- Что ну?
- Ты пришла ко мне помолчать?
Закусываю губу и спрашиваю:
- Зачем он так с тобой? Или ты сам этого хочешь?
Приподнимает бровь в удивлении и уточняет:
- Ты думаешь моей мечтой было жениться в двадцать три года на какой-то малолетке, которую я никогда в жизни не видел?
Да, звучит глупо, но всякое может быть.
- Тогда что?
Поворачивается и отходит к шкафу, из которого достает ещё тонну одежды, как минимум, и не успеваю я понять, как кидает все это мне на колени.
Я удивлённо вскидываю на него глаза, на что он отвечает, не моргнув глазом:
- Не сиди без дела, раз пришла.
Недовольно поджимаю губы, но молча начинаю доставать вешалки, отсортировывая одежду и складывая в чемодан.
Долго смотрит как прилежно я справляюсь со своей работой и уходит из комнаты.
Сижу, тупо смотря на закрытую дверь и не понимая, что я вообще здесь делаю.
Заходит со вторым чемоданом, который также без лишних разговоров ложит на кровать и открывает, начиная перекладывать туда все то, что не влезло в первый.
Потом выпрямляется, и все-таки удосуживается объяснить:
- Кое-кто увидел у меня милое красное платье на полу и решил, что я вожу шашни с девками лёгкого поведения. Ещё тогда он сказал, что, если я не могу сам разобраться со своими девками, значит это сделает он. Ну, остальное ты и сама знаешь…
Моя рука зависает на пол пути с очередной его рубашкой и я, округлив, смотрю на него во все глаза.
- Получается, в том, что тебя хотят женить МОЯ ВИНА? - Он ничего не говорит, а меня вдруг осеняет, – давай скажем ему, что это было мое платье?!
Он отбирает свою рубашку, которую я все ещё сжимаю в руках и, скомковав, кидает в чемодан.
- Даже не думай об этом! Нахрен надо! Сам разберусь как-нибудь!
Затем вдруг лукаво улыбается и выдает:
- Тем более отец сказал, что там неписанная красавица, вдруг я всё-таки передумаю и мне захочется на ней жениться без какого-либо договора?
Во мне неизвестно откуда просыпается злость и ещё какое-то чувство, до этого мной неведомое. Просто как лавина накрывает меня с головой. Я тут пытаюсь решить проблему, а он жениться собрался, причем на полном серьезе!
Резко вскакиваю, кинув неуложенные вещи на кровать кучей, и топаю к выходу, на ходу бросив:
- Ну и флаг в руки тогда!
Уже у двери чувствую, как меня за талию перехватывают стальные руки, не давая и шагу сделать. Повисаю как кукла, не касаясь пола. А внутри все бурлит. Хочется что-нибудь тяжёлое разбить о его голову.
- Отвали! Достал уже!
На что ответа так и не получаю.
Начинаю с остервенением брыкаться, пытаясь выпутаться из оков. Он стойко терпит мою истерику, пока у меня не заканчиваются силы. Ставит на пол, не отпуская талию. Прижимается к моей спине всем телом, и, наклонившись, зарывается носом в волосы и вдыхает.
Я безумно зла ДО СИХ ПОР!
- Хватит вынюхивать меня как собака! – зло рычу на него, хотя по телу проходит приятная дрожь от касания его носа к моей шее. Чувствую, как он начинает содрогаться всем телом от смеха.
Супер!
Я рада, что повеселила его!
- Я балдею с тебя! – выдает он не отпуская и все ещё посмеиваясь, затем тихо в ушко шепчет, - чего злишься?
Фиг я скажу ему, что он вызывает во мне теплые чувства, а ещё…ревность!
О Господи, а главное кого я ревную? Вот этого мажора, у которого было девушек вагон и маленькая тележка?
Беру себя в руки и спокойно выдаю:
- Я хоть как-то пытаюсь решить твою проблему, но если это не проблема, тогда я смываю руки.
- И это все? – с придыханием шепчет он мне где-то возле шеи. Ведёт носом от плеча к подбородку, щекоча горячим дыханием чувствительную кожу. Закрываю глаза, отдаваясь ощущениям. Это безумно приятно! Чувствую, как желание зарождается в животе и вместе с кровью распространяется по всему телу, отдаваясь в низ живота сладкой болью. Мысли улетучиваются вместе со здравым смыслом. Не могу удержаться и стону:
- Ммм…
Чувствую, как мне в поясницу упирается что-то твердое и большое. Он находит рукой конец домашней футболки и ныряет внутрь, поднимаясь все выше, пока не накрывает грудь рукой. Стонем уже в унисон. Через кружевной лифчик трет сосок большим пальцем, пока он не превращается в чувствительную горошину, которая упирается в его большую ладонь.
Языком выписывает какие-то незамысловатые узоры у меня на шее, слегка царапая кожу своей щетиной, а я прям как оголенный провод. Кожа настолько восприимчива к его касаниям, что ещё чуть-чуть и я взорвусь. Дышу рвано, когда чувствую, как его рука находит край домашних штанов и ныряет под них.
- Ах…
Господи! Пробирается к самому чувствительному месту у меня на теле. Задерживаю дыхание...
