щита.
– Олег! – запоздал крикнул Лид.
Врезавшись спиной в стену, десантник сполз по ней вниз и закашлялся, хватаясь за грудь. Но к его удивлению, дышалось легко и свободно, а значит, ребра были целы, да и затылок, вместо того чтобы разбиться об каменную стену зала, лишь немного чесался. Все еще не веря в свое чудесное спасение, парень еще раз похлопал себя по груди и случайно задел рукой амулет, подаренный ему Моррисом. Артефакт нагрелся и еле заметно светился.
«Потому что я встретил человека, чья вера сильнее моей», – прозвучали в голове слова клирика. Олег злобно усмехнулся и мысленно коснулся своего источника – увы, но доступа к магии все еще не было.
«Да и плевать!» – подумал парень, поднимаясь на ноги и подхватывая молот, который он выронил во время своего недолгого полета.
– Ну держись мешок с костями, – совершенно спокойно произнес Олег и быстрой походкой, ускоряясь с каждым шагом, начал свой разбег.
Мозг будто сам просчитывал траекторию пути: полковник приближается с левого фланга, обходя клирика сбоку, Моррис неподвижной скалой стоит перед скелетоном, выронив свою булаву, священник обеими руками удерживает тусклый щит, раз за разом повторяя свою молитву.
Олег, чувствуя, как амулет начинает биться в такт с его сердцем, а за спиной разворачиваются ослепительно яркие крылья веры, оттолкнулся ногами от земли и неожиданно для всех взмыл в воздух, замахиваясь ставшим легким, словно перышко, молотом.
– Вместе! – из легких парня, зависшего над скелетоном, вырывается полурыык-полуклич.
Глава 33
Константин, зависший над своим телом, которое до сих пор билось в припадке, отстраненно наблюдал за разворачивающимися в зале событиями:
Стремительные зомби рвут доспехи незадачливых солдат.
Скалящиеся скелеты нанизывают себя на копья, добираются до оцепеневших копейщиков и впиваются в них зубами.
Стройная шеренга закованных в тяжелую броню бастионских латников, катком давящая мертвяков, пробивается к здоровенной туше гнилого мяса, размахивающей ржавой цепью с огромным крюком на конце. От монстра разливалась схожая со скелетоном темная аура, а нежить, кружащая вокруг него, была не в пример сильнее прочей.
Закусивший губу, Мрак, разворачивающий метатель в сторону крайнего коридора, откуда выходил на зов своего господина опасный на вид двухметровый скелет-миньон.
Полукруг бастионских воинов, ощерившихся оружием, из последних сил сдерживающихся от атаки по отпрянувшей от них нежити.
А в центре всего этого хаоса сознание Константина словно сфотографировало битву света и тьмы:
Упавший на правое колено священник, из последних сил прикрывающийся башенным щитом…
Полыхающий золотым светом уверенности и величия полковник, замахивающийся голым кулаком, чтобы ударить в правое колено скелету…
Взмывший в воздух Олег, с размаха опускающий молот на черепушку скелетона. Ослепительно белые крылья, раскрывшиеся за спиной десантника, внушали трепет и гордость…
«А неплохо они тут без меня развлекаются», – подумал аналитик, «проваливаясь» в свое тело. Что-то щелкнуло и события понеслись вскачь.
Последний заряд огненного лепестка ударил почти вышедшего из тоннеля скелета-миньона точно в грудь, отбрасывая его назад и испепеляя пожелтевшие кости в пыль.
Вырвавшийся из коридора язык пламени слизнул добрый десяток упырей и подсветил огненными всполохами крылья Олега, превратив его в ангела мщения.
Разнесшийся на весь зал хруст сломанного колена перекрылся хрустом черепа скелетона, разлетевшегося сотней неровных кусков – полковник с Олежей ударили практически синхронно.
Священник, приняв на щит скользящий удар, позволил щиту упасть на землю и, подхватив свою булаву, хэкнул, разворачиваясь вокруг себя. Булава, разогнанная весом клирика с гудением рассекла воздух и радостно влетела в локоть скелету, дробя его в муку.
Лид с бойцами, словно дождавшись, когда скелетон начнет заваливаться на землю, подскочили с молотами наперевес. Пятерка, не обращая внимания на попытки скелета встать, принялась дробить поверженного короля мертвых на части.
Погодник, оставив Сахарка на попечение пришедшего в себя Константина, уже бежал к скрипящему зубами скелетону, срывая с пояса огненное зелье.
Шарп командует атаку и увлекает бастионских воинов за собой, врезаясь в ряды ошеломленной нежити. Молчаливый воин исчезает в стальном вихре, в полную силу используя преимущество двух клинков.
Оливер, неподвижно стоящий до этого подле Константина и со слезами на глазах наблюдающий за разворачивающимся сражением, вдруг улыбнулся. Чародей, оказавшийся в этом бою ненужным балластом, почувствовал отклик стихии. Его глаза зажглись огнем, а в центре немертвого войска вспыхнуло огненное кольцо.
Бастионские латники, дошагавшие до груды ревущего мяса, размахивающего ржавой цепью с крюком, синхронно толкнули монстра щитами и, с помощью копейщиков, следующих за воинами по пятам, опрокинули гиганта на землю. Копейщики отступили под защиту стен, а латники принялись пластать одного из лидеров нежити, отсекая своими клинками целые куски гнилого мяса.
Армия мертвых, одного за другим потерявшая своих командиров, развалилась, превратившись в толпу неуправляемого сброда. В индивидуальных поединках у мертвяков, может быть, еще и оставались шансы, но командующие баррикады не давали возможность нежити реализовать свое преимущество, стягивая войска и разрозненные отряды в плотные бронированные кулаки.
Отступившие копейщики дождались подкрепления в виде еще одного взвода латников и устроили целенаправленную охоту на упырей и костяных гончих, пришпиливая юркую нежить к земле и лишая ее подвижности.
С баррикады снова полетели огненные шары, встреченные радостным ревом армии. Магия вновь проснулась на залитом кровью поле боя.
Глава 34
Зачистка длилась еще около часа. Бастионцы вывели все резервы, предпочитая уничтожить как можно больше нежити и не потерять при этом солдат. Защитные куполы, поставленные Тенью, продержались не десять минут, как утверждал мэтр Раби, а добрый час.
Но армия уже была готова, и жидкий, по сравнению с тем, что недавно творилось в зале, поток нежити, хлынувший из двух тоннелей, был сожжен магами, спустившимися со стен баррикады. А остальных добили уставшие латники.
Силы нежити, способные серьезно повлиять на исход сражения во время схватки, сейчас стали лишь смазкой на мечах воинов Бастиона. А добравшиеся наконец-то до тоннелей маги дружно взмахнули руками, обрушивая своды большей части ходов.
Отец Моррис, не отвлекаясь на добивание остатков нежити, хлопотал над еле дышащим Сахарком. Так глупо подставившийся воин лежал около каменной стены, куда его оттащили Мрак с Тенью. Лучше бы было передать его бастионским медикам, но пока что это было невозможно.
Несмотря на значительный вклад в победу, перебежчики Крепости оказались невзначай окруженными латниками и магами Бастиона. Не вступая в переговоры и виновато отводя в сторону глаза, бывшие союзники взяли отряд полковника в плотное кольцо.
– Что будем делать? – одними губами спросил Константин, который после отката до сих пор с трудом стоял на ногах.
– Договариваться, – улыбнулся полковник, уверенно
