Читаем без скачивания Свидание под мантией - Дарья Донцова

– Зачем? – не поняла Ира.

Софья рассказала свой план. Ирина, взяв Виктора и Сонечку, сейчас уйдет домой, а особняк Нечаевых взорвется, случится утечка газа. Софья Михайловна, Геннадий Андреевич, Виктор и Арина «погибнут». В живых останутся только Ира и аспирантка Ольга. Первая, потому что, как всегда, вечером ушла в свою хибарку, а вторая по причине отъезда в Москву.

– Ужас! – испугалась домработница.

– Нет, это единственный выход из положения, – отрезала Софья. – Народ станет считать Нечаевых погибшими. Виктор избежит тюрьмы, имя Геннадия Андреевича не будет замаранным грязью. Один из моих бывших подопечных отсидел срок за изготовление фальшивых документов, он мне сделает…

Софья остановилась.

– Ира! Не время сейчас полностью излагать мой план. Запомни то, что нужно, твоя задача быстро купить новую квартиру, перевезти туда Сонечку с Витей и ждать моего прихода. Ждать! Может, я задержусь, но совершенно точно приеду. Не сомневайся! Жди! Не верь никаким слухам обо мне! Я не умру! Ира, доверяю тебе самое дорогое: девочку и сына, береги их! И жди меня. Поклянись на иконе, что будешь ждать, несмотря ни на что.

И домработница дала обещание никогда не бросать «мужа» и «дочь».

– Вот почему в нашей семье нет фотографий, – ошарашенно протянула Ксюша. – А Петр, очутившись в больнице, принял меня за Арину. Ольга Ивановна воскликнула: «У тебя одно лицо с Ариной и пальцы к вискам так же подносишь». Петр Сергеевич внезапно стал вспоминать прошлое. Он на свои руки посмотрел и сказал: «Они не мои, у меня кожа не такая». Ну конечно! Виктор-то был молод, у него не было пигментных пятен. Вот бедняга! Он не узнал свои постаревшие лапы, а вовсе не сходил с ума, как я думала. Наоборот, ум к нему возвращался! А еще мне привиделась сцена: Мармеладовна в светлом платье с красной каймой. Думаю, это была ночная рубашка в крови Геннадия Андреевича, небось Софья Михайловна испачкала подол, когда находилась около трупа мужа. И «Чинара»! Мы ходили в этот ресторан, там очень вкусно готовили! Я будто оживаю сейчас! А еще мы на днях с отцом, то есть с Петром Сергеевичем, вернее, с Виктором, ездили к бабке, я хотела его от алкоголизма избавить, а знахарка отказала, понесла чушь про какой-то штырь в голове и у отца, и у меня, она приговаривала: «Ему за дело, а тебе за чужой грех». Я посчитала старуху обманщицей, вымогательницей, но она, оказывается, поняла, что мы лишены памяти. Как это у нее получилось?

– Иногда среди старух встречаются настоящие целительницы, – сказал Вик.

– Мы с отцом зашли по дороге в забегаловку! – не успокаивалась Ксения. – Даша, помнишь, он заглянул в туалет, увидел, что уборщик расписывается в графике, а тот решил пошутить, сказал, что всем посетителям положено отмечаться. Мы в тубзик зашли, а папахен с трудом – давно ручку не держал – выводит на листке: «Викнеч» – Виктор Нечаев! Профессор-то усыновил пасынка, значит, дал ему свою фамилию. Помнишь? Я еще сказала: «Кирдык котенку, забыл, как его зовут!» А оказывается, он вспомнил свое имя! С ума сойти!

Я молча кивнула. А Ксю никак не могла успокоиться.

– Вот почему меня тянуло идти учиться на психолога. Я с пятого класса знала, кем стану! Вот отчего я так блестяще училась! Я Соня! Но… постой… Куда же подевался настоящий Петр Сергеевич, муж Ирины?

– Он остался в доме, – мрачно ответил Вик. – Давай продолжу рассказ.

Ирина тайком отнесла в свою квартиру Сонечку, потом они с Софьей Михайловной погрузили на садовую тележку спящего Виктора и привезли к Королевым. Женщинам повезло, никто их не заметил. Затем Софья Михайловна вернулась назад, а домработнице велела весь день не выходить, ждать, когда ее пригласит следователь, рассказать ему, что она ушла домой, а семья Нечаевых осталась в особняке. И сказать, что Ольга уехала в столицу. А спустя несколько дней поздно вечером вызвать такси и сматываться в Москву.

Ирина рассказала мне, что профессорша хотела поджечь дом, имитировать несчастный случай. Огонь уничтожит следы убийства, никаких досужих домыслов не возникнет. Об алкоголике Петре, который спал в гостевой комнате, якобы просто забыли. Но, думаю, Софья Михайловна прекрасно помнила о пьянице и запланировала его смерть. Иначе почему она велела Ире выдать Виктора за своего мужа? Нет, ради спасения сына и Сонечки, а главное, ради сохранения доброго имени Геннадия Андреевича профессорша пожертвовала запойным алкоголиком. Вот только что-то пошло не так. Софья Михайловна открыла газ, вышла во двор и… Мы никогда не узнаем, что случилось. Был очень сильный взрыв, вспыхнул пожар, который действительно уничтожил все следы. Осталось лишь немного костей от Геннадия Андреевича и якобы от Виктора, от Сони и Арины пряди волос, которые валялись в саду, их вроде выкинуло из здания. А вот Софью Михайловну нашли у калитки, ее взрывной волной швырнуло на землю, она упала на скамейку головой и сломала шею. Софья просто не успела убежать, не рассчитала, что газ рванет с такой силой.

– Ну и ну! – удивилась я. – И никто не понял, что произошло на самом деле? От мужчин остались кости, а от Арины ничего? Следователь не удивился, что женщина и ребенок сгорела без остатка? Я не эксперт, но знаю, что всегда что-то остается. Пряди волос на улице? Это как-то странно.

Вик помолчал, потом сказал:

– Следствие вели не очень умные и опытные люди. Дело происходило в девяностые годы, в самое бандитское время, когда каждый день случались убийства, перестрелки, грабежи. Из МВД начался отток лучших сотрудников, правоохранительные органы сотрясали безостановочные реорганизации, начальство тасовалось, как колода карт в руках шулера, а здесь вроде все было ясно: взрыв газа, бытовуха. Ирина, придя к следователю, ужасно нервничала, плакала, но четко выполнила все указания Софьи. Тот поверил домработнице и допросил ее всего один раз.

– Почему? – удивилась я.

Вик взял бутерброд с паштетом, мигом уронил его на себя и расстроился.

– Вот черт! Прямо из руки выпрыгнул. Почему Ира более не интересовала местную милицию? Нехорошо говорить в этой ситуации «повезло», но иначе не выразишься. Дом Нечаева взлетел на воздух рано утром. В районе пяти вечера с Ириной провели беседу. Не успела Королева вернуться домой, как на рынке в Пузырске прогремел мощный взрыв. В одном кафе, где ели торговцы и посетители, рванули баллоны с газом. Было много погибших, масса раненых. Все силы местной милиции были брошены туда. Сначала произошедшее сочли терактом, приехали спецы из Москвы, началось столпотворение, родственники рыдали, осаждали местную администрацию.

– На фоне большого несчастья трагедия в доме Нечаевых померкла, – кивнула я.

– Верно, – согласился Вик, – соседи Ирины оплакивали своих покойников. То, что спустя несколько дней после гибели семьи профессора Королевы куда-то уехали, никто не заметил. Не до сплетен людям было. Произошедшее в доме Геннадия Андреевича быстро объявили несчастным случаем, дело отправили в архив. Софья Михайловна допустила несколько ошибок, но их никто не заметил.

– Каких? – живо спросила я.

– Разных, – покачал головой Вик, – все перечислять нет необходимости. Ну, например, пожалела собаку и отпустила ее. С какой стати домашний пес начал бегать по городку? А Ира прихватила Дика с собой.

– Вот кому принадлежала миска на антресолях, – протянула я.

– Отлично помню Дика, – кивнула Ксюша, – он очень долго прожил у нас.

Вик продолжил.

– Не нашлось никаких останков Арины и девочки. Но, повторяю, времена были сложные, плюс взрыв на рынке. Вскоре Бинск начинают покидать жители, птицефабрика закрывается, ликвидируют зоны. Ирина вместе с «Ксюшей» и «Петром Сергеевичем» тихо живет в Москве. Домработница не верит, что Софья Михайловна погибла: та же велела ей не воспринимать такую информацию всерьез. Королева думает, что профессорша непременно вернется, выполняет ее приказ о покупке квартиры. Ира понимает: нельзя с бухты-барахты идти неизвестно к кому с деньгами, надо искать знакомых. И куда она отправляется? Ну?

– Офигеть, – затряслась Ксюша, – к Валерию Попову! Ирка полная идиотка!

– Не дай Бог тебе когда-нибудь очутиться в ее положении! – разозлился парень. – Ирина честнейший человек. Оцени ситуацию! Ее родная дочь умерла, муж-алкоголик тоже. Девочка и Виктор, которых Королева привезла в Москву, по сути ей чужие, в руках у нее большая сумма денег. Можно спокойно бросить ребенка и парня, купить себе квартиру и начать новую жизнь. Но Ире это даже не приходит в голову, она верна клятве, данной хозяйке. Кроме того, Ирина любит Валерия, она хранит его единственное письмо, ты же читала его, нашла в портфеле, и надеется… сама не знает на что. Валера ее единственный знакомый в Москве, других у нее просто нет.

Королева приходит к Попову, но ничего не рассказывает о Нечаевых. Тот сначала пугается, потом понимает, что обманутая им девушка не собирается мстить, она просит помочь купить ей жилье. У Попова, наверное, просыпаются остатки совести, он тогда пытался заниматься риелторским бизнесом, владел агентством. И быстро нашел ей двушку. Ирина переезжает из квартиры Нечаевой на новое место.