крайней мере они не хотят умирать. Та девушка что жила с другим твоим земляком, Димой вроде бы, вообще беременна.
— Вот козел. — Вырвалось у меня. Целитель развел руки в стороны.
— Ребенка она решила оставить. Тут я не могу ничего советовать.
— Я могу их увидеть? — Спросила, затаив дыхание.
— Конечно, ты совершенно здорова и полна сил. Я тебя здесь держать не могу. — Мирас помолчал потом продолжил, — Почему ты не спрашиваешь о Портере?
— Боюсь, — поджав губы сказала я, — сначала Шариасса, потом эти драконы, они что — то меняли в нем, мне страшно, что он не выдержит.
— Он держится. Идет по самому краю. Ты знаешь его историю?
Я кивнула головой.
— Насколько я могу судить, сейчас две сущности в нем пытаются слиться в одну, и это убивает его тело.
— Он останется прежним, если выживет?
— Трудно сказать, — задумчиво сказал Мирас, — скорей всего, да. Его человеческий осколок столько времени держал в узде драконьего, что думаю и сейчас весы склонятся в ее пользу. Если ты поможешь ему. — Целитель пытливо посмотрел на меня.
— Конечно, — не раздумывая сказала, — все, что в моих силах. Что остальными? — Торопливо спросила я Мираса, желая быстрей закончить разговор и уже начать действовать.
— Великий умирает, без своих учеников, он не может брать энергию Этрейи.
— Туда ему дорога, — взмахнула я рукой, но увидев гримасу боли у целителя договорила, — я убила бы его сама, если бы он не умирал, верите?
— Да, прости, — сказал целитель, — я понимаю.
— Что с Димой?
— Он скоро придёт в себя, почти не пострадал. Кстати там к тебе прорывался сын советника, я не пустил, но пообещал, что как только ты придёшь в себя извещу его.
— Потом. — Коротко ответила ему.
— Сейчас я позову помощницу она отведет тебя к Портеру и к твоим землякам. Я надеюсь ты не уйдешь пока отсюда. В стенах этой лечебницы я хозяин и даю тебе право находиться здесь сколько хочешь.
— Пока не решатся все вопросы, не уйду, спасибо. Кстати все — таки поговорить с Горье придётся, нужно уточнить вопросы по замку хранителя.
И уже себе в уме додумала, что как никак являюсь законным Хранителем Этрейи и могу прибрать земли себе. На несколько секунд задумалась о своей наглости, потом стряхнула неуверенность и пошла за помощницей Мираса, которая все также испуганно на меня посматривала.
Ребята сначала меня не узнали, смотрели скептически и когда я стала рассказывать начало нашего пути в этом мире, Яна расплакалась.
— Это правда вы, тетя Саша?
— Это я моя девочка, — я обняла ее за худенькие плечи от чего она вздрогнула, но потом почувствовав, как я глажу ее по голове разрыдалась еще больше.
— Я хочу домой. — Сказала она после того, как первый накал эмоций прошел. — Вы сможете поговорить с Хранителем, нам сказали, что он нам поможет.
— Конечно поможет. — Тихо сказала я. — Вы все хотите уйти? — Спросила уже у всех ребят.
В комнате не было яркого света, но даже так было видно, что их лица покрывала болезненная бледность. Четыре кровати вдоль стены, возле каждой тумбочка, посередине комнаты общий стол, почти не отличишь от земных больниц, лишь запах трав из которых готовят зелья и мягко светящиеся магические огни под потолком, было отличным. Юля одна из всех была не в больничной одежде, сидела, не поднимая глаз и старалась не влезать в разговор. Гриша выглядел немного лучше Антона и Яны, но в глазах, которые раньше светилась любопытством и искрами смеха лишь потухший костер. Эти дети быстро повзрослели за этот год, и мне страшно даже представить, через что им пришлось пройти.
— Я говорила с целителем, он сказал, что может забрать ваши воспоминания. Вы не будите помнить, что были тут. — Я посмотрела на ребят. Яна встрепенулась:
— Я согласна. — И в глазах такое отчаянье. — Я хочу все забыть, навсегда… когда мы сможем уйти?
Антон с болью посмотрел на Яну и тоже согласно кивнула головой:
— Я тоже согласен.
Гриша нерешительно разглядывал свои ладони, словно решая что — то для себя:
— Я остаюсь.
— Что? — Вскричали остальные.
— Я хочу остаться. — Уже тверже сказал Гриша. — Я понимаю вас, — обратился к ребятам, — но решил остаться, так как хочу заниматься магией.
— Тогда я тоже скажу, — почти прошептала Юля, — я тоже остаюсь.
В комнате возникла напряженная атмосфера.
— Мы ведь можем остаться? — Встрепенулся Гриша. — А то решаем тут, а нас просто выкинут как котят…
— Нет, нет, — успокоила я парня, — только ваше желание, никто не осмелится вам возразить, я обещаю. — Уже чуть злее проговорила скорее для себя. — Пока приходите в себя выздоравливайте, мне нужно отлучится по делам, с местной властью кое, о чем договориться.
Напоследок еще раз обняла Яну, которая вдруг прошептала мне в ухо:
— Приходите пожалуйста быстрее, рядом с вами не так страшно.
— Хорошо— также тихо сказала я — приду, и расскажу свою историю, если конечно вам интересно.
Она кивнула головой. Лекарка, которую приставил ко мне целитель, сидела за дверью на стуле и сразу подскочила, когда я вышла.
— К Портеру. — Кратко сказала я пожелание и быстрым шагом, направилась за ней.
В комнате Портера, было темно, через плотные шторы свет прорывался тоненькими лучиками, совсем теряя силу по пути. Одна кровать на которой метался словно в бреду мой муж. Теперь уже муж, так как сейчас я видела ту нить, что соединила нас, не тела, а души. Чертов Падший сейчас мучается в горячке, а я чувствую не боль тела, а стоны его двух осколков. Я сразу проверила могу ли разорвать наш союз, но натянутая нить больно кольнула внутри словно намекая, что лезть даже без пяти минут богине, нечего. Что интересно на подходе к Матео связь распадается на две части и срастается с двумя осколками одной души, Портера и дракона — цвета неба и яркой крови.
Мне больно было смотреть на когда — то сильного и несмотря на все его заскоки, дорогого
