он не за себя попросил, а за своего знакомого. Помочь с титулованием. Сама знаешь, как я отношусь к таким вещам. Хотел проигнорировать, но на предложенную кандидатуру всё же взглянул. Кандидат оказался более чем достойным. Фёдор Ермаков… Он ни единожды отстаивал честь Российской Империи на спортивном поприще, и вёл полезную общественную деятельность. Боец-маг с мировой славой. Несколько боевых школ названо его именем… По твоему лицу видно, что ты всё поняла.
— Император, но как вы это всё узнали?
— Проснулся пораньше, и сделал пару звонков. — Дёрнул плечами монарх, попытавшись улыбнуться, но его лицо вновь из угрюмого, приняло нейтральный вид. — Остаётся ещё несколько важных моментов во всей этой схеме, но общий смысл понятен. Давыдов сейчас наверное тоже думает, что я самый ужасный монарх. И ты тоже думала, не отрицай.
— Не отрицаю. — Согласилась Невская, с лёгкой обидой глядя на императора. — Признаю свою вину.
— Мне всегда это в тебе нравилось. Ты не отрицаешь, когда виновата. И ты знаешь, как искупить свою вину. — Иоанн взглянул на Невскую из-под бровей. — Ведь знаешь?
— Что вы хотите? — Устало произнесла Аврора, догадываясь о чём сейчас пойдёт речь.
— Ты знаешь…
— Император! Это унизительно! — Начала протестовать было Невская, но под давлением настойчивого взгляда сдалась. — Диктуйте уже…
— Столовая для персонала… Значится так: отбивная… Большая… Из свинины! Лучше две! Жареный картофель, майонез обязательно, пара солёных огурцов, и кофе из автомата со сливками и карамелью.
— Там сливки порошковые, а….
— Рора, я сейчас беляш захочу.
Родовое поместье Мышкиных
— Кто говорить будет? — Поинтересовался князь Савин, оглядев князей, остановив взгляд на Добровольском.
— Все пойдём, но говорить буду я. — Сообщил князь Игорь, взглянув на группу бойцов, которые махали белым флагом над воротами. — Только, что-то с нами никто говорить не спешит. Может отстрелять одну кассету из гранатомёта.
— Ты что?! — Тут же замотал головой Шилов, и подавшись почтив вплотную к Игорю, зло зашептал. — Про Давыдова забыл?! Он следит…Увидит, что мы нарушаем, и как котят передушит здесь.
— Не передушит. — С полной уверенностью заявил Добровольский, взглянув на часы. — Пятнадцать минут осталось, и можно будет засчитывать отказ от переговоров. Как только это произойдёт, то мы сразу начнём.
— Откуда репортёры здесь? Вот что лучше мне скажи… — Борис Савинов кивнул в сторону фургона с надписью «Pressa».
— Сложно не заметить колонну движущуюся в черте города. Сообщил может кто-то. Да какая разница? Они нам не мешают. — Отмахнулся князь Игорь, поглядывая в сторону ворот. — Что же они тянут? Сказать честно, я не очень хочу причинять вред постройкам. Стоимость резко….
Добровольский замолчал из-за хлопка, раздавшегося с территории поместья, а в воздух полетела белая сигнальная ракета.
— Приняли переговоры. — Сообщил Шилов, потирая руки, скорее от нервов, нежели от довольства.
— Идут! — Крикнул один из бойцов, и бросив размахивать флагом, поспешил смешаться с порядками, вместе с остальными.
— Ну? Чего застыли? Идём перед воротами станем… — Скомандовал Игорь, легонько пихнув в плечо Шилова. — И вид более бравый. Сила на нашей стороне.
— Я тоже с вами иду. — Сообщил неизвестно как возникший рядом Дмитрий Евграфович, будто всё это время бывший здесь. — Не нервничайте, господа. Я просто наблюдаю. — Взгляд второго перста перешёл на саудитов. — А вы, господа, идёте?
Все трое отрицательно помотали головами, давая понять, что находятся здесь в роли зрителей. Уговаривать никто не стал, а всё процессия из пяти мужчин двинулась в сторону ворот. Через пятёрку метров, переговорщики остановись, как вкопанные, когда до ворот оставалось около двадцати метров.
— Там движение во дворе. — Коротко бросил князь Идельгин. — Люди. И много….
— У нас переговоры. Огонь по нам не откроют. — Уверенно сообщил князь Игорь. — А если и откроют, то что? Мы маги. Продолжаем идти. Чего остановились?
Группа вновь начала двигаться, но прошагав ещё тройку метров вновь остановилась. Раздвижные ворота поместья начали открываться, а перед входом стали выстраиваться люди. Их странный вид ввёл князей в ступор. Сразу в глаза бросался разброс в возрасте, который находился в границах от 25 до 50 лет, присутствовали так же и женщины. Толпа смотрелась бы довольно пёстро, если бы не две детали, объединявшие всех этих собравшихся. Ни на одном из лиц не было ни малейшего намёка на страх. Со стороны могло показаться, будто эти люди вообще не замечают боевые порядки князей перед собой.
Второй деталью, объединяющих всех этих людей были длинные чёрные кителя с красным тонкими полосами по рукавам и манжетам, без каких либо опознавательных знаков.
— Знаете, господа, — Неожиданно для всех подал голос Дмитрий Евграфович, на лице которого отражалась лёгкая растерянность. — Я в сторонке постою. — Видя удивлённые взгляды, второй перст погладил отворот пиджака. — Костюм жалко. Это мой любимый… Не хочу, чтобы случайно попортили.
После этих слов Дмитрий Евграфович истаял магической дымкой, через секунду очутившись рядом с саудитами. Этот жест второго перста вызвал волнение у князей. Ситуацию усугубил чей-то возглас, донёсшийся со стороны группы непонятных людей: «Сколько много! И где мы их хоронить будем?».
— Игорь! Кто это, твою мать, такие? Это не бойцы Токарева!
Тогда…
Поместье Мышкиных.
— Понимаю, какой сложный выбор сейчас перед тобой стоит, князь. — Морозов понимающе кивнул, тронув меня за плечо. — Знаю, что она тебе не безразлична, а для меня единственный дорогой человек, но доверять я могу только тебе. А чтобы тебе было легче решиться, могу предложить свою силовую поддержку.
— С этого места прошу поподробнее… — Мои глаза пришли в движение, собираясь выпасть из орбит. — «Неужели Морозов говорит о себе? Да он один многотысячной армии стоит!»
— Знаю о чём ты подумал, но нет. — Тут же обломал меня Максим Александрович. — Станислав, будь у меня возможность, я бы не раздумывая встал на сторону рода Мышкиных, но не забывай, что я девятый перст императора «Багровый палач». Я не могу вмешиваться в конфликты между князьями. — Немного помедлив, Морозов продолжил, делая акцент на следующей своей фразе. — Не могу лично этого делать, но не забывай, помимо того, что я перст императора, ректор лицея, я ещё и князь… Мила будет в столице, вместе с тобой, а значит нет необходимости в её охране.
