. Этот отель проектировался таким образом, чтобы по возможности сократить количество мест, через которые могло бы быть совершено вторжение, как людей, так и враждебных солнечных лучей. Но отель должен был иметь, по крайней мере, один крупный терминал для погрузки и выгрузки гробов и снабжения отеля. Это был тот лифт, который обслуживал терминал. Гробы поступали сюда прежде, чем доставлялись в предписанные им комнаты. Двое мужчин в униформе, вооруженные дробовиками, стояли лицом к лифту, но, должна сказать, что они выглядели на удивление скучающими, в отличие от стоящих на чеку охранников в вестибюле.
Возле дальней стены, слева от огромного лифта, в некоем захудалом «чемоданном загончике» жались вместе какие-то чемоданы. Площадь «загончика» была обнесена столбиками с вытяжной лентой вроде тех, которые используют для направления народа в аэропортах. Возле чемоданов никто не дежурил, поэтому я подошла туда — а прогулка была не близкой — и стала читать этикетки. Рядом, так же как и я, в поисках багажа, стоял еще один чей-то служащий: молодой человек в очках и деловом костюме.
— Что Вы ищете? — спросила я. — Если я правильно понимаю, пока я буду искать, могу наткнуться на Ваш багаж.
— Хорошая мысль. Нам позвонили и сказали, что здесь внизу находится наш чемодан, на котором не указан номера комнаты, поэтому я здесь. На этикетке должно быть написано: «Фиби Голден, королева Айовы» или что-то вроде того. А Вы что ищите?
— Софи-Энн Леклерк, штат Луизиана.
— Ого, Вы работаете на нее? Она это сделала?
— Нет, и я уверена, потому что была там, — сказала я, и любопытство, написанное на его лице, усилилось. Но он понял, что я не намерена это обсуждать, и вернулся к поискам.
Я была удивлена количеством чемоданов на стойке багажа.
— А почему бы им просто не развести это всё и не оставить в комнатах? — спросила я молодого человека. — Как остальной багаж?
Он пожал плечами.
— Я бы сказал, что это своего рода вопрос ответственности. Мы должны лично опознать свои чемоданы, чтобы они могли сказать, что именно мы их выбрали. — О, а вот и то, что мне нужно, — сказал он через мгновенье. — Я не могу прочитать имя владельца, но здесь сказано: «Айова», поэтому он должен принадлежать кому-то из нашей делегации. Ну, до свидания, приятно было с Вами поговорить.
И он живо удалился с черным чемоданом на колесиках.
Вскоре после этого я сорвала свой джек-пот. Синий кожаный чемодан имел пометку «Шериф, Зона»- ну, это было так коряво написано, что разобрать было почти невозможно. Почерк вампиров может слишком отличаться в зависимости от их образования и той эпохи, когда они родились. «Луизиана» — вот, что гласил лейбл. Я взяла старый чемодан и перетащила его через ограждение. Написанное не стало яснее, когда оказалось ближе к моим глазам. Как и мой коллега из Айовы, я решила, что лучше всего будет забрать его наверх, и показывать всем подряд, пока кто-нибудь его не признает.
Один из вооруженных охранников повернулся вполоборота от своего поста, чтобы посмотреть, что я делаю.
— Куда Вы собираетесь с этим, красавица? — крикнул он.
— Я работаю на королеву Луизианы. Она направила меня вниз, чтобы взять его, — сказала я.
— Ваше имя?
— Сьюки Стакхаус.
— Эй, Джо! — он обратился коллеге-работнику, крупному парню, который сидел за весьма уродливым столом с разбитым компьютером. — Пробей имя Стакхаус. Сделаешь?
— Базара ноль, — сказал Джо, отрывая взгляд от молодого айованца, который был едва заметен по другую сторону туннеля.
