Читаем без скачивания Во имя Зоны - Лев Жаков

— Крот принесет вам поесть, — сказал Долг.

— Бритва найдется? — спросил Цыган.

— Конечно. Мы вас закроем.

— Конечно, — с иронией хмыкнул наемник.

— Отдыхай, братан! — Падла добродушно хлопнул его по спине. Цыган качнулся и упал бы, если бы не схватился за стол.

Когда Крот, старый слепой долговец, принес банку тушенки и полбуханки хлеба, Цыган уже спал.

Перед собранием Цыган побрился и поел. Спал он тяжело, с кошмарами, часто просыпался — и каждый раз слышал, как Ботаник стонет, ворочаясь на своем матрасе, или бродит по комнате, натыкаясь на стены и бормоча себе под нос.

— Да ляг уже! — рявкнул Цыган, проснувшись в очередной раз. Ботаник замер; спотыкаясь, добрался в темноте до матраса — из коридора не проникало ни лучика, а внутри лампочка не работала, — и, упав на него, заплакал. Цыган отвернулся к стене, пристыженный, и больше замечаний не делал.

Штаб оказался складским помещением, где было ощутимо холодно. С потолка свисал фонарь, свет выхватывал из темноты железный стеллаж, на котором пылились деревянные ящики, остальное тонуло во мраке. Вокруг длинного прямоугольного стола сидели восемь сталкеров, среди них Падла и Рваный. На столе была расстелена большая карта Зоны с карандашными пометками. Двухсотка, определил Цыган, бросив на нее беглый взгляд.

Он сел к столу, достал из сумки черный чехол, вынул ноутбук, открыл и начал осматривать со всех сторон.

— Ба, наемник! Какими судьбами? — С другой стороны стола поднялся Сержант, протягивая руку. Цыган прищурился, он вначале не заметил вояку: фонарь давал мало света.

— И ты, Брут? — Он обменялся с Сержантом рукопожатием.

— Кто такой Брут? — Рваный, несмотря на холод, был в одной майке. Цыган покосился на свободовца:

— Да был один…

— Из «Долга» или «Свободы»?

— Ни то ни другое… — Цыган на миг растерялся.

— Наемник, значит, — кивнул Рваный, скрещивая мощные руки на груди. Сержант рассмеялся:

— Садись, садись, наемник, гассказывай!

К столу подошел Долг. Он плохо выглядел: малоподвижное асимметричное лицо осунулось, под глазами залегли тени, белки в красных прожилках сосудов, левое веко подергивается.

— Собрание веду я, — напомнил он хмуро.

Сержант поднял руки, показывая, что подчиняется, и сел, с интересом посматривая на Рамира.

Конечно, чехол водонепроницаемый, но что это значит на самом деле? Что несколько капель, попавшие на него, не повредят технике. А если чехол купался вместе с владельцем в реке?.. С виду ноутбук сухой, есть надежда, что вода внутрь все-таки не попала. Цыган рискнул включить машинку.

— Отложи это, — велел Долг. — Мы из-за тебя собрались.

— Черт, да, прости. — Рамир отодвинул ноут. Собрание было ему не очень интересно, он для себя уже все решил. Вряд ли ему откажут в патронах, остальное он как-нибудь… Хотя в одиночку идти будет сложно, лучше взять команду, человек пять-шесть…

Ботаник опустился на стул рядом с Цыганом, ссутулился; глаза у него были красные, он так и не смог заснуть.

— В чем дело-то? — спросил кто-то с другого конца длинного стола. Долг прокашлялся.

— Сейчас объясню. Возможно, вы узнали Цыгана, специалиста по электронному слежению. Его наняли капитан Петров и капитан Умник…

— Кстати, где они? — наклонившись к соседу, спросил Цыган. Пожилой сталкер в потертой кожаной куртке мрачно посмотрел на него, и он понял.

— Цыган с Ботаником попали, как и многие другие наши товарищи, в плен к генералу Протасову. Мы нашли их перед Темной долиной. Цыган утверждает, что они сбежали с базы генерала…

— Но это невозможно! — воскликнул Сержант.

— Откуда ты знаешь? — хмуро отозвался со своего места Цыган.

— Да пгосто… сколько вгемени пгошло, никто не вегнулся, мы уже думали, что пагни мегтвы, а тут вы… Рваный подскочил со стула:

— Вопрос не в этом! Мы думаем, что он предатель. Продался Протасову и пришел вынюхивать, где еще сталкеры остались. Дай ему оружие, так он вернется на базу и своему генералу настучит!

— Сядь, Рваный! — приказал Долг. — Обсуждение еще не началось. Я доложил обстановку. Цыган, тебе слово. Рамир откинулся на спинку стула, положил ногу на ногу.

— Говорить тут нечего, надо брать оружие и идти бить Протасова в его логове. Я по-любому иду, желающие могут присоединиться. Сталкеры за столом начали переглядываться, шептаться.

— Так не пойдет, — напряженно сказал Долг. — Расскажи подробно. Чем занимается генерал, как он победил, что за новое оружие у него? Что на базе, как вы выбрались?

— Я не знаю, что за оружие, знаю только, что он может управлять аномалиями. И проводит опыты над сталкерами. Он больной на голову, помешан на артефактах. Вам недостаточно?

— Безумная затея. База Пготасова очень хогошо охганяется, — заметил Сержант. Рваный развалился на стуле, вытянул длинные ноги, повел широкими плечами:

— Он заманивает нас на базу, Сержант, не слушай. Цыган положил ладони на стол и, наклонившись вперед, сказал угрожающе:

— Вы можете думать что хотите, товарищи сталкеры, а я вернусь и убью этого мясника.

— Да с чего ты-то вдгуг воспылал к генегалу такой ненавистью? — удивился Сержант. — Ты даже не сталкег, так, пгостой наемник…

— Если бы вы видели, что он делает с людьми… вы бы не сомневались. Спросите Ботаника. Несколько голов повернулись к сжавшемуся на стуле лаборанту.

— Эй, Ботаник, расскажи-ка… — начал Рваный. Лаборант позеленел, зажал рот ладонями и выбежал из комнаты. Сталкеры переглянулись.

— Кабинетная крыса, впечатлительный, как девушка… — заговорил кто-то, но Цыган стукнул кулаком по столу.

— Впечатлительный? Да он держался, как Муций Сцевола, когда Протасов вырезал у них печень без наркоза!

— Что? Без наркоза? Почему? — раздались взволнованные голоса.

Цыган скрипнул зубами, прогоняя внезапно всплывшее воспоминание: белый кафельный пол, металлические стены, операционный стол и склонившийся над распростертым телом генерал…

— Протасов проводит дикие эксперименты на живых сталкерах. Каждый день он убивает по человеку, иногда по два они погибают на операционном столе от болевого шока. Или на поле аномалий. Это ваши друзья. Помните Кувалду? Он единственный отказался бить своих, и генерал застрелил его. Грыжа погиб в аномалии, когда мы все пытались сбежать. Куряге вырезали печень, Мерзость затянуло в воронку на протасовском поле аномалий… Мне продолжать? Кто сегодня лежит на столе, как вы думаете? Рваный зарычал:

— Ты врешь!

Дверь склада приоткрылась, внутрь проскользнул Ботаник. Он подошел к столу, сел на свое место рядом с Цыганом; от него пахло кислятиной и мылом.

— Кувалда? — нахмурился Долг. — Я помню, отличный сержант…

— Был, — оборвал его Цыган. Пожилой сталкер слева проговорил:

— Куряга? Он еще с трубкой не расставался? Я его хорошо знал, он часто рассказывал, как ездил в Тибет и жил в монастыре у буддистов… Рамир резко обернулся к соседу:

— Твой приятель? Когда генерал предложил сотрудничать с ним, Куряга плюнул на него, буквально. И Протасов положил его на стол. У пожилого вытянулось лицо. А Цыган обратился ко всем:

— Генерал будет резать по-живому до тех пор, пока не останется никого из ваших товарищей. Рваный вскочил, потрясая кулаками:

— А тебе какое дело до наших товарищей? Ты свои бабки получил и слинял, шагай отсюда, гнида!

— Мы вместе сидели в одной тюрьме, Рваный, в то время как ты по подвалам на «Ростке» скрывался. И потом Протасов убивал их у меня на глазах, я слышал их крики! Сержант прищурился:

— А сам-то ты где был в это вгемя?

— Не твое дело. — Цыган передернул плечами.

— Ладно, не мое так не мое, пгосто интегесно стало. Всё видел, всё слышал…

— Ты на что-то намекаешь? — вызверился Цыган. Сержант поднял руки:

— Не кипятись, пагень, я пгосто спгосил. Долг тяжело опустился на стул, потер покрасневшие глаза:

— Где ты был, Цыган, когда генерал проводил свои опыты?

— Ага, вот мы тебя и поймали! — опять подскочил Рваный. — Я говорил, Долг, что этому жадному наемнику нельзя верить! Он выйдет отсюда с оружием, а вернется с отрядом военсталов! Сталкеры согласно загудели, один Падла сердито крикнул:

— Вы чё, Цыган свой в доску и не предатель! Рваный повернулся к бандиту:

— А ты чего его защищаешь, вы в сговоре?

— Помолчи, Рваный, — одернул Долг. — Цыган, что ты ответишь?

Наемник показал всем средний палец. Ссутулившийся Ботаник пошевелился, поднял голову, сказал с мукой в голосе:

— Это все правда, поверьте, там творятся ужасные вещи. Протасов посадил Цыгана в клетку и…

— Заткнись! — дернулся Рамир.

— Рассказывай, — велел Долг. — У тебя была возможность высказаться, Цыган.