Читаем без скачивания 111 симфоний - Л. Михеева

Судьба Листа сложилась необычно. Подобно тому, как семь городов-государств Древней Греции оспаривали честь называться родиной Гомера, так и о Листе спорили три страны. Композитор сам говорил, что, проведя годы юности во Франции, он привык считать ее своей родиной: “Здесь покоится прах моего отца, здесь, у священной могилы, нашло свое прибежище и мое первое горе. Как же мне было не почувствовать себя сыном страны, где я так много страдал и так сильно любил? Разве мог я воображать, что родился в другой стране, что в моих жилах течет другая кровь, что мои близкие живут где-то в другом месте?” Но, узнав в 1838 году о страшном бедствии — наводнении, постигшем Венгрию, Лист почувствовал себя глубоко потрясенным: “Эти переживания и чувства открыли мне смысл слова “родина”. Я внезапно перенесся в прошлое и вновь обрел в своем сердце нетронутой сокровищницу переживаний детства... это была Венгрия, могучая плодородная страна, вскормившая таких благородных сынов, это была моя родина!” Центральный же, наиболее плодотворный период деятельности Листа протекал в Германии — в Веймаре он завершил самые значительные произведения, прославившие его имя.

Жанры, к которым обращался Лист на протяжении творческой жизни, длившейся 60 лет, весьма разнообразны. В его наследии есть опера и оратории, в том числе духовные, симфонии и симфонические поэмы, фортепианные концерты и миниатюры, хоры и сольные песни, а общее число сочинений превышает 1200. Но сердце Листа было отдано фортепиано, которое с юных лет стало постоянным спутником, главным инструментом творчества. А потом пришло мастерство владения оркестром — и для него композитор создал самые новаторские свои произведения: тринадцать симфонических поэм, две симфонии, два концерта для фортепиано с оркестром.

Вслед за Берлиозом Лист обратился к программности. В 1837 году он обосновал обобщенные, иные, чем у Берлиоза, принципы ее трактовки: “Музыкант, вдохновляемый природой, но не копирующий ее, высказывает в звуках сокровенные тайны своей судьбы. Он мыслит ими, воплощает чувства, говорит, но его язык произвольнее и неопределеннее всякого другого и, подобно прекрасным золотистым облакам, принимающим при заходе солнца любую форму, придаваемую им фантазией одинокого странника, слишком легко поддается самым различным толкованиям. Поэтому отнюдь не бесполезно и, во всяком случае, не смешно, — как часто любят говорить, — если композитор в нескольких строках намечает духовный эскиз своего произведения и, не впадая в мелочные подробности и детали, высказывает идею, послужившую ему основой для этой композиции. Тогда критика будет вполне свободна хвалить или порицать более или менее удачное и образно прекрасное воплощение идеи”.

Спустя почти два десятилетия Лист претворил эти принципы в созданном им жанре одночастной симфонической поэмы, жанре, который затем в течение полувека развивали, нередко под другим названием, композиторы разных стран — Сен-Санс и Франк во Франции, Сметана и Дворжак в Чехии, Чайковский в России, Рихард Штраус в Германии, Сибелиус в Финляндии, Респиги в Италии. Программы, вдохновлявшие Листа, охватили широчайший круг образов — от античности, Данте и Шекспира, Гете и Шиллера, до современных французских, английских, венгерских романтиков. И это тем более поразительно, что Лист, ставший одним из наиболее разносторонне образованных людей своего века, свободно владевший несколькими языками, получил в детстве весьма скудное образование у деревенского капеллана, научившего мальчика только чтению, письму и счету. Всем богатством знаний Лист овладевал на протяжении долгой жизни самостоятельно.

Как три страны спорили о чести считать Листа своим композитором, так и имени у него оказалось три. Мальчика, родившегося 22 октября 1811 года в деревне Райдинг в Австрии, записали под именем Франциск, ибо делопроизводство тогда велось на латинском языке. Однако в семье, где говорили только по-немецки, его звали Франц, что соответствовало венгерскому имени Ференц. Лист родился на венгерской земле, поместье принадлежало венгерским князьям Эстергази, и деревня имела венгерское название Доборьян. Отец будущего композитора, работавший в управлении одного из княжеских имений, был страстным любителем музыки, играл на виолончели, клавире и сочинял. Он добился зачисления в княжескую капеллу в Эйзенштадте, которой на протяжении многих десятилетий руководил Гайдн. Однако через несколько лет был назначен смотрителем овчарни в отдаленном западном поместье, где и поселился с молодой женой австрийкой, дочерью галантерейщика (по другим сведениям — булочника).

Мальчик унаследовал от отца музыкальный талант, проявившийся в раннем возрасте. В 6 лет отец стал учить сына игре на рояле, причем его не надо было принуждать, а, наоборот, невозможно оторвать от инструмента, на котором он был готов импровизировать часами. Тогда же на вопрос, кем он хочет стать, малыш отвечал, показывая на портрет Бетховена: “Таким, как он”. Писать ноты Лист научился раньше, чем буквы, и поражал отца умением читать с листа. О восьмилетнем вундеркинде заговорили в близлежащих городках, а в девять лет он выступил с симфоническим оркестром и импровизировал на предложенные слушателями темы. Это был его первый благотворительный концерт, открывший длинный список подобных выступлений в помощь нуждающимся. В ноябре 1820 года во дворце Эстергази в Пресбурге (ныне Братислава) на концерте Листа присутствовала вся местная знать, и пять венгерских магнатов приняли решение на протяжении шести лет выплачивать по 600 гульденов, чтобы мальчик смог получить музыкальное образование. Тогда же о его выступлении появился первый печатный отзыв.

В 1821 году семья переехала в столицу, Вену. Так Лист расстался с просторами Венгрии, с товарищами детских игр, от которых научился говорить по-венгерски, но никогда не забывал ни пустынных степей, ни величавых разливов Дуная, ни своеобразного быта загадочного племени цыган, на всю жизнь пленивших композитора своими зажигательными плясками, страстными напевами скрипок и неподражаемым звучанием цимбал. Старые крестьянки из Райдинга, провожая бледного белокурого мальчика в Вену, пророчески говорили: “Вот увидите, он еще вернется сюда в хрустальной карете”.

В Вене учителем Листа по фортепиано стал знаменитый педагог К. Черни, ученик Бетховена, занимавшийся с ним бесплатно в течение полутора лет, а по композиции — А. Сальери, учитель Бетховена. Встретился Лист и с самим Бетховеном, который после его блестящего концерта обнял и поцеловал мальчика. Современный художник запечатлел исторический момент в гравюре, хотя исследователи утверждают, что это всего лишь красивая легенда. Но творческая встреча Листа с Бетховеном действительно состоялась. Музыкальный издатель Диабелли обратился к известным композиторам Австрии с предложением написать по одной вариации на тему его вальса. Бетховен написал 33, которые были изданы в 1823 году, а второй том составили вариации пятидесяти композиторов, среди них — Шуберт и Лист. Его вариация была подписана так: “Лист, Франц (мальчик 11 лет), родился в Венгрии”. Концерты Листа в Вене и Праге, в городах Германии пользовались шумным успехом, о нем регулярно писали газеты: “Новый Моцарт предстал перед нами”; “Бог живет среди нас!”; “Теперь люди, встречаясь на улицах, не желают друг другу доброго утра или доброго вечера, а обращаются с вопросом: слышали ли вы уже маленькое чудо?”

Ободренный такими успехами отец решил продолжить образование мальчика в Парижской консерватории, и 12 декабря 1823 года Лист предстал перед ее директором, прославленным композитором Л. Керубини. Тот, не выносивший вундеркиндов, не захотел даже прослушать 12-летнего пианиста и — сам итальянец — категорически отказался принять его в консерваторию как иностранца. Это поразило Листа “подобно удару грома... Все казалось потерянным... Рана была слишком глубока и долго кровоточила”. Он стал брать уроки у известного итальянского композитора и оперного дирижера Ф. Паэра и профессора консерватории А. Рейхи (который через несколько лет стал учителем приехавшего из провинции Берлиоза). Лист давал концерты — и публичные и в салонах знати, баловнем которой, как когда-то Моцарт, сразу же стал. Его опера “Дон Санчо, или Замок любви”, написанная под руководством Паэра (утверждали, что большая часть музыки принадлежит учителю), была поставлена в крупнейшем парижском театре Grand Opera с лучшим французским тенором в главной роли. Лист гастролировал по городам Франции, Швейцарии, несколько раз концертировал в Лондоне, где выучился английскому языку.

В августе 1827 года его постиг тяжкий удар — внезапно умер отец. Теперь ему пришлось зарабатывать на жизнь уроками. И тут-Листа ждал новый удар. Среди знатных учениц модного пианиста была прелестная 17-летняя графиня Каролина де Сен-Крик; Между молодыми людьми возникло нежное чувство, но граф отказал музыканту от дома и поспешил выдать дочь замуж за аристократа. Лист заболел, перестал выступать в концертах, погрузился в религию и даже был готов отречься от мира. По Парижу распространился слух о его смерти и одна их газет поместила некролог. Но, как говорила его мать, “пушки излечили его” — Июльская революция 1830 года пробудила Листа к новой жизни. Подобно Берлиозу, который обработал “Марсельезу” “для всех, у кого есть голос, сердце и кровь в жилах”, Лист захвачен революционными идеями и задумывает первое крупное сочинение — Революционную симфонию. Каждая ее часть должна рисовать этапы борьбы народов за свободу, символами которой являются гуситский хорал XV века, лютеранский — XVI, гугенотская песня рубежа XVII и, наконец, “Марсельеза” конца XVIII — с ней переплетаются все предшествующие. Симфония так и не была написана, хотя композитор неоднократно возвращался к этому замыслу. Бурная атмосфера романтического Парижа захватывает Листа. Он увлекается театром, литературой, философией, в том числе христианским социализмом аббата Ламенне, встречается с Гюго и Ламартином, и все эти впечатления находят позднее отражение в его фортепианных и симфонических программных сочинениях.